Полуголодные, худющие дворняги
С глазами умными нас поразили так...
А мы на них гранаты надевали,
Чтобы потом отправить их под танк....
Это будет очень печальный пост...
Их называли живыми минами, собаками - камикадзе, четвероногими минами - собак, бросавшихся под танки со взрывчаткой на спине.
Собаки-истребители танков были приняты на вооружение в 1935 году. По замыслу, собака со взрывчаткой на спине забиралась под танк, срабатывал датчик цели, и заряд взрывался под днищем танка. Для этого собаку не кормили несколько дней и приучали её к тому, что еду можно найти под танком. Далее ей на спину прикрепляли макет взрывного устройства и дрессировали залезать под танк уже с ним. Учили не пугаться движущихся и стреляющих танков. В нужный момент укрепляли на ней настоящее взрывное устройство - около 12 кг тротил - снимали предохранитель и выпускали собаку навстречу вражескому танку. Собака погибала...
На разработку живого оружия еще до войны страна Советов бросила немалые силы и средства. Армейское руководство привлекало в эту сферу лучших ученых-кинологов, дрессировщиков.
Впервые немцы услышали о собаках-камикадзе осенью 1941 года на участке фронта Брянск—Вязьма. Там наступал танковый полк Хассо Мантойфеля. Среди его солдат поползли рассказы о нескольких советских солдатах, попавших в плен, при каждом из них был пес. На допросе они объяснили, что используют животных для подрыва танков. Над пленными посмеялись...
Но буквально через несколько дней немецкие танкисты поняли, что собаки - мины — не шутка. Карель пересказывал воспоминания одного из участников тех событий: “Первая собака поднырнула прямо под головной танк. Вспышка, приглушенный грохот, фонтаны грязи, клубы пыли, яркое пламя. Унтер-офицер Фогель первым понял, что происходит. “Собака! — закричал он.— Собака!” Стрелок выхватил “парабеллум” и выстрелил во вторую собаку. Промахнулся. Выстрелил снова. И опять мимо”.
Ганс фон Люк командовал танковым разведывательным батальоном во время боев под Москвой. Он одним из первых встретился с необычными камикадзе. “Однажды, когда мы собирались покинуть одну из деревень, к нам бросилась собака, которая виляла хвостом и подвывала,— писал фон Люк в мемуарах «Танковая команда».— Мы попытались ее поймать, но она устремилась под танк, и через несколько секунд раздался сильный взрыв. Машина получила повреждения, но, к счастью, не загорелась...”.
Дьявольским оружием Красной армии окрестил собак - подрывников Пауль Карель - бывший глава пресс-службы министра иностранных дел Третьего рейха Иоахима Риббентропа. Карель утверждал, что четырехлапые бойцы с привязанной к ним взрывчаткой вызывали у немецких солдат такой ужас, что они в панике начинали палить по всем быстро движущимся мишеням. И сам факт того, что русские каким то образом научили собак подрывать танки, давил на нервы немецким танкистам.
Генерал-лейтенант Дмитрий Лелюшенко, командующий 30-й армией, в марте 1942 года сообщал в штаб: “Практика применения в армии собак показала, что при массированном использовании противником танков собаки - подрывники являются неотъемлемой частью обороны. В период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда. Противник боится противотанковых собак и специально за ними охотится”.
Из воспоминаний бойца истребительного отряда Николая Маслова: «Собаками мы взрывали один за другим танки, и немец поворачивал вспять… И поэтому как бы немец не хотел прорвать оборону, ему это не удавалось. Хоть какое количество танков не посылал на нашу оборону, мы отражали их собаками и вдобавок огнем».
Самым непревзойденным за годы войны стал случай, когда по приказу комдива Бориса Аршинцева с поводков спустили 64 противотанковые собаки, и они сразу же подбили 24 танка.
Российские историки утверждают, что лишь за один день боев за Сталинград боевые собаки подорвали 27 фашистских танков, а всего в боях за Сталинград собаки-камикадзе вывели из строя 63 танка.
В самом большом танковом сражении под Прохоровкой собаки подожгли 12 немецких танков. “Живые мины” использовались на белгородском направлении, где было уничтожено 15 танков противника”.
Собаки представляли проблему для немцев, поскольку танковый пулемёт располагался достаточно высоко и с трудом попадал в быстро перемещающуюся у поверхности земли собаку. Немецкое командование обязало каждого солдата пристреливать любую собаку, появляющуюся в поле зрения. Со временем солдаты вермахта стали применять против собак установленные на танках огнемёты, это оказалось достаточно эффективной мерой противодействия, однако остановить собак всё равно не удавалось...
После 1943 года использование «четвероногих мин» было свернуто. С одной стороны, уже не было нужды в таком «оружии отчаяния», каким, безусловно, являлось использование собаки-подрывников. Кризис противотанковых средств в Красной Армии был полностью преодолен. Советская индустрия уже не только догнала, но и оставила далеко позади германский военно-промышленный комплекс. Пушек, минометов, мин и прочих «танкоубойных» средств теперь было вполне достаточно...
Подготовлено по материалам из интернета.