6 глава
Помощница не успела отойти от произошедшего, как Каспер внезапно сорвался с места и бросился бежать.
– Похоже, твоего подопечного ничему не научила эта ситуация, – прошептала Лайвира, наблюдая, как собака помчалась за малышом. Её рыжий хвост дёрнулся, а на морде отразилось насмешливое превосходство. Помощница только вздохнула и быстро исчезла из леса, пробираясь через густой подлесок. Ветки царапали её бока, но она не обращала на это внимания.
«У меня началась весёлая жизнь...» – подумала она, пытаясь догнать Каспера, который прыгал через поваленные стволы с ловкостью, удивительной для его возраста. Дальше она даже не заметила, как они с малышом выбежали из лесной чащи и уже неслись по оживлённой городской улице, лавируя между ног куда-то спешащих людей. Асфальт неприятно царапал подушечки лап, а резкие городские запахи – выхлопные газы, нагретый бетон, человеческий пот – ударяли в нос. Внезапно Каспер врезался в чью-то ногу, обтянутую джинсовой тканью. Он поднял голову, глядя на лицо того, с кем столкнулся. Помощница тоже остановилась и села рядом, настороженно наблюдая. Её мышцы напряглись, готовые в любой момент броситься в бегство.
Девушка, которой на вид было не меньше 30-ти, с короткими каштановыми волосами и усталыми глазами, почувствовала небольшой толчок в ногу и посмотрела вниз. На её потёртой сумке через плечо виднелся бейдж медицинского работника.
– Привет! Маленькие друзья, – девушка присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с собаками, и осторожно протянула руку, давая обнюхать. Её ногти были коротко подстрижены, а на запястье виднелись следы частого мытья рук – кожа была сухой и слегка покрасневшей.
Помощница с Каспером с недоверием начали нюхать её руку. В их носы ударил резкий запах спирта и антисептика, и они невольно отшатнулись, морща носы.
– Фу, что это за гадость?! – фыркнул Каспер, отступая назад. Его маленький хвост прижался к задним лапам, а уши прижались к голове.
– Не знаю, – Помощница, преодолевая отвращение, попыталась опять понюхать, чтобы лучше изучить этот новый резкий запах. Её любопытство боролось с инстинктом держаться подальше от неприятного запаха. Девушка засмеялась, наблюдая, как собаки переговариваются на своём языке. Морщинки вокруг её глаз стали заметнее, когда она улыбнулась.
– Вам определённо не нравится этот запах, – она запустила руку в потрёпанную кожаную сумку и достала оттуда самый обычный полиэтиленовый пакет, слегка замасленный и источающий такой аромат, что у собак непроизвольно потекли слюнки. Внутри было несколько кусочков шашлыка из свинины, совсем не жирных, с хрустящей золотистой корочкой и нежно-розовой серединкой. – Это вам точно понравится, – сказала она, извлекая из пакета кусочек и протягивая его Помощнице. Помощница осторожно принюхалась, её чуткий нос уловил соблазнительный аромат жареного мяса, приправленного луком и какими-то пряностями. Каспер нетерпеливо подался вперёд, пытаясь первым схватить аппетитный кусочек. Его маленькое тело дрожало от возбуждения, а глаза жадно следили за мясом в руке девушки.
– Каспер! Нельзя! – неожиданно строго сказала девушка, аккуратно отодвигая щенка ладонью. На её безымянном пальце красовалось скромное серебряное кольцо с потускневшим камнем. – Сначала ест Помощница, она старше тебя.
Обе собаки застыли, их глаза расширились от удивления. Уши Помощницы навострились, а Каспер наклонил голову набок, как делают щенки, когда что-то не понимают.
Девушка заметила их реакцию и улыбнулась, обнажив слегка неровные зубы. В уголках её глаз собрались морщинки.
– А что вы так смотрите? Мне кажется, вам очень идут эти клички, – сказала она, не подозревая, как точно угадала с именами. Её голос звучал мягко, с легкой хрипотцой, выдающей усталость. Помощница, после секундного замешательства, повернулась к Касперу:
– Ей точно можно верить, – заверила она щенка, в её голосе сквозило удивление. Затем осторожно взяла мясо из пальцев девушки, позволив ей погладить себя по голове. Шероховатые, но ласковые пальцы медика прошлись по её шерсти, почесали за ухом, находя именно то место, где это особенно приятно. Тут у девушки зазвонил телефон. Мелодией стояла негромкая классическая музыка — первые такты "К Элизе" Бетховена. Она вздрогнула, достала из кармана потертых джинсов смартфон в простом защитном чехле с трещиной в углу и, бросив быстрый взгляд на экран, нажала зеленую кнопку.
— Алло, — произнесла она, продолжая другой рукой гладить Помощницу по шее. Ее пальцы, с коротко остриженными ногтями без лака, перебирали густую шерсть собаки, находя места, где почесывания особенно приятны.
— Катенька, ты получила деньги? — раздался ласковый голос пенсионерки, слегка дребезжащий и обеспокоенный. Брови Екатерины сдвинулись, образовав маленькую вертикальную морщинку между ними. Она машинально поправила выбившуюся прядь русых волос, заправив её за ухо.
— Какие деньги, мам? — Екатерина недоуменно нахмурилась. Она точно знала, что никаких денег у мамы не просила. Тем более она только закончила работу в ночную смену медсестрой в районной больнице, и мысли у неё крутились скорее вокруг предстоящего сна, чем вокруг каких-то денег. Помощница внимательно слушала разговор, её уши были направлены в сторону телефона, словно она пыталась уловить каждое слово голоса из динамика. В отличие от неё, Каспер уже воспользовался моментом и, набросившись на оставленный без присмотра пакет, разорвал тонкий полиэтилен своими острыми зубами. Шашлык рассыпался по асфальту, и щенок с жадным чавканьем поглощал сочные кусочки, оставляя жирные следы вокруг своей мордочки.
— Как какие? Твои, из твоей заначки, — в трубке отчётливо послышалось шипение масла на сковороде. — Борис Миневич приходил, сказал, тебе срочно нужны деньги, я взяла из твоей заначки сумму и ему дала. Он должен был отдать тебе.
Звон разбившейся кружки внезапно прервал речь женщины.
— Да что ж такое?! Уже третья кружка за утро, — возмутилась женщина с искренним расстройством в голосе. Девушка молчала, обдумывая слова матери. Её лицо вытянулось, а в глазах появилось напряжение. Сердце начало биться чаще, в груди растекалось неприятное холодное чувство. Она машинально почесала Помощницу за ухом, но движения стали механическими, рассеянными.
— Мам, какой Борис? Я о нем первый раз слышу, — Катя медленно произнесла эти слова, чувствуя, что происходит что-то неладное. Её голос стал тише, а во рту неожиданно пересохло.
— Твой коллега, — уверенно ответила мать, явно не замечая тревожных ноток в голосе дочери.
— У меня нет коллеги с таким именем, и мы же в одной квартире живём, я сама могла прийти, взять деньги, — девушка произнесла эти слова с нарастающим беспокойством, не замечая, как сильно стиснула телефон. Её лицо побледнело, а под глазами, и без того усталыми после ночной смены, проступили тёмные тени. Помощница, почувствовав напряжение, подняла голову и внимательно следила за Екатериной.
— Значит, у тебя не было времени, — ответила мать абсолютно спокойным голосом, как будто говорила о самой обыденной вещи. На заднем плане слышалось, как она что-то помешивает в кастрюле металлической ложкой, создавая равномерный звон о стенки посуды.
— Так... Ладно, — Катя сделала глубокий вдох, пытаясь сохранять спокойствие, но её голос дрогнул. Она провела свободной рукой по лбу, смахивая выступивший холодный пот. Каспер, заметив изменение в её настроении, оторвался от еды и настороженно поднял голову, с кусочком мяса, зажатым между зубами. — А сколько ты дала моему так называемому "коллеге"?
Она произнесла слово "коллега" с такой горечью, что даже Помощница беспокойно переступила с лапы на лапу.
— Двадцать пять тысяч, а что? — ответила женщина с лёгким недоумением, как будто речь шла о копейках. Стук ножа о разделочную доску сопровождал её слова.
— Мама! — Екатерина не выдержала, её голос сорвался на крик. Несколько прохожих обернулись на неё, но тут же поспешили дальше. — В этой заначке я откладывала деньги, чтобы платить за квартиру! Теперь заплатить в этом месяце за квартиру нечем, потому что ты отдала всю сумму непонятно кому! И мы окажемся на улице!
Её пальцы начали дрожать, а на глаза навернулись слёзы бессилия. Собаки синхронно повернули головы, чувствуя эмоциональное состояние девушки. Каспер даже перестал жевать, а Помощница тихо подошла ближе, прижимаясь к её ноге, словно пытаясь поддержать.
— И что? Подумаешь, в палатке будем жить, — ответила мать с неожиданной беспечностью. В её голосе не было ни тени обеспокоенности, лишь странное, почти детское легкомыслие.
— В смысле? Мам, что ты несёшь?! — Катя остановилась посреди тротуара, ошеломлённая абсурдностью ситуации. Её рука безвольно опустилась, а глаза широко раскрылись от шока. Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что-то было категорически не так с её матерью.
Продолжение следует...
Очень жду ваши комментарии! Есть догадки или теории, что будет дальше?