— Не держи на нее зла, — говорила старушка, когда еще совсем маленькая Верочка смотрела вслед уходящей матери, — вот такая она… А ты, доченька, всегда к окружающим милосердие проявляй. Не проходи мимо чужой беды. За доброту тебе обязательно воздастся.
Веру мама бросила. Когда девочке исполнилось пять, мать почему-то решила, что больше жить с единственной дочерью не хочет. Лиля собрала Верочку и отвезла ее к матери. Нина Вячеславовна, увидев дочь и внучку на пороге, обрадовалась:
— Лилечка! Приехала наконец. Проходите скорее, сейчас я чайник поставлю, обедом вас накормлю! Верочка, золотце, как ты выросла!
Лиля впихнула дочь в коридор, поставила сумку с ее вещами и матери объявила:
— Пусть она пока у тебя поживет.
Нина Вячеславовна насторожилась:
— Лилечка, что-то случилось?
— Шуба в … засучилась! — грубо рявкнула Лилечка, — Устала я! Отдохнуть от нее хочу, понятно? Из-за Верки я замуж выйти не могу, мужики сбегают сразу, как только про нее узнают. Да я больше половины зарплаты на нее трачу! В общем, здесь она остается. Пока!
Нина Вячеславовна опешила.
— Лилечка, да разве ж можно так про единственную дочь говорить? Чем она тебе мешает? Какое она отношение к твоему неустроенному счастью имеет? Как ребёнок будет без тебя? Ты всё-таки мать, ты ей нужна. По большому счёту, кроме тебя-то ничего ей и не надо.
— Да мне без разницы, — припечатала Лиля, — как я решила, так и будет. Пусть пару-тройку лет у тебя проживёт. А дальше будет видно. У меня ухажёр наклёвывается, начальник мой. Между прочим, разведённый, обеспеченный! Если всё срастётся, я за него замуж выйду и что такое нужда забуду навсегда. Я не хочу, чтобы и он сбежал, когда узнал про Верку. В общем, она остаётся у тебя, и точка. Если ты откажешься, могу в детский дом её сдать. А потом, может быть, заберу. А может быть, и нет.
Конечно, Нина Вячеславовна не могла допустить, чтобы единственная внучка оказалась в детском доме. Верочку она молча увела в комнату, прикрыла дверь и снова вышла к дочери. Лиля как раз собиралась уходить. Нина Вячеславовна её окликнула:
— Ты навещай её хотя бы, не забывай. Дочь всё-таки…
— Как получится, — отрезала Лиля.
Верочка стояла у окна и смотрела, как уходит мама. Тогда она ещё не понимала, что близкий человек бросает её навсегда. Нина Вячеславовна внучку утешила, приложила все силы, чтобы мягко ей позицию матери объяснить. Но пенсионерка не была уверена в том, что внучка её правильно поняла. Маленькая всё-таки, в жизни ещё не разбирается...
***
Воспитанием Веры теперь занималась бабушка, от которой пахло пирожками с яблоками и кашей. Ароматной и почти всегда овсяной. Бабушка не любила говорить попусту. Считала, что трепаться — грех. Но как только речь заходила об ее молодости, забывала обо всем. Нина Вячеславовна в основном вечерами рассказывала внучке о своей жизни.
Бабушку любили в поселке все. От старой облезшей собаки до алкоголика, над которым смеялись даже дети. Старушка не щадила ни своих рук, ни спины, ни сердца. Она подавала милостыню нищим, подолгу беседовала с цыганами, которых все избегали, и часто принимала у себя гостей.
— Вот не станет меня… — начинала свой привычный рассказ бабуля.
— Ну, бабушка, — перебивала ее Верочка.
Девочку пугала эта фраза. Она подскакивала к старушке, гладила ее седую голову, обнимала и водила теплыми пальцами по морщинкам. Бабушке это нравилось, суровость спадала с ее лица, а рот расплывался в улыбке. Но она собиралась и будто бы серьезно продолжала:
— Вот не станет меня… Помогай всем, доченька. Не жалей копейки. Богаче от нее не станешь. А если не дашь рубль нищему или убогонькому, так больше потеряешь. И жалей всех. Каждую букашку, каждый лепесточек. Если нет в человеке жалости, то не живет он. Сердце у него каменное.
Так и выросла Верочка с «живым» сердцем. Сопереживала каждому и отдавала последнее. Сначала делилась любимой юбкой с младшей сестрой, которую мать родила от мужа-начальника, и которую каждое лето сплавляла матери, отдавала ей свои игрушки и заколочки, которые мама изредка, но привозила будто бы в подарок. Лиля, во второй раз став матерью, мужу о существовании старшей дочери рассказала. Но не собиралась Веру забирать. Пару раз Нина Вячеславовна заводила об этом разговор, но Лиля всегда находила отговорки:
— Мама, ну куда я её заберу? — говорила родительнице Лиля, — в первую очередь переезд на Веру негативно повлияет. Она уже привыкла, она столько лет здесь живёт. Вырывать придется её из привычной среды, лишать её общения с друзьями, одноклассниками. Зачем? Всё же нормально, всех всё устраивает. Насколько я знаю, Вера тоже не горит желанием переезжать в город.
— А ты у неё спрашивала, — интересовалась Нина Вячеславовна, — может быть, она согласна? Лиля, дети должны жить с матерью! Ты только представь, что чувствует Вера. Младшая дочь живёт с тобой, у неё есть мама и папа, а у Веры никого, кроме меня, нет. Одну ты любишь, а о второй ты вспоминаешь только летом, когда младшую ко мне привозишь. Пытаешься от неё откупиться какой-то мелочью. Тебе не стыдно?
— Не стыдно, мама, — рявкнула Лиля, — я и так дала ей самое дорогое, что вообще может быть в жизни — я её родила! Я ей жизнь дала. Благодаря мне она в принципе есть. Ты тоже прекрати Верку против меня настраивать. Зачем ты вообще подобные разговоры ведёшь? Живёт она здесь, и пусть живёт. Для всех так будет лучше!
***
А потом в жизни Верочки появилась Тася. Ее первая, настоящая подруга. Несмотря на кроткий нрав и податливость, подруг у Верочки не было. Она сидела за партой в школе, где придется, постоянного места не имела. Избегала дискотек и почти не водилась с деревенской молодежью. Все свободное время сначала девочка, а потом и девушка проводила с бабушкой.
Симпатичная Вера парням нравилась. И родителям этих парней — тоже. А что? Скромная, хозяйственная, ни в чем предосудительном замечена не была. Всем нужна такая невестка. Местные парни к Вере активно подкатывали, но на свидания у девушки не было времени.
— Бабушке не понравится… — говорила Верочка, когда кто-то звал ее на танцы.
— Прости, бабуля приболела, — говорила она соседу, приглашавшему прогуляться.
Ажиотаж вокруг Веры со временем спал. Что толку ее куда-то звать, если она не соглашается? Есть в деревне и другие, куда более сговорчивые девушки. Вера закончила школу и решила, что пора что-то в жизни менять. Уговорив бабушку, Верочка поехала поступать в институт. Мать неожиданно заботу проявила — вызвалась оплачивать проживание Верочки в крошечной однушке с «бабушкиным» ремонтом.
Деревенская скромница познакомилась с красавицей Тасей. Случилось это в поликлинике — Вера неудачно состригла уголок и у нее сильно воспалился палец. В очереди обнаружилась девушка с точно такой же проблемой.
Теперь единственным близким человеком для Веры была подруга. И разве можно отказать в просьбе той, которая открыла свое сердце и позволила из статуса «знакомый» перейти в статус «друг»?
Подруга часто изливала Верочке душу. Они сидели на старой кухне, плакали и делились душевной болью. Судьбу Таси вряд ли бы можно было назвать завидной. Она рано вышла замуж.
— Знаешь, как я сейчас жалею о том, что мать послушалась? — утирая слезы, говорила Верочке Таисия, — «иди за военного, деньги всегда будут!» — говорили они, и я их послушала. Сразу после выпускного, вместо университета, выскочила замуж… Такой красивый он был… Он, как пришел на выпускной, так все девки обзавидовались, а парни рты разинули. Вер, ты когда-нибудь влюблялась за секунду? С первого взгляда? Я когда его увидела, то сразу поняла: надо брать. Вдруг упущу такого мужика? Если не я, то другая точно не упустит…
И не упустила. Вышла замуж. Почетное звание «жена военного» носила с гордостью.
— Престижно! — говорила ей мама.
— Вер, а в чем престиж-то?! В том, что я одна постоянно с двумя детьми? В том, что мужа постоянно где-то носит, и я уже давно сама решаю все свои проблемы? Да и денег, на самом-то деле, не так уж и много он приносит.
Тася постоянно жаловалась на усталость. Отношения у Таси с матерью не ладились, но только от нее она могла ждать помощи.
— Приведи себя в порядок, глупая! Конечно, мужик дома бывать не будет, когда его лохматая жена встречает. Вот мы… — Тася на этой фразе матери громко вздыхала и закатывала глаза. Но мать продолжала, — вот мы… Да-да, мы. Мы в свое время и детей воспитывали, и на работе спины гнули, и не жаловались. Ничего. Все успевали. А еще и красивые ходили. А ты распустила себя. Смотреть страшно!
Тася отводила глаза в сторону, громко сглатывала слезы, подкатывавшие к глазам. И продолжала развешивать постиранные пеленки.
— Распустила себя!.. Да, распустила. А ты знаешь, мама, что нам денег хватает только на кусок хлеба! Мы концы с концами сводим. Я несколько лет себе никакой одежды не покупала. А про косметику вообще молчу. Откуда деньги на косметику, если риса на кухне нет? Даже мышам прельститься не на что, — думала Тася, в то время как мать возилась с ее маленьким сынишкой.
Верочка знала эти мысли Таси — та постоянно их озвучивала вслух. Только Верочке Тася могла рассказать все, что тяготило ее душу. И Верочка отвечала ей состраданием, как учила бабушка. Доход у Верочки был небольшой, но она не скупилась на сладости для малышей подруги. А на праздники, Новый год или дни рождения, покупала хоть недорогие, но игрушки.
— Пусть хоть поиграют! – думала Верочка, когда смотрела в магазине на очередного плюшевого медведя или куклу с кудрявыми волосами. Ей было жалко детей.
Когда дела стали идти лучше, Верочка стала отдавать подруге еще и вещи. Почти новые, в хорошем состоянии. Такие и продать можно. Да нехорошо как-то продавать, когда подруге надеть нечего. И Верочка собирала целые сумки и тащила их в квартиру к подруге, где ее встречала измученная Тася и веселые дети.
***
Верочка старалась помогать Тасе не то, чтобы тайно, но так, чтобы не при муже. Она его почти не знала и почему-то побаивалась. Вот уйдет он из дома, тогда и можно тащить целый пакет, разбирать каждую кофточку, тут же примерять и сплетничать.
— Смотри, как хорошо села! – говорила Тася, когда надевала Верочкину кофточку, — и эта юбка неплохая! В самый раз в школу или в детский садик.
— Таська, а вот джинсы какие. Прямо на тебя. У нас с тобой фигуры почти одинаковые. Да и неношеные почти. Я, может, джинсы пару раз на работу надела и все. Куда мне ходить? Все дома и дома. А ты носи. Их и в школу можно, и в садик.
Тася с любопытством разглядывала вещи, улыбалась, а потом будто бы становилась грустной и какой-то задумчивой. Верочка не решалась ее спросить и списывала резкую перемену настроения подруги на усталость или ссоры с мужем.
— Пусть носит и радуется! — думала Верочка, когда спускалась по лестнице и направлялась домой, — у нее ведь совсем ничего нет. Бедная, дети отнимают столько сил. Муж дома почти не появляется. И мать… Да разве она ее понимает. А ведь Таське хочется быть первой среди мам в классе дочери. Она ведь красавица! Хоть и замученная бытовухой, а какая красавица! Нет, красоту ничем не испортишь.
И счастливая Верочка возвращалась домой. Ей казалось, что она совершила что-то великое. Может и не спасла жизнь утопающему, но точно падала ему спасательный круг. И под действием переполняющих ее эмоций, ей хотелось отдать все:
— Так… до получки еще нескоро. Жаль, денег совсем нет. Вроде и продукты все есть. Вот бы сейчас сделать Таське какой-нибудь подарок. Или детям купить конфетки хоть какие-то. Ай, дуреха! Матери принесла сумку с вещами, а детям даже карамельку не дала.
Стыдно! Некрасиво ходить в гости с пустыми руками, тем более к подруге… Бабушка бы за это по головке не погладила.
Со временем Вера стала чувствовать себя обязанной Тае. Просьбы одолжить денег, купить то одно, то другое стали поступать все чаще. Подруга, привыкшая к регулярной помощи со стороны Веры, начала предъявлять ей претензии:
— Вер, ну мне позарез нужны эти три тысячи! Я детям кое-что в интернет-магазине заказала. Так, по мелочи, но все вещи чрезвычайно важны! Посылка пришла, её забрать надо, долго ведь заказ мой в пункте выдачи держать никто не будет, он уйдёт обратно. У тебя что, совсем денег нет? Три тысячи ведь не такая уж и большая сумма.
— Вера, ну почему ты не можешь забрать мои туфли из ремонта? Тебе всего три остановки на автобусе проехать! Сама я никак не могу, мне детей оставить не с кем. Ты знаешь же прекрасно, какие у меня отношения с моей мамой, она не хочет с внуками время проводить. Кстати, я туфли сдала и ремонт не оплатила. Ты, пожалуйста, заплати. А я тебе потом, как будет возможность, отдам.
Вера не роптала. Бабушка ведь учила никогда не проходить мимо чужой беды. Если была возможность, охотно раскрывала кошелёк, забирала чужую обувь из ремонта, покупала продукты и привозила их Таисии, если та просила. Общение постепенно сводилось к нулю. Тася обращалась за помощью к Вере регулярно, но, как раньше, задушевных разговоров с ней не вела — времени на них у матери двоих детей не было.
— Не приходи, Верка! Опять сопли, температура… В общем, садик этот. И мужа опять нет. Кто бы мне тогда сказал, что я буду так жить! Я думала, выйду замуж первая и буду жить, как королева. Никто же мне не сказал, что у королевы не будет прислуги.
— А как же мама? Совсем не помогает?
— Ну, ты же ее знаешь. У мамы своя жизнь. Внуков она еще может пожалеть, а дочь… У меня все не так. Готовлю я не так, спать детей не так укладываю, и даже ползунки развешиваю не так, как надо. Не дочь, а одно сплошное разочарование.
— Хочешь, я приду и помогу? Посижу с Дениской, пока ты будешь варить кашу для Вероники. Или развлеку их, пока ты немного отдохнешь.
— Неее… не приходи. К чему тебе эти скандалы. Мать здесь. Она хоть и не в восторге от своей дочери, но с детьми помогает. Да и на работу тебе надо. Ты же никак не можешь заболеть? Кто за тебя в твоем офисе работать будет, если ты сляжешь с простудой? На тебе вся контора держится.
И Верочка клала трубку и возвращалась к привычной жизни. Дома ее тоже ждали дела. Часть работы она брала на дом, подолгу сидела за компьютером, а когда делать было нечего, то читала книги и до бесконечности смотрела сериалы.
***
Порой она заходила на свою страничку в социальных сетях и смотрела на профили своих одноклассников. Кто-то состарился, кто-то потолстел, а кто-то проживает свою лучшую жизнь. Хорошо, если не только на фотографиях в соцсетях.
Прозрение пришло неожиданно. Вера как-то вечером листала ленту социальной сети и набрела на группу, в которой участники обменивались или продавали ненужные вещи.
— Кофточка… Как моя. И юбка тоже. И джинсы вроде мои… — листая ленту, увидела Верочка вещи, которые уж больно напоминали ее собственные.
Но не те, которые благополучно хранились в шкафу и ждали часа, когда Верочка наденет их на работу, на корпоратив или на встречу одноклассников. Это были те вещи, которые девушка отдала подруге. И не одна кофточка или юбка, а целый гардероб.
— И расцветка та же. И завязки у меня с этой стороны. Не может быть! Да точно мои! Таська их продает что ли?
Стало как-то неприятно. Да, она добровольно отдала эти вещи подруге, никто ее к этому не принуждал. Но отдала ведь не для того, чтобы та их продавала! Таисия всегда жаловалась на отсутствие хорошей одежды, Вера буквально от сердца оторвала несколько почти новых костюмов. И, если на то пошло, она сама могла их продать.
Верочка потянулась к телефону, который лежал на тумбочке у кровати. Она разблокировала экран, открыла телефонную книгу, зашла в избранные и увидела знакомое «Тася» и смайлик-сердечко рядом. Она нажала на вызов и замерла. Но потом сбросила.
Вера заблокировала телефон и отложила в сторону. Может, она ошиблась? Может, не ее вовсе вещи выставлены на продажу. Тем более, объявление выложила какая-то Дина.
— Эту кофточку я купила в прошлом году в сентябре. Нет, не в сентябре, а в мае. Она немало стоит, хоть и досталась мне по скидке. Я ее надела, может быть, раз пять. Ни пятнышка, ни затяжки. Почти как новая. Да она на фотографии точно новая!
На следующей фотографии Вера увидела свою юбку. Модную, брендовую. Об этой юбке говорил весь офис. Коллеги перешептывались и спрашивали, где купила. А Вера гордо держала голову и всем рассказывала, как почти половину зарплаты отдала за эту драгоценность. А потом набрала пару лишних килограммов и носить юбку стало будто бы неприлично.
«— Все недостатки подчеркивает! И на животе в гармошку будто собирается. Не хочу! Будут все спрашивать, беременная я или нет. Зачем мне лишние разговоры. Да и на бедрах некрасиво! Вот похудею… Нет, лучше Таське отдам. Она хоть и мать двоих детей, а худая такая. По ней и не скажешь, что родила Дениску и Веронику», — думала Верочка и складывала вещи в огромный пакет, содержимое которого позже увидела на экране своего ноутбука.
Но на экране Верочка увидела не только юбку и кофточку. Там были и свитера, и шапки, и куртка зимняя, и даже сапоги. Недешевые… С виду совсем новые. И ладно если бы одна вещь… Но не узнать в коллекции свой гардероб было невозможно. Все вещи ждали своего покупателя. А на них напоролась Верочка.
— Мои. Точно мои! — проговорила вслух Верочка и почувствовала, как глаза наполнились слезами, — обидно как-то… А разве правильно обижаться, когда ты уже отдал вещи, когда распрощался с ними? Ну, выставила она их на продажу. Но я ведь ей подарила их. Делай с ними, что хочешь, хоть продавай…
Никто не ответил на вопрос Верочки. Жаль, что рядом с ней не было любимой бабушки, которая научила ее жалости и состраданию. Она бы, наверное, не стала грустить о вещах, которые отдала насовсем.
— Нечестно это как-то. Я же ей от всей души. Лучшее собрала. Не тряпки же какие-то! А отдала вещи, которые сама могла бы еще носить. Или могла бы продать… Да, продать. Все вещи ведь почти новые и в хорошем состоянии. Еще и брендовые. Не просто бы избавилась от старого хлама, а еще бы деньги получила.
И Верочка стала думать. Ей показалось, что ее обманули.
— А, может быть, если она так легко рассталась с вещами, они и не нужны ей были вовсе? Да ведь Таська сама жаловалась, что ей надеть нечего, что денег только на еду и хватает. Что она ни одежды, ни косметики не видит. А тут взяла и продала. А, может быть, у нее вообще бизнес? Может быть, она вот так собирает-собирает вещи, а потом берет и продает? А я глупая еще и экономить стала. Во всем себе отказывала. Лучше бы сразу сказала, что не нужны они ей…
***
Разговор неприятный все же произошел. Когда Таисия в очередной раз позвонила и попросила скинуть ей на карту «пару тысяч», Вера набралась смелости и спросила:
— Тай, а где те вещи, которые я тебе отдала? Те последние, где юбка дорогая и сапоги зимние кожаные. Ты их носишь?
— А почему ты спрашиваешь? — насторожилась Таисия, — нет, пока не ношу, в шкаф убрала. Ну так что, деньги ты мне скинешь? Ждать или нет?
— Тая, я всё, что тебе отдала, в группе «Барахолка» видела. Ты всё на продажу выставила! Ещё и людей обманываешь, говоришь, что вещи новые, просто бирки с них срезаны. Ты знаешь, мне неприятно. Многое из того, что я тебе подарила, я могла бы носить сама. Ты всегда мне говорила, что тебе совсем нечего надеть, что ноги у тебя в старых сапогах замерзают. Я отдала тебе сапоги, которые и сезона не относила.
— Ну и что с того? — нагло поинтересовалась Таисия, — даже если и продала, какая тебе разница? Тебя это не касается! Вещи хорошие, поэтому вполне себе сойдут за новые. Ты же одежду аккуратно носишь, за что огромное тебе спасибо. Я зарабатываю, как могу, и не позволю кому-то себя осуждать. Ты сначала в моей шкуре поживи, ты попробуй без мужа воспитать двоих детей. Я, наверное, тысячу раз тебе говорила о том, что мне не хватает денег. Если ты вся такая из себя милосердная, сердобольная, то почему ты мне не помогаешь? Я постоянно вынуждена у тебя выпрашивать! Мало того, оказывается, ты ещё и слежку за мной устроила, претензии мне предъявляешь сейчас по поводу того, что вещи я твои продаю. Я продаю не твои, я продаю свои! Ты мне их подарила, значит, перестала быть их хозяйкой. Деньги-то ждать? Устроила мне здесь допрос, от дел отвлекаешь.
Вера положила трубку. Ругаться и выяснять отношения с Таисией она не стала. Да, возможно, бывшая подруга и права: раз Вера ей одежду подарила, то теперь не имеет никакого права определять дальнейшую судьбу сапог, юбки и блузок. Но разве так делается? Разве поступок Таси можно назвать честным? Вера не смогла самой себе ответить на этот вопрос.
Решение прекратить общение с Таисией далось ей нелегко. Но иначе она поступить не могла. Номер телефона Таисии Вера заблокировала и удалила свою страницу в социальных сетях. Чтобы уж точно никогда с Таей не пересекаться.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.