Начало глава 1, глава 2, глава 3, глава 4, глава 5.
Желание подруг о переезде Марии Петровны в город почти осуществилось. Квартиру нашли в их же доме через подъезд, чем очень её обрадовали. С продажей тоже все складывалось удачно. Дом выкупила администрация района для выпускников детдома. Осталась всего ничего: оформить покупку квартиры, перечислить деньги на счёт продавцов и перевезти вещи в город. Подруги постоянно перезванивались, считали дни когда будут жить рядом.
Утро начиналось как всегда. Бабушка кормила Володю завтраком. Парнишка капризничал:
- Баб Тома, не хочу я.
- Завтракать надо обязательно. Иначе испортишь желудок.
- Я же ещё в школе буду есть. Это же почти как лагерь, нас там три раза кормят.
- Только мне не рассказывай. Знаю я эту еду. Каша на воде. Поешь и не заметишь. Вот ещё пару блинчиков и можешь быть свободен.
Настя слушала их перепалку с улыбкой. Понять можно: у Тамары Александровны наконец-то появился объект для нерастраченной нежности и заботы, а у пацана заботливая бабушка перед которой можно покапризничать. Вот и наслаждались оба такой возможностью. Настя налила себе чай, положила на тарелку блины.
- Вкуснятина. Ну, у кого какие планы?
- Настя, у нас в школе говорили, что желающие могут поступить в кадетский корпус.
- Ты хочешь учиться в кадетском корпусе? - Спросили у Володи одновременно.
- Хотел бы! Там форма и потом в училище военное поступить можно.
Настя и Тамара Александровна переглянулись.
- Вова, - всплеснула руками старушка, - военный - такая опасная профессия!
- И что? Нормально для мужчины. - Незаметно тарелку с блинами отодвинул.
- Хорошо. - Вздохнула Тамара Александровна. - Я узнаю как туда можно поступить. А ты еще раз хорошенько подумаешь. Договорились?
Тарелка с блинами передвинулась в его сторону. Вовка с трагическим лицом взял ещё один.
У Насти зазвонил телефон.
- Слушаю вас.
Лицо её побледнело, голос стал чуть охрипшим:
- Когда? Хорошо, я постараюсь сегодня приехать.
Вовочка и Тамара Александровна смотрели на неё с тревогой.
- Звонил Павел Степанович. Мария Петровна в больнице. Я, возможно, сегодня уеду в деревню. Володя, слушайся бабу Тому. Я вам обязательно позвоню.
Стала спешно собирать сумку. Пока уладила дела на работе приехать в деревню смогла только к вечеру. В больнице была лишь медсестра.
- Я могу увидеть Марию Петровну?
- Можете, смысла нет. Она без сознания.
- Как же это случилось?
- Как? Нелюди в дом забрались, избили. Тут вот какое дело: по деревне слух прошёл, что она дом продала. Изверги, наверное, решили, что у неё деньги дома. Там все перерыто. Не просто били, пытали. Потом, видимо, надумали добить чтоб свидетелей не было. Соседи утром увидели дверь открытую. Вот так и обнаружили.
- Нашли кто это сделал?
- Нет. Ищут. А вы завтра к фельдшеру подойдите, она вам все расскажет.
- А почему её в район не увезли?
- Её лучше не трогать. Такую операцию только в краевой больнице сделать можно и то без гарантии. Поиздевались подонки от души.
Настя села на скамье возле больницы.
Проревелась, лицо чуть в порядок привела, отправилась в поссовет.
Павел Степанович сидел за столом и писал список на листке бумаги.
- Здравствуйте.
- А, Настя, проходи. Здравствуй, здравствуй! Приехала? Вот - люди деньги несут. - Кивнул на листок бумаги.
- Павел Степанович, как же так получилось?
- Да кто знает - как? Деревня. Слухи как плесень расползаются. Все знали, что она дом продать решила. Думали, видимо, миллионы у Петровны прямо на блюдечке лежат. Не дотумкали, дебилы, что они на счету в банке. Продала, значит, при деньгах. Ты сейчас к своим?
- А в дом Марии Петровны нельзя?
- Опечатан. На похороны, сказали, откроют.
- Пойду к своим. Спасибо, что позвонили.
Мать жарила картошку. Возле неё, на столе, сидела внучка. Отец лежал на кровати со страдальческим лицом. Анна стирала в тазу. Все посмотрели на неё с удивлением.
- Привет.
- ЗдорОво. Чего явилась?
- А, что, нельзя?
- Так у неё же с бабкой беда. - Усмехнулась сестра. - Это кабы нам чего понадобилось, то фиг бы дождались.
- Ну, вам каждый день чего-нибудь надо. Печка топиться? - Вокруг огляделась. - На известь денег не хватило? Побелить-то можно было?
- Вот приехала бы и побелила! - Сразу сорвалась на крик Анна. - А то только указы раздавать и рожи кривить. Нет чтоб родным помочь.
- А ты где так перетрудилась, что для своего ребёнка порядок навести не можешь?
- Ты вот тут покрутить и узнаешь где. Навешали на меня старых и малых, сами хорошо устроились и только спрос чините.
- Хватит лаяться! - Отец на Анну гаркнул, к Насте повернулся. - Доча, может на бутылочку дашь за встречу?
- Кукишь она тебе даст! - Анна дверь ногой пнула, за порог воду на землю выплеснула. - У неё зимой снега не выпросишь!
Мать с отцом на неё с такой надеждой смотрели, что казалось не дай она им сейчас денег через час просто умрут оба. А если даст слабину, то это будет не остановить. Настя вид сделала, что взглядов не понимает. К племяннице подошла, взяла её на руки.
- Пойдём, моя хорошая, посмотрим, что тебе тётя в подарок привезла.
На кровать усадила, из сумки вытащила комбинезон, сапожки на зиму купленные заранее, пакет со сладостями и нарядную куклу. У девочки от такой красоты дыхание участилось. Она не знала чему больше радоваться. Все же первой куклу взяла, к себе прижала. Отец понял, что его не одарят, заматерился, заерзал на диване.
Анна деловито комбинезон и сапожки прибрала, только "спасибо" сказать не сочла нужным. Все в этом доме принималось как должное.
Утром Насте позвонили из больницы. Ночью, не приходя в сознание, умерла Мария Петровна.
Организация похорон легла на плечи Насти и Павла Степановича. В стороне не остались и учителя школы. Вся деревня горевала как о родном человеке. К дому Марии Петровны с утра шли люди с предложением о помощи и проститься.
Настя сообщила своим печальную новость. Договорилась с соседкой по площадке, что она проводит Тамару Александровну и Володю до автовокзала, а Настя их встретит.
Во время похорон равнодушных не было. Каждый второй подходил к представителю районной администрации с вопросом:
- Нашли мерзавцев?
- Учтите: найдём сами - устроим самосуд!
После поминок Павел Степанович пригласил Настю в поссовет.
- Настя, такое дело. Мария Степановна не за долго до всех событий оставила завещание в твою пользу. Все бумаги у меня. Через полгода можешь вступать в наследство. Надеюсь, тебе не надо напоминать, что об этом лучше молчать? Так спокойнее будет.
Настя заплакала:
- А почему мне?
Павел Степанович её по голове погладил:
- Не плачь, теперь уже ничего не сделаешь. Вот так получилось, что ты у неё самым родным человеком оказалась.
- И не уберегла! Хотели ведь как лучше. Думала жить рядом будем, досматривать смогу.
- Алчность людская. Узнать бы кто, сам бы прибил. Когда уезжаете?
- Завтра. Мне на работу надо. Я вам деньги оставлю на девять дней. На сорок вышлю. Меня вряд ли отпустят с работы, да ещё старый и малый у меня, их не оставишь.
- Помянем, не забудем. Когда ты повзрослеть успела?
- Мне, Павел Степанович, в нашей-то семейке сразу родиться взрослой пришлось.
Через полгода Настя вступила в наследство. Особо проблем с этим не было. Дом был продан ещё при жизни хозяйки, остались только деньги на счету. Денег было, по её понятию, не просто много, а очень много. Настя не знала что можно сделать с такой суммой, вернее не решалась их тратить. Ей казалось, что они появились у неё незаслуженно и их вот-вот должен кто-то забрать. По этой причине к ним не прикасалась.
Подумать о деньгах заставила Тамара Александровна.
- Настя, как думаешь наследством распорядиться?
- Не знаю, я боюсь деньги трогать.
- Мой тебе совет - купи квартиру. Деньги могут обесцениться, а недвижимость только растёт в цене. Тем более она тебе нужна. Ты свою жизнь на алтарь воспитания брата положила? Брат вырастет, у него будет своя жизнь. А ты останешься у разбитого корыта. Подумай хорошо и принимай решение.
- Баб Тома, кому нужен чужой ребёнок? Я же Вову не брошу.
- Вот и проверишь. Хороший человек примет, а плохой тебе не нужен.
Продолжение тут.