В одиннадцать лет ехала я как то в поезде в большой компании детей в пионерский лагерь на Чёрное море. Путь дальний, больше двух дней. Полный вагон школьников, подвижные игры невозможны, заняться нечем. Ведь гаджетов тогда не было, был 1967 год. Только читать книги или петь. И мы пели часами.И когда ездили далеко на экскурсии в автобусах, тоже пели.
Тогда вообще мы много пели, без команд взрослых. В поезде, в автобусе, когда куда-нибудь далеко шли колонной, вечером у костра или даже в палате. От того и песен много знали, да не по одному куплету, а целиком. Песни из фильмов, эстрадные, народные. Помню красиво выводили: « И не то чтобы да», « Зачем меня окликнул ты», « И кто его знает, чего он моргает», « Рябина, рябина» и тд. Пять часов могли петь не повторяясь, проверено поездками.
В тот раз, в поезде мы пели очередную песню. Пели её весело, в быстром темпе. Из вагона –ресторана шёл мужчина за сорок. Видимо был чуть выпивший. Остановился, послушал с грустным видом. А потом, с удивлением и какой- то тоской в голосе говорит. « Девочки, ну кто же вас этой песне научил? Её не так надо петь, она не весёлая, а грустная. Надо медленнее петь.» Махнул рукой и ушёл. Мы посмеялись и забыли. Повзрослев я поняла, о чём тот мужчина говорил. И самой смешно представить, как девочки пионерки, нежного возраста, весело поют « Колыму» на весь вагон.
Эту песню поют в разных вариантах, наш был такой, « адаптированный» для девочек -пионерок.)))
Будь проклята ты, Колыма,
Что названа чудной планетой.
Сойдешь поневоле с ума,
Отсюда возврата уж нету.
Я помню тот Ванинский порт,
И вид парохода угрюмый.
Как шли мы по трапу на борт
В холодные мрачные трюмы.
.Пятьсот километров тайга,
Живут там лишь дикие звери.
Машины не ходят сюда,
Бредут, спотыкаясь, олени.
Я знаю, меня ты не ждёшь,
И писем моих не читаешь.
Встречать ты меня не придёшь,
А если придёшь - не узнаешь.