В преддверии 80-летия Победы в Великой Отечественной войне мы начинаем серию публикаций о жителях Республики Коми, которые ковали победу на фронте и в тылу, а после войны трудились на энергетических предприятиях.
Наш первый рассказ о Николае Фёдоровиче Сухареве – младшем лейтенанте медицинской службы, который после войны долгие годы работал на Сосногорской ТЭЦ.
Николай Фёдорович родился 5 августа 1924 г. в д. Ель Усть-Вымского района. Учился в Сыктывкарском медучилище. В 1942 году был призван в действующую армию. До сентября 1944 года служил в морской пехоте пулемётчиком станкового пулемёта в 347 отдельном пулемётном батальоне и орудийным номером 45 мм противотанковой пушки. Участвовал в прорыве обороны немцев на хребте Муста-Тунтури. Окончание войны Николай Сухарев встретил в Норвегии на острове Хиель-Мей, куда был высажен десантом в октябре 1944 г.
Из воспоминаний Николая Фёдоровича:
– Уже второй год шла война. Из городов, сёл и деревень ежедневно шло пополнение для Красной Армии. Вот нам, шестистам 18-летним парням из Коми, в августе 1942 было приказано явиться в свои военкоматы для отправления в армию. Не приняв ещё присяги, в пути побывали под бомбёжкой в Архангельске и в Мурманске. После того, как в Мурманске переобмундировали, попал я в учебный отряд морской пехоты на полуостров Рыбачий, а затем в ноябре 1942 года был отправлен на передовую, которая проходила по хребту Муста-Тунтури.
Первый раз в декабре 1942-го и январе 1943-го я работал на Муста-Тунтури «ботиком» – так называли подносчиков боеприпасов и продовольствия непосредственно в боевые охранения. Подноска производилась вручную. Поднимались на скалы по верёвкам, имея груз до 50 кг. За ночь делали три рейса. И так день за днём в течение 40 суток. Лощину перед Муста-Тунтури пробегали обычно под огнём противника. Против нас стояли отборные горно-егерские части со специальным снаряжением.
Участвовал в морских десантах: без ясной цели, с одним приказом высадиться на скалистый берег противника, задержаться на 24 часа и уйти обратно. И вот через 40 лет узнаю, что наш десант нужен был как отвлекающий, и то только при необходимости. Это было в мае 1943 г. Температура воды 8-10°, наружная температура 0-5° тепла. Высадка с катеров как в кинофильмах, в воду. И вот мокрым приходилось лежать на снегу по 24 часа, без стрельбы и, хотя не под огнём, – это уже проявление мужества.
В 1944 г. перед прорывом обороны на хребте я был зачислен на батарею 76 мм пушек. Участвовал непосредственно при нанесении артподготовки в составе этой батареи, работал подносчиком снарядов, так как людей не хватало. Участвовал в морском десанте на остров Хиель-Мей, что у входа в Киркенесский залив. Здесь были захвачены большие склады боеприпасов, два орудия 75 мм и два орудия 250-300 мм. Высадкой десанта руководил капитан I ранга Кузьмин. Этим десантом война для нас на Севере и закончилась, если не считать, что наши люди продолжали погибать или получать ранения на отдельных минах, не обнаруженных нашими минёрами.
Находясь на территории Норвегии, доставляли в часть погибших лётчиков. Война есть война, приходилось заниматься любой работой.
Боевые действия я закончил в ноябре 1944 г. на севере Норвегии и там же встретил День Победы, праздновали по-фронтовому, не обошлось и без салюта. Салютовали из всего, что могло стрелять, в том числе из 250 мм крепостного орудия и других захваченных пушек более мелкого калибра.
После окончания войны – учёба в Архангельске, служба в медицинских учреждениях Северного флота и на корабле в составе дивизии подводных лодок в г. Полярном. После демобилизации с 1953 по 1957 гг. работал в Архангельске на гидролизном заводе заведующим базой готовой продукции, в 1957-1959 гг. – в г. Каргополь управляющим аптекой.
В конце 1959 года вслед за товарищем Николай Сухарев вернулся на родину и устроился техником-химиком в цех водоподготовки Ижемской ТЭС (сейчас – Сосногорская ТЭЦ). Спустя пару лет он уже был активным деятелем профкома и начальником химлаборатории, которая при нём приобрела статус цеха. Сухарев бессменно руководил этим подразделением ТЭЦ вплоть до выхода на пенсию в 1985 году. Впрочем, в 1986 году по приглашению директора Николая Носова он вновь вернулся в строй: достраивал очистные сооружения химцеха, а потом теплицы и плавательный бассейн.
Николай Сухарев награждён орденом Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией в ВОВ 1941-1945 гг.», «Имени Жукова». За долголетний и плодотворный труд ему присвоены звания: «Отличник-энергетик СССР», «Почетный энергетик СССР».
Николай Фёдорович ушёл из жизни 26 февраля 2010 года.