Редко кому удается пронести школьную дружбу через всю жизнь. Да, что там через всю жизнь! Очень часто еще вчерашние друзья со школьной скамьи, но уже сегодняшние выпускники школ, продолжив свое обучение в высших учебных заведениях, всецело погружаются в водоворот новой жизни. Здесь и множество новых событий, и множество новых людей; здесь компании формируются вновь и статус «лучшего друга» приобретает кто-то другой.
Но у Элины Давыдко все было совершенно иначе. Её лучшей подругой еще с дошкольной поры была Маруся Миронова. Девочки жили в одном доме, в соседних подъездах. Сначала они играли в одной песочнице, затем, когда чуть подросли, вместе играли в куклы, потом пошли в один класс и сели за одну парту. Маруся в жизни Лины была самым близким человеком, после родителей. Именно ей Лина доверяла все свои секреты и нехитрые тайны, именно она была единственной, кому Лина могла рассказать о любых своих переживаниях честно, без всякой утайки.
Несмотря на то, что девочки учились в разных ВУЗах, они по прежнему, когда это позволяло расписание, вместе выходили из дома и шли к метро, где уже их пути расходились – Лина ехала в одну сторону, а Маруся в противоположную. Вот и сегодня начало занятий у девочек совпадало, а потому Лина, которая обычно выходила чуть раньше, ожидала Марусю возле её подъезда. Сегодня Маруся запаздывала, что было на неё крайне не похоже. «Ну, где же она? – с раздражением думала Лина. - Ведь опоздаем!». Набрав номер телефона подруги, Лина вдруг услышала звонок, раздававшийся из-за двери подъезда. «Наконец-то! Идёт!» - подумала она и распахнула дверь.
Слово «идёт» явно не подходило для описания положения, которое занимала Маруся. Девушка лежала спиной на ступеньках лестницы, раскинув руки в стороны и откинув голову.
«Маруся!» – истошно закричала Лина и бросилось к подруге. Мысль о том, что та уже мертва, никак не приходила ей в голову. «Она упала и, наверное, повредила позвоночник, - проносились мысли в голове у Лины, - её ни в коем случае нельзя трогать, чтобы еще чего не повредить! Сейчас «Скорая» приедет и они её зафиксируют в правильном положении». Одной рукой Лина набирала телефон скорой помощи, другой, едва касаясь, поглаживала Марусю по плечу и приговаривала: «Маруся, ты потерпи! Сейчас врачи приедут, все хорошо будет! Ты только потерпи».
К моменту, пока доехала машина скорой помощи, вокруг лежащей на ступеньках Маруси собралось немалое количество соседей. «Ба, девки! – бесцеремонно сказал Василий Пантелеймонович, сосед с первого этажа. - Да, тут скорая уже не поможет! Тут труповозка нужна. Бедная Маруська, как же её это угораздило?!». «А вот, всё ходят на высоченных каблучищах, - высказала свое мнение Матрена Тимофеевна, старушка живущая на втором этаже, и нежно прижимавшая к своей груди персидского кота по имени Клаус, - а потом удивляются, что с лестниц падают! Да, на таких ходулях и по ровной поверхности не пройдешь… А тут – лестница!». «Да, что Вы говорите такое? – едва слышно сказала Лина, - Какая труповозка? Совсем что ли спятили! Маруся ведь живая! Ей в больницу нужно!». «Лина, - одернула её Лидия Аркадьевна, учительница биологии, проживающая на третьем этаже, - Василий Пантелеймонович, к моему большому сожалению, прав! Маруся умерла…». Последнее, что услышала Лина, прежде чем потеряла сознание, было: «Лина, ты разве можешь себе представить, что живой человек принял бы столь неестественную позу?! Похоже, я зря поставила тебе четверку по биологии в выпускном классе! Ты разве не видишь, что здесь на лицо перелом шейных позвонков?!».
Очнувшись от запаха нашатырного спирта, Лина приоткрыла глаза и увидела, что лежит в квартире Лидии Аркадьевны, а сама учительница биологии держит ватку у её носа. «Ну, вот!» - удовлетворенно произнесла Лидия Аркадьевна, убирая руку с пахучей ваткой. Следующий, на кого пал взор Лины, был следователь Капуша.
- Рад встречи, Элина! – мягко произнес он и добавил. - Жаль только, что при таких обстоятельствах!
После этой фразы Лина окончательно пришла в себя и осознала вдруг, что её лучшей подруги Маруси больше нет.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...