Все части повести здесь
Ловушка для зайцев. Приключенческая повесть. Книга 2. Флажки для волков. Часть 34.
– Ну, вот это вот, которое ты обнаружила у Анютки, я видела у Гошки... еще тогда поразилась оригинальности плетения.
– А ты не спросила, откуда это у него?
– Ась – она задорно сверкает на меня глазами – меня тогда интересовало абсолютно другое... Потому конечно, мне и в голову не пришло спросить у него, откуда такая оригинальная цепочка с кулоном. Ну, и потом, я тогда понятия не имела ни о какой Карине Зверевой.
Она смотрит дальше очень внимательно, а потом тыкает пальцем в еще одно фото.
– А вот это я один раз видела на Даниле. Хотела открыть его и спросила, откуда такая штучка, но он повел себя как-то грубо – сказал, чтобы я не лезла ни в свое дело, и снял ее. Это было... дай подумать... у нас тогда только все началось. После этого единственного раза я больше это на нем не видела.
Смотрю на фото – серебряная цепочка с кулоном в виде половины закрытого сердца. Посредине сердечко словно вырезано ударившей молнией – линия кривая, углы острые, и эта половинка сердца состоит еще из двух закрывающихся половинок. Я полагаю, что внутри должно быть фото. Но возникает вопрос – зачем Данила носил это украшение и чье фото было внутри, а также где вторая половина?
Часть 34
Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.
Встреча между Гуртом и Евгением Алексеевичем должна состояться в субботу, потому Эд занят эти дни. Во-первых, он отправил в то кафе своего человека, чтобы тот хорошо осмотрелся на месте и определил, где ему можно будет разместиться безопасно, и в то же время так, чтобы иметь возможность заснять встречу старика и начальника колонии.
По задумке, Евгений Алексеевич должен чуть-чуть припоздать – тогда у человечка Эда будет возможность хотя бы немного поснимать старика и посмотреть на его поведение, чтобы оценить его. Ему, этому самому сотруднику, тоже решено прицепить камеру – встроить ее в наушник, чтобы была возможность наблюдать полную картину.
Меня Эд приглашает присутствовать в прямом эфире – когда они будут на мониторах наблюдать за этой встречей. Честно говоря, узнав цену, которую Гурт заломил за волкособа, я поняла, что зря удивлялась тому, что у него есть такая дорогая мужская «игрушка» – грузовой мотоцикл. Цены за волкособов достаточно высокие и обоснованы еще и тем, что они «натасканы».
До субботы Эд кое-что выясняет, и конечно, сразу делится со мной. Во-первых, руководство обеспечило ему полную свободу действий, видимо, для того, чтобы отвязаться. И конечно, самоустранилось. Узнав, что все в этом деле очень сложно, один из «высоких» начальников заверил Эда, что в случае поимки преступника и его сопротивления, он, Эд, может просто стрелять на поражение – мол, это будет самый лучший вариант развития событий. Но Эд-то знает, что будет долгое разбирательство в этом случае, а потому пока он готов только к тому, чтобы просто арестовать виновных.
А новости таковы – телефон, на который Гурт получает сообщения о том, что кому-либо нужны волкособы, обнаружен в соте одной из вышек мобильной связи в черте города. Учитывая, что чокнутый старик проживает в лесу или в этой своей лаборатории, тот, кто в городе сидит на этом телефоне – это вовсе не Гурт, а кто-то, кто имеет к нему хоть какое-то отношение. Эд поручил своим сотрудникам выяснить точнее – где именно фиксируется сигнал телефона, ему просто необходимо выяснить эти данные, чтобы найти очередную мелкую сошку старика. Также необходимо понять – как тот, кто принимает эти сообщения, информирует потом самого Гурта о том, что интересуются волкособами. Ну, не голубиной же почтой, в самом деле!
Также Эд выяснил, что официальным заводчиком собак у Гурта числится некая Алиса Матвеевна Кирпичева, зарегистрированная по прописке в селе Калачики примерно в трехста километрах от Заячьего. В Калачики Эд направляет своих сотрудников, чтобы узнать, каким боком эта самая Алиса Матвеевна причастна к сумасшедшему старику, любителю крепкой конопли.
Квадрокоптер, отправленный на поиски жилья Гурта в тайге ничего не зафиксировал, но в некоторых местах прямо непролазная чаща и густая листва, сквозь которую ничего не видно. Санька и Макс говорили на допросе, что Гурт живет в непролазной тайге, я же больше чем уверена, что он очень искусно маскирует свое бывшее жилье и иногда, все же, туда приезжает. И еще – для того, чтобы разводить волкособов, нужны условия – вольеры, хотя бы... Это-то можно обнаружить... Но квадрокоптер не зафиксировал даже этого, хотя животные где-то должны содержаться. Больше того, волкособам нужно обязательно бегать, а меж тем, тот же квадрокоптер не обнаружил ни малейших признаков собак в тайге или просто в лесу где-нибудь на уровне того же скита.
– Ну что мне – людей отправлять в тайгу? – сетует Эд – но там такая территория... Мы за год не обнаружим это жилье...
– Эд... самый верный способ – это прицепить «жучок», тогда нам и жилье этого старикана искать не придется – успокаиваю я его.
– Верная мысль – говорит он – только бы Алексеич не подвел, и все выгорело.
Я же до сих пор думаю о Карине Зверевой, в частности, о том, где могут находиться ее украшения. То, что одно из них было найдено у Анютки, укрепляет меня в мысли, что девушка мертва. Я и раньше так думала, но была крохотная надежда на то, что Карина взяла предложенные Масловым деньги и скрылась навсегда, оставив ему сына. С другой стороны, Артур Власевский рассказывал про эту девушку, и я сделала определенные выводы – в частности, о том, что Карина никогда бы не поступила так с родителями. Зная, как они ее любят, она бы нашла способ оповестить их о том, что она жива. Значит, Карина все же мертва, и Маслов ее убил только потому, что она не отдавала ему ребенка. Вот так лишить жизни человека в самом расцвете сил – это выше моего понимания и крайне жестоко, но при этом от Маслова – вполне себе ожидаемо. Мне постоянно кажется, что я где-то что-то упускаю, или невнимательна в каких-то мелочах, но только вот в каких? И что именно не дает мне покоя? Ведь разглядела же я на Анютке это врезавшееся мне в память украшение! Так почему сейчас у меня нет понимания того, что же так волнует меня?!
В субботу утром приезжает Агния, и конечно, я очень рада видеть ее – прошло всего ничего, а я уже успела соскучиться. Рассказываю ей последние новости, а потом мне в голову приходит мысль. Показываю ей фото украшений, которые отправил мне Артур Власевский. Поскольку Агния какое-то время жила с Данилой и при этом спала с Гошкой, она может помнить - возможно, в доме было что-то из этих бирюлек.
– Агния, смотри, ты видела что-то из этих украшений, когда жила с Масловым?
– Это украшения Зверевой? – уточняет она.
– Да. Поскольку на Анютке я обнаружила вот это, то может быть, ты видела что-то еще в их доме?
– Знаешь – задумчиво говорит она – Данила не очень любил всякие там цацки, и я отчетливо помню только одну вещь на нем – толстую золотую цепь, почти в два пальца толщиной. Я когда видела ее, то смеялась над ним и называла «новым русским», и еще у него был типично мужской перстень. Но все равно, давай я посмотрю.
– Может, где-то какая-то шкатулка лежала, и он ее перебирал... Ну, в общем, что-то подобное...
– Ась, ну, ты же Данилу знала хорошо, почти также, как я и Уля. Он разве похож на сентиментального человека. Какое там перебирать украшения, ты о чем? Я ни разу не видела, кстати, чтобы он плакал... А ведь мужчины плачут иногда...
– А Гошка? – спрашиваю я.
– И Гошка нет... Данила стремился сделать из своего сына такого типичного, знаешь ли... мужика...
Она внимательно разглядывает фото, а потом показывает на то самое, на котором изображено украшение, обнаруженное мной на Анютке.
– Ну, вот это вот, которое ты обнаружила у Анютки, я видела у Гошки... еще тогда поразилась оригинальности плетения.
– А ты не спросила, откуда это у него?
– Ась – она задорно сверкает на меня глазами – меня тогда интересовало абсолютно другое... Потому конечно, мне и в голову не пришло спросить у него, откуда такая оригинальная цепочка с кулоном. Ну, и потом, я тогда понятия не имела ни о какой Карине Зверевой.
Она смотрит дальше очень внимательно, а потом тыкает пальцем в еще одно фото.
– А вот это я один раз видела на Даниле. Хотела открыть его и спросила, откуда такая штучка, но он повел себя как-то грубо – сказал, чтобы я не лезла ни в свое дело, и снял ее. Это было... дай подумать... у нас тогда только все началось. После этого единственного раза я больше это на нем не видела.
Смотрю на фото – серебряная цепочка с кулоном в виде половины закрытого сердца. Посредине сердечко словно вырезано ударившей молнией – линия кривая, углы острые, и эта половинка сердца состоит еще из двух закрывающихся половинок. Я полагаю, что внутри должно быть фото. Но возникает вопрос – зачем Данила носил это украшение и чье фото было внутри, а также где вторая половина? Неужели он настолько любил в свое время Карину, что сохранил и носил это в память о ней, до этого убив ее, образно говоря, своими руками? Тогда в этом случае, вероятно, вторая половина на теле Карины, вернее, на ее теперь уже останках.
– Слушай – говорит Агния задумчиво – что-то я не верю в то, что Данила носил на теле цепочку, которая принадлежала бывшей, убиенной им же, любовнице...
– Ты мои мысли читаешь... И что же за фото внутри, интересно знать?
– Да, и где вторая половинка?
– Вторая на останках Карины, вероятно. Знаешь, ты ведь убедилась в том, что от Маслова можно ожидать чего угодно? Так что вряд ли мы можем удивляться...
Встреча со стариком Гуртом должна состояться в два часа дня. Человек, отправленный Эдом, уже на месте – пока он наблюдает за кафе, находясь чуть поодаль. Я звоню Эду и прошу его разрешить присутствовать и Агнии тоже. Он соглашается, и мы едем в штаб на двух мотоциклах. Перед администрацией деревни останавливаемся – Эд стоит на крыльце и с кем-то разговаривает по телефону.
– Новости? – спрашиваю я его.
– Вы как всегда вовремя, девчонки – целует в щеку меня и Агнию – Ася, мои ребята звонили из Калачиков. Алиса Матвеевна чуть более года назад переехала в город, где-то снимает квартиру. Так им объяснили соседи, сам дом этой самой Кирпичевой заколочен. Она одинокая, еще молодая, женщина, никто не знает, где именно она в городе живет. Но у нас есть ее фото.
– Эд, мне кажется, что Кирпичева-заводчик и тот, кому приходят смс-сообщения о заказах волкособов – это один и тот же человек.
– Вполне возможно. Как только ребята обнаружат точные координаты нахождения того телефона, на который приходят сообщения – я сразу же поеду туда.
– А соседи не знают телефон Кирпичевой?
– Нет. Не сказать, что она тесно с кем-то из них общалась. Соседи говорят, что она была милой, вежливой, готовой помочь чем-либо, но знали они ее плоховато. Ладно, дамы, нам пора устраиваться у мониторов.
Сотрудник, тот, которого Эд отправил в кафе, уже сидит за столиком, читает газету и пьет кофе. Перед ним стоят две тарелки, наполненные чем-то вкусным. Глядя на это, я чувствую голод – плохо поела, а еще какое-то волнение. Почему-то шепотом рассказываю Эду о том, как мы сегодня с Агнией рассматривали фото украшений.
– Ася, не шепчи – усмехается Эд – тебя там не слышат.
В этот момент изображение дергается, и мы слышим, как открывается входная дверь кафе.
– Какой звук! – восхищается Эд – все до мелочей слышно!
Все-таки молодец его сотрудник! Выбрал такое место, что сам сидит как бы в стороне, но при этом все видит.
В кадре появляется изображение мужчины с кудлатой головой , густой бородой и в какой-то странной деревенской одежде. На нем вышитая белая косоворотка, подпоясанная красным ремнем, широкие полосатые штаны, заправленные в сапоги и жилет сверху. Мы втроем аж замираем у мониторов, а сотрудник в наушниках, сидящий недалеко от нас, ухмыляется.
Когда я видела единственный раз этого чисто деревенского внешне мужика, было темно, но я поняла тогда, что все, что я разглядела впечаталось в мою память настолько остро...
– Это он – завороженно шепчу я – это точно он...
– Кто бы сомневался – говорит Эд.
Мужик выглядит чуть обеспокоенным – он сначала усаживается за столик, потом подходит к окну, отодвигает тюль, и смотрит наружу. Кидает подозрительный взгляд на того, кто сидит, закрывшись газетой и конечно, не понимает, что в одном его наушнике камера, а в газете – небольшая дырка.
Наконец снова раздается скрип двери – это входит Евгений Алексеевич. Подходит к старику и говорит:
– Виссарион! Сколько лет, сколько зим! Ты отлично выглядишь, старина!
– Молодец, Алексеич! – негромко резюмирует Эд – ведет себя смело и как обычно, ничем не выдавая того, что отправлен специально.
– Да и ты неплох! – отзывается Гурт – видел красавца?
– А то! С каждым разом, Виссарион, твои волкособы все лучше и лучше! Вышестоящие нарадоваться не могут. Кстати, тоже хотят завести – к себе в дома. Будет парочка? – вероятно, таким образом Евгений Алексеевич прощупывает почвы для дальнейших встреч с ним?
– Для тебя найдется, Алексеич. Ты один из самых надежных. Осматривать будешь?
– Я тебе полностью доверяю!
Гурт отдает ему приходник с печатью, – Эд уже отправил парочку таких же на экспертизу почерка, так, на всякий случай – а Евгений Алексеевич отдает ему деньги.
– За встречу и удачную сделку? – спрашивает начальник у старика и, не дожидаясь ответа, подзывает официантку.
Скоро им приносят по небольшой рюмке водки, они шумно чокаются и выпивают. Гурт кладет в рот соленый груздь, а Евгений Алексеевич закусывает огурцом.
– Эд – говорю я – таким темпом он не успеет прикрепить ему «жучок»...
– Ася, у него все получится, не переживай.
Они выходят на улицу и на некоторое время мы теряем их из виду. Сотрудник скоро выходит вслед за ними и даже просит у них прикурить, а потом останавливается от них чуть в отдалении и делает вид, что болтает по телефону.
Гурт же и Евгений Алексеевич стоят возле грузового мотоцикла и рассматривают волкособа, сидящего в кузове на поводке и в наморднике.
– Собака – высший класс – слышим мы голос Гурта – обучена так, словно она робот...
Дальше их разговор плавно перетекает в обычную житейскую плоскость.
– Слушай, Виссарион, я все хотел у тебя спросить – ты где их выращиваешь? Должны же быть вольеры, уход какой-то...
– А... тут недалеко... в маленькой деревне живу... Там и развожу собак...
– Врет – говорю я – смотрите, прикрыл рукой рот. Привирает он – не хочет говорить о месте своего жительства.
Наконец они начинают прощаться, Евгений Алексеевич обнимает Гурта за плечи, и сотрудник, сидящий рядом с нами, выдает громко и радостно:
– Есть! «Жучок» на месте!
Все правильно – холщовая сумка Гурта лежала в кузове, недалеко от собаки. Когда начальник колонии обнимал старика, он за его спиной нацепил на сумку «жучок-капельку». Как ни странно, он даже по цвету сливается с сумкой, так что это просто невиданная для нас удача!
– Ура! Ура! – щебечет Агния, и мы с ней весело хлопаемся ладошками.
Гурт садится за руль своего грузового мотоцикла и отъезжает, а начальник остается с собакой и машет ему вслед.
Сотрудник тут же уходит со ступенек кафе. Евгений Алексеевич звонит Эду.
– Борисыч, все сделано!
– Ну, Евгений Алексеевич, ты молодец! Честь тебе и хвала! Благодарю тебя, дорогой!
Дальше нам остается только наблюдать, как проносятся мимо поля, дорога, деревья и лес. Сумка Гурта по-прежнему лежит в кузове, но мы больше чем уверены, что скоро он принесет ее туда, где обитает.
– Он едет в сторону дороги в скит – говорит Эд.
– Эд – Агния поворачивается к нему – он замедляется...
Свернув на какую-то тропинку, Гурт тормозит мотоцикл, спускается на землю и негромко зовет:
– Вельзевел!
Скоро мы видим, как из кустов появляется то самое необычное животное. Агния смотрит на него во все глаза и шепчет зачарованно:
– Зря я, Аська, не верила тебе...
– Ну, дружище, поедем домой! – говорит в это время Гурт своему питомцу. Тот послушно прыгает в кузов, но вдруг начинает скулить и тереться о шею хозяина.
– Его что-то беспокоит – говорю я, внимательно наблюдая за поведением животного.
– Ну, что с тобой, приятель, что? – Гурт гладит его по загривку, а Вельзевел скулит и словно бы не хочет его отпускать.
Он то складывает на него лапы с острыми, как бритва, когтями, то заглядывает ему в лицо, потом начинает нюхать кузов и ходить кругами... Мы завороженно наблюдаем за его действиями, пока наконец он не подходит к сумке и не начинает обнюхивать ее. А скоро раздается характерный хрустящий звук и изображение сразу пропадает.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.