Вся книга "Калейдоскоп" в одной подборке! - https://dzen.ru/suite/2e14fbde-bc08-4102-a9f5-92542e9a1a22
Предисловие
Со времён зарождения человечества люди не спускали взгляд с неба. Великий солнечный круг рассматривался и как Бог всего живого, и как таинственный шар, дарящий тепло.
Совсем недавно учёные выяснили, что Солнце, подарившее в прошлом жизнь нашей планете, в будущем может легко её отнять.
Солнечные вспышки, как один из этапов жизнедеятельности нашего светила, являют собой гигантские взрывные процессы, выделяющие нескольких видов энергии, которые могут достигать сто шестьдесят миллиардов мегатонн в тротиловом эквиваленте, что, для сравнения, составляет приблизительный объём мирового потребления электричества за один миллион лет1.
Может ли цивилизация погибнуть от мощной солнечной вспышки? Этот вопрос занимает умы учёных уже много десятков лет.
Также Солнце — мощный генератор магнитного поля, в совокупности с неуёмной энергией происходят миллионы реакций, а высвободившаяся энергия передаётся частицам, через них — гамма- и рентгеновским квантам. После начала вспышки, которая обычно продолжается непродолжительное время, исчисляемое минутами, они выбрасываются в открытый Космос и с невероятной скоростью преодолевают огромные расстояния… например, до планеты Земля они долетают всего за восемь минут и своим прибытием расплющивают её магнитосферу. Происходит то, что называется магнитной бурей: пропадает радиосвязь, а в линиях передач индуцируется скачок напряжения[1].
В 775 году нашей эры произошёл подброс радиоактивного изотопа 14С, который аккумулировался в кольцах деревьев (дуб и кедр), и изотопа 10Ве, осевшего в годовых слоях гренландского льда. Эта вспышка была по меньшей мере в сорок раз сильней, чем любая из вспышек, зарегистрированных в космическую эпоху, и превосходила по энерговыделению 0,1*1032 килоджоулей (десять нониллионов килоджоулей)[2].
Тем не менее, существуют молодые звёзды класса Солнца, чьи вспышки выделяют до 0,1*1034 килоджоулей, и более старые, вращающиеся с той же скоростью, что и Солнце, со вспышками до 0,1*1036 килоджоулей… то есть существуют аналоги нашей звезды со вспышками почти в тысячу раз сильней рекордсменов последних пятидесяти лет[3].
Произойди вспышка мощностью 0,1*1036 килоджоулей сейчас, цивилизация понесла бы тяжелейший урон… большие человеческие потери… и много десятков лет последующего восстановления.
Необходимо подумать о том, как к ней подготовиться.
Предупреждён, значит вооружён.
Глава 1. День первый. Немного о важном
— Ты кофе или чай будешь?
Каталина посмотрела на сонного супруга и автоматически включила кофеварку.
— Чай, — сонно пробормотал Виктор и потянулся к краю стола за очками.
— Опять до полуночи сидел с цветами?
— Зацвела двухцветная бугенвиллея. Я столько сил в неё вложил. Представляешь?.. Зацвела! — Казалось, что эта новость окончательно разбудила супруга, он оживился и перестал выглядеть спящим.
— Я не сомневалась, что ты гений! — Кати села на стул, с улыбкой наблюдая, как Виктор застёгивает рубашку.
— Сам не поверил. Включал Баха, Моцарта, танцевал с бубном, молился ретроградному Меркурию… И вот, — он подошёл к жене и ласково её обнял, — она зацвела. Пока не ходи к ней. Через неделю раскроются бутоны, ты увидишь всю красоту, а не мелкие непонятные цветочки.
— Что ты! — Кати отмахнулась, чтоб не сглазить. — Что ты, что ты… даже дверь открывать не буду, чтоб не потревожить сквозняком.
Она неторопливо поставила завтрак на стол и присела на стул, ощущая, как уже жутко устала за это утро.
— В комнате Иветт кто-то неизвестный опрокинул мешок кошачьего корма за пианино… Надо как-то убрать его. Я ничего не придумала. Есть идеи?
— Да. Надо кинуть кота за пианино. Пусть там ест.
— Ты ж мой новатор, — засмеялась она.
В этот момент произошло несколько событий одновременно. Заорал телевизор, тихо пропиликала кофеварка и…
— Мама встала, — устало сказала Кати.
— Ну, вот и с добрым утром! — улыбнулся Виктор.
— Ага, — пробормотала она, поправила чёлку, вдохнула, выдохнула и, подойдя к комнате мамы, открыла дверь.
Эмили сидела на кровати в ночнушке и внимательно смотрела новостной канал, однако, оглянувшись на звук защёлки и увидев у себя в комнате девушку в домашней пижаме, испуганно воскликнула:
— Кто вы? Кто вы и что здесь делаете?
— Мама, я твоя дочь — Каталина. Я пришла помочь тебе умыться.
— Какая ты хорошая девочка! Зря только в платье пришла.
Взяв мокрое полотенце, Кати быстрым и уверенным движением протёрла руки, лицо, спину и ноги матери.
Деменция к ней пришла года три назад, и за это время все члены семьи научились общению с бабушкой, поэтому дискомфорта это особо не доставляло.
— Сиди тут. Я принесу кушать, — девушка указала пальцем на кровать.
— Да. Я буду сидеть тут.
Кати вышла из комнаты с полотенцем, кинула его в стирку и прошла на кухню, где Виктор уже налил себе и ей по кружечке кофе и, дочитывая утренние новостные сводки в интернете, доедал яичницу с беконом.
— Мамин завтрак я разогрел. Он в микроволновке.
— Спасибо, родной!
— Дети ушли?
— Да, уже минут сорок назад. Иветт сегодня задержится, а Энеко, наверно, совсем не придёт.
— Съехал-таки от нас? — с надеждой спросил глава семейства.
— О не-е-ет, — засмеялась Каталина. — Что ты! Просто у друга праздник, хочет остаться у него.
— Скоро у Иветт экзамены?
— Думаю, в следующем месяце… Она молодец! Готовится.
Кати вытащила бабушкин завтрак и вернулась к ней в комнату, предвкушая новое знакомство с мамой.
— Хто ты? Зачем ты пришла сюда? — Эмили снова искренне испугалась.
— Я твоя дочь, Каталина. Это еда. Возьми ложку. Кушай…
— Спасибо, доченька, — растаяла женщина. — Я очень давно не ела. Помню, как кушала в последний раз. Это было так давно и невкусно…
— Да, мама. Я понимаю. — Девушка поцеловала её, сделала телевизор немного тише и села рядом.
— Ты очень хорошая. Остальные мои дети очень плохие. Даже не приходят ко мне.
— Да, мама. — Кати, будучи единственным ребёнком Эмили, улыбнулась и погладила старушку по руке.
За несколько лет общения с человеком, поражённым деменцией, она идеально усвоила несколько правил: нельзя говорить длинными предложениями, нельзя перечить, нельзя одеваться ярко и в разные одежды.
— И снова возвращаемся к прогнозу погоды… — речь диктора была монотонной, тихой, безэмоциональной, что успокаивало не только бабушку, но и саму Кати.
Уставившись в телевизор, девушка делала вид, что заинтересована передачей, чтоб мама не заподозрила неладное и спокойно поела, ибо уходить во время приёма пищи было наказуемо новым ремонтом. Никто не знал, что могло привидеться старушенции, а Кати по своему опыту знала, что это могут быть и якобы тараканы, и птицы, и даже приведения, коих мама героически начинала убивать ложкой, кашей и всем, что попадало под руку.
— В ближайшую неделю ожидаются магнитные бури в связи со вспышками на Солнце, по прогнозам учёных, это будет один из самых больших выбросов энергии, возможно, вы почувствуете недомогание, слабость, головные боли, обострение хронических заболеваний. Рекомендуем вам не перетруждаться, максимально оградить себя от потенциально опасных стрессовых ситуаций. А наш эфир далее продолжит спортивный обозреватель Пабло Феличи.
— Доброе утро, дорогие телезрители! Сег…
Каталина ещё немного убавила громкость, поправила маме ложку, которую та уже усиленно пихала себе в ухо, и решила немного прибраться в комнатке, стараясь как можно меньше привлекать внимание к своей персоне.
— Злая ты какая-то, — пробурчала старушка. — Почему ты украла меня с корабля? Я там была самым лучшим капитаном!
— Да, мама, — спокойно ответила девушка, поправляя занавески.
— Я хочу спать.
— Да, мама. — Кати откинула одеяло, жестом предлагая маме лечь.
— Я гулять хочу.
— Да, мама.
Кати ещё раз поправила подушку и присела на корточки, подбирая с пола остатки каши. Этих нескольких секунд оказалось вполне достаточно, чтоб шустрая старушенция быстро и бесшумно шмыгнула в приоткрытую дверь.
— Мама? — девушка мгновенно обернулась и, понимая свою ошибку, тут же выскочила в коридор.
Пусто.
— Мама тут? — Кати влетела в кухню, где Виктор домывал посуду после завтрака.
— Нет… — мужчина заметно заволновался, поскольку потеря человека с деменцией грозила их семье чем угодно, от пожара до её суицида.
Вытерев наспех руки, он немедленно поспешил на поиски, которые окончились через пару мгновений тихим вскриком его жены.
— О боги! — Каталина, видя, как Эмили неторопливо выходит из балконной оранжереи с огромным букетом свежесорванных цветов, схватила мужа за руку и умоляюще закачала головой. — Виктор… прошу тебя…
— Да уж… — Он облокотился на стену и, обняв Кати, уткнулся в её волосы, тихо считая до десяти: — Раз, два, три, четыре…
— Пять, шесть, семь… — вторила ему Кати. — Главное, не кричать. Пусть подметает. Ты успел увидеть, что именно она сорвала?
— Бугенвиллею мою… восемь, девять, десять.
— Тс-с-с, тихо, прорвёмся. Значит, не судьба ей пока расцвести в полную силу. Подождём. Другой росточек обязательно даст цвет.
— Лишь бы не с корнями вырвала, — так же шёпотом и уткнувшись лицом в волосы жены пробубнил он.
— Да-да-да… не с корнями. Я видела.
— Мне на работу надо.
— Иди, конечно.
— Не могу. Хочу расправиться с твоей мамой.
— Нельзя, милый. У неё деменция.
— Одиннадцать, двенадцать, тринадцать… — продолжали они вместе считать, стоя на пороге балконной оранжереи в объятиях друг друга, чтоб хоть как-то успокоиться.
— Сейчас она сделает ещё что-нибудь, — нарушил счёт Виктор.
— Беги. Я уложу маму спать и приберусь на балконе.
— Синий горшок у стены… Главное, спасай всё, что там осталось.
— Да. Пойду, а то и вправду что плохое случится.
Раздавшийся из коридора крик мамы их отрезвил.
— Я от вас ухожу!
Глухо хлопнула дверь.
— Колокольчик звенел? — на всякий случай спросил Виктор.
— Нет.
— Значит, не на улицу ушла, — выдохнул он облегчённо.
— Опять в туалете метро ждёт, наверное… но я всё равно пойду, — тихо проговорила Кати и выскользнула из рук супруга.
— И я… а то разнесу от злости весь дом.
Каталина подошла к двери туалета, открыла… мамы не было. Ванна? Эмили благополучно мыла пол веником из свежесобранных плетей бугенвиллеи.
— Я ушла от вас! — грозно заявила она, не оборачиваясь.
— Точно… — быстро произнесла Кати, закрыла снаружи дверь и вежливо постучала. — Тук-тук-тук… Твоя остановка! Выходи из автобуса!
— Ну наконец-то приехала! — крикнула бабушка и вышла в коридор.
— Пойдём, провожу тебя до поезда, чтоб ты смогла поспать.
— Да.
Кати подвела её к двери комнаты, открыла, пальцем указала на постель и отчеканила:
— Бельё на нижнюю полку брать будете?
— Буду.
Подведя Эмили к кровати, Каталина уложила её, укрыла одеялом и с улыбкой произнесла:
— Какой красивый у вас букет в руках!
— Это мне дочка подарила! — бабушка расплакалась, прижимая к груди веник, и с надеждой посмотрела на Кати: — Вы разбудите меня, когда приедем?
— Конечно! Спите спокойно.
Выходя из комнаты, она включила диск с записью железнодорожных стуков по рельсам, которые очень успокаивали старушку.
— Уф, теперь можно начать прибираться.
Деменция на фоне болезни Альцгеймера в первую очередь характеризуется нарастанием нарушений кратковременной памяти, поэтому общаться с мамой надо было аккуратно, не вдаваясь в воспоминания, иначе она переставала понимать происходящие вокруг события, начинала подолгу повторять сказанное и могла нервничать. К её параноидальным идеям и галлюцинациям члены семьи потихоньку адаптировались и не обращали внимания.
Но такого казуса, как с цветами, никто не ожидал, хотя предусмотрительно установили замок на входе в папин цветник, но всё время забывали его закрывать. Теперь настало то самое время, чтобы научиться его защёлкивать!
***
То самое время, к слову сказать, настало и в другом часовом поясе нашей планеты, где для четырёх часов дня было аномально жарко и ветрено.
Изаму беспокойно сидел на корабле, вдалеке от берега и контролировал погружение глубоководного аппарата «Кракен», в котором двое его друзей тщательно изучали дно океана.
— «Кракен», приём.
— Приём, база. У нас всё отлично. — Кео, как всегда, был весел и позитивен.
— У меня тоже. Вы с Шином собираетесь делать нас богатыми? Или так и будете рыбок рассматривать?
— А ты спустись и помоги, — рассмеялся Шин. — Много песка. Вода сегодня мутноватая. Плохая видимость.
— Дворники включи.
— Ха-ха-ха.
Экспедицию по поиску затонувшего города Изаму запланировал несколько лет назад, когда они исследовали примерное местонахождение Пацифиды и нашли доказательства существования второго города, который, по их расчётам, должен был находиться на сто тридцать втором меридиане восточной долготы.
— База, приём.
— Да? — Изаму очнулся от воспоминаний и схватил рацию.
— Что-то нашли, кажется… — Голос Шина был встревожен.
— Что?
— Не разберу никак. Ровная полоса, не характерная для природных сооружений… Да… Однозначно. — Шин старался подробно рассказывать то, что наблюдал в иллюминатор. — Чёрт! Это фундамент дома!
— Я был прав?!
— Ты чертовски прав!
— Выпускай буйки. Всплывайте. Перегоним базу и начнём погружение прямо над местом находки. Поменяем баллоны с кислородом. — Изаму заметно занервничал и начал суетиться, не зная, с чего начать выполнять свой же план. Он был прав… Прав! Город и вправду существует!
— Нет уж. Издеваешься? Сейчас начинается самое интересное! Мы всплывём, а ты быстренько нырнёшь? Ха-ха! Сиди сверху и завидуй молча, — Кео засмеялся и голосом самого директорского директора добавил: — Лови картинку.
— Вот только попробуйте не всплыть… — злобно выругался мужчина на лодке, понимая, что неимоверно завидует парням внизу.
Столько лет они искали эти руины, столько лет расчётов и прогнозов! Вероятность, что нашли настоящий город, была огромной, сооружения возле острова Йонагуни[4], скорее всего, были лишь прелюдией к началу огромного пласта неизвестной доселе истории.
— База, приём. Изаму? — зашипела рация.
— Да, Кео?
— Тут это… мы ковырнули песок. Здесь не только дом… Здесь лестницы, и это… там был не фундамент дома. Там был второй этаж!
— Кео, картинки вышли мне.
— Выслал.
Перед глазами предстали каменные постройки и пару ступенек, уходящие вниз, в песок.
— Я нашёл его! — Изаму счастливо улыбался. — «Кракен», приём. Поднимайтесь, ребята. На рассвете пойдём по кафешкам этого городка праздновать победу и пить саке.
— Да мы, походу, и сейчас выпьем, а ты сиди там… Продолжай завидовать. — Кео веселился как мог, хотя понимал своего коллегу, потому что сам себе завидовал, восхищённо копаясь механическими руками «Кракена» в грунте.
— Мы тут, а ты там. — Шин засмеялся и включил бодрую музыку. — Наслаждайся звуками из подводного мира, дружище!
— Домой! Место! Противный пёсик! — Изаму из последних командирских сил пытался командовать неуправляемыми подчинёнными.
— А-ха-ха. Сейчас мячик найдём и сразу прискачем.
— Вот только всплывите, сам вас закопаю…
— Спать ложись! Мы тут надолго! Как раз выспишься!
***
Выспаться планировал и дед Фёдор в маленьком городке Колежма на берегу Белого моря в России. Он подкидывал полешки в домашний камин, около которого уютно устроился с фотоальбомом из своего прошлого.
За его спиной, на мягком медвежьем покрывале, спал единственный бриллиант его сердца, семилетняя внучка Варя, которая гостила у дедушки каждый месяц, но этот визит был последний перед её поступлением в школу, а значит, что до следующей весны он останется совсем один.
Когда-то у Фёдора было четверо детей и красавица жена.
Морщинистая рука открыла седьмую страницу старенького хранилища памяти. Вот почти пятьдесят лет назад только родился их младшенький Иван, они выехали на Белое море и пекли картошку в костре прямо на берегу залива.
Вот средний Сашка пошёл в школу, каким же ангелочком он был! Копия его жены, Марины. А вот маленькая Зои, такая смешная, намазывает сметану себе на платье, пока супруга не видит. Ох и хохотали они тогда!
Старик улыбнулся, закрыв глаза и пытаясь вспомнить подробности. Как же ему не хватает жены, почему она так рано ушла?..
— Так бывает, Фёдор Петрович. Не вини себя, ничего нельзя исправить, просто занесло машину на скользкой дороге, — полицейский старался как мог утешить тогда ещё молодого Федю.
— Я должен был вовремя поменять колёса.
— Не вини себя, Федь.
Воспоминания были настолько обжигающими, что он закрыл альбом, пытаясь перевести дух и отвлечься.
Четверо детей… И только одна внучка. Наказание какое-то…
Воспоминания снова вернулись.
— Папа, вы с мамой дали нам жизнь, мы решим сами, как её прожить.
— Зои, ну разве можно прожить вот так, без детей?
— Можно, папа. Можно и нужно!
— Да разве ж это жизнь, — сетовал старик. — Разве ж так можно?
— А нужно прожить как вы с мамой? Всю жизнь пелёнки, распашонки и ни дня солнечного света? — вмешался в разговор Александр.
— Сашенька, мы жили для вас!
— Ну, пап, а мы с Костей и Сашкой хотим прожить для себя. Для себя!
— Это же эгоистично!
— Эгоистично быть рабом своих собственных детей.
— Ну почему рабом? — недоумевал Фёдор.
— Ну, потому что вы с мамой так прожили! Вся ваша жизнь была нацелена только на то, чтоб поднять нас. Возьми для примера институт Ванькин. За оплату одного года обучения ты бы мог жить неделю на берегу океана в Австралии и попивать мохито. — Саша был непреклонен.
— Ага… или репетиторов Зойкиных, — Костя засмеялся, — с которых за полгода оплаты набегало на курорт в Италии.
Дети были холодны к мольбам старика. Сегодня им было уже по шестьдесят и пятьдесят лет, жизнь прошла, и, конечно же, думать о детях они не собирались. Но тогда… двадцать, тридцать лет назад… К сожалению, их было не переубедить. Каким-то чудом в свои сорок два года Ванька таки женился. Ещё большим чудом стало рождение Варюши.
Дед Фёдор погладил спящую девочку по белёсым кудряшкам, поправил медвежью шкуру и подкинул пару поленьев в камин.
Его вина, что так получилось с Мариной.
Дед смахнул непрошеные слезинки, жалея сам себя. Одиноко ему тут было, но и к детям никак не получалось уехать… Ну куда ему в свои восемьдесят два года по самолётам да странам кататься?! Сердце слабое, ноги немощны, спина перетруждена.
Вокруг него сейчас привычная тайга, а стакан с водой всегда есть на столике перед кроватью.
Вот и рожал всех, воспитывал, был рабом, а воду сам себе носит. Может, есть правда в словах детей? Ну что он видел? Да ничегошеньки. Дом, работа, дети… И так по кругу.
Вот и прошла размеренная жизнь.
Он тоскливо посмотрел в окно и перевернул ещё одну страничку в альбоме.
***
В Коста-Рике Каталина собирала обрывки цветов. Поднимая с пола балконной оранжереи остатки драгоценной бугенвиллеи, она поражалась маленьким двуцветным бутончикам.
Где-то в Тихом океане трое учёных разливали саке по маленьким стопочкам, чтобы отпраздновать находку, а в глухой тайге Карелии дед Фёдор придумывал, чем бы занять маленькую Варюшу завтра с утра.
[1] https://www.trv-science.ru/2020/11/silnye-solnechnye-i-katastroficheskie-zvezdnye-vspyshki/
[2] https://www.kp.ru/daily/25894/2854204/ (В 775 году нашей эры Земля была вовлечена в "Звездные войны")
[3] https://www.trv-science.ru/2020/11/silnye-solnechnye-i-katastroficheskie-zvezdnye-vspyshki/
[4] https://ru.wikipedia.org/wiki/Террасные_образования_у_островов_Рюкю (монумент Йонагуни)
Следующая глава 2 тут: https://dzen.ru/a/Z9AVID5eLF2dPNLK