После смерти жены Юрий остался с двенадцатилетним сыном Вадимом и шестнадцатилетней падчерицей Елизаветой, к которой он относился как к своей дочери.
Проблемы возникли сразу после похорон. Ночью Лиза пришла к отчиму в комнату и легла рядом.
— Мне страшно одной в комнате. Можно с тобой прилечь?
— Ну ложись, Лизонька, — Юрий укрыл девочку одеялом, а себе взял в шкафу другое.
— Согрей меня, папа, — девчонка прижалась к нему, сбросив оба одеяла.
Юрий подскочил и вышел из спальни. Поведение падчерицы показалось ему странным, и он испугался. Покурив в лоджии, зашёл в свой кабинет на первом этаже и там, заперев дверь изнутри, улёгся на диван. Ему не спалось, вспоминая свою любимую Марьюшку. Тринадцать лет прожили душа в душу. Она подарила ему замечательного сына Вадика. Лизу воспитывал как свою дочь. Возможно, ошибся в ней, но её напор и попытка погладить недозволенное на нём встревожила.
Юрий рано уехал в свой офис, хотя повариха приготовила ему завтрак. У себя в кабинете он так и не смог прийти в себя. Надо что-то предпринять, а Лизу отвести к психологу. Может не согласиться, но тогда он специалиста привезёт в квартиру.
Он так и сделал, но падчерица потребовала оставить её наедине с психологом. Через минуту мужчина выскочил из гостиной.
— Юрий Николаевич, по вашей дочери психушка плачет, — выбежал из квартиры и даже не взял конверт.
Елизавета появилась с гордым видом. К ней подбежал Вадим.
— Чем ты дядьку напугала, Лизка?
— Слабаки мужчины пошли, — и отправилась по лестнице вверх.
После этого случая Юрий по рекомендации нанял гувернантку с крутым характером и поручил глаз с падчерицы не спускать и в гимназии находиться постоянно рядом. Сам же продолжал спать в кабинете, не забывая запирать дверь на ночь изнутри.
Прошло несколько лет.
Вадим поступил в институт, а Елизавета так и осталась под опекой строгой Галины Викторовны.
Юрий женился и переехал в загородный дом, который построил уже после смерти жены Марии. Молодая и хороша собой, да и с замечательным характером, родила ему дочь, и всё у них было хорошо.
В этот вечер Галина Викторовна позвонила Юрию Николаевичу.
— Простите, недоглядела. Лизу увезла скорая, — и сообщила куда.
Уже в палате Юрий спросил падчерицу.
— Лиза, зачем ты это сделала?
— Твой водитель меня бросил. И зачем теперь мне этот ребёнок от него?
— Но теперь у тебя никогда не будет детей. О чём ты только думала?
— Папа, я уже взрослая. Освободи меня от этой Галины Викторовны.
— Ладно, поговорю с ней. Только она так и останется в вашей квартире.
Вадим встречался с однокурсницей и через время сделал ей предложение выйти за него замуж. После подачи заявления на регистрацию брака познакомил её с отцом. После одобрения Юрий пообещал готовиться к свадьбе.
У Лизы в это время появился парень Андрей, но замуж её не звал, и она злилась, хотя жила у него в квартире. Однажды спросила:
— Ты когда сделаешь мне предложение?
— Лизонька, у меня большой долг, и придётся продавать эту мою квартиру. Поговори с братом. Ты же имеешь право на половину той, в которой он живёт.
— Если бы, Андрюша. Она отчиму принадлежит. А с ним разговор короток. Он пока нам с братом не доверяет. Но у меня есть вариант, как нам помочь. Обещай, что потом мы брак зарегистрируем.
— Клянусь, Лизонька! — расшаркался Андрей.
Елизавета приехала к брату и осталась там ночевать. Он удивился, а сестра сообразила, что ответить.
— С Андрюхой поссорились. Пусть поостынет, тогда, может, и прощу ему.
Утром Елизавета с нетерпением ждала брата к завтраку. Когда он спустился, цыкнула повариху.
— Исчезни с глаз моих. Мне нужно с Вадькой пообщаться.
Когда остались одни, то показала брату фотографию с экрана своего телефона.
— Это фото измены невесте расстроит твою свадьбу, если не подаришь мне дом бабушки, — предупредила сестра.
— Так это ты, Лизка, в бикини рядом со мной, когда я спал в своей кровати.
— А это? — Елизавета показала следующий снимок.
— Без бикини, но как ты могла? Ты же моя сестра. Я же сплю на этом снимке.
— Ну, глаза у тебя закрыты, но это тебя не оправдает. А твоя Аллочка поверит. Знаю таких чистеньких, хотя и богатеньких. Вы с отцом лишили меня всего. Один щелчок пальцев отчима, и я останусь на улице. А он даже квартиру нашей мамы продал.
— У меня, Лиза, нет другого выхода. Поверит Алла или нет, но всё равно рискую, но её очень люблю. Сейчас поедем к нотариусу. После сделки ты отдашь мне свой телефон. Потом поедем к Алле, и ты во всём ей признаешься и при ней снимки удалишь. Не хочу, чтобы это фото потом всплыло.
— Без проблем, Вадик. Потом с тебя уже и брать нечего будет, значит, снимки не пригодятся.
***
Завладев домом покойной бабушки, Елизавета его быстро продала, а деньги отдала Андрею. Он уехал гасить долг, а её оставил в своей квартире.
Долго ждала Лиза своего жениха. Уже и её брат Вадим женился, а она на свадьбу не поехала, боялась прозевать Андрея. Продукты покупала в магазине на первом этаже дома, в котором проживала. Деньги на карту ей отправлял отчим, пока она не работала.
В это утро в дверь позвонили. Елизавета соскочила с кровати. Накинув халатик, побежала открывать. Это был не Андрей, а семейная пара.
— Мы через агентство купили эту квартиру, а Вам, девушка, необходимо её покинуть.
Елизавета с чемоданом оказалась на улице. К брату ей путь заказан после тех фотографий. Алла всё знает и её в квартиру не пустит. Подумав, на такси поехала в офис к отчиму. Уже в кабинете заявила:
— Ты просто обязан обо мне позаботиться после того, как продал квартиру моей мамы.
— Я её не продавал. Да, она оформила на меня дарственную, когда болела, но с уверенностью, что о вас позабочусь. Живи в ней сколько хочешь, но в твоей собственности она будет не скоро. Попадётся ещё какой-либо Андрюша, и ты с лёгкостью будешь решать чужие проблемы. Что ты выгадала, продав дом своей бабушки? Андрей игрок, и жаль, что я об этом узнал слишком поздно. — Он из ящика стола достал связку ключей и передал падчерице.
— Лиза, ты уже взрослая и самостоятельная. Найди себе работу в ближайшее время. Я отправлю тебе деньги, но последний раз. Ты меня услышала?
— Да поняла уже. Найду, а ты не парься.
Елизавета покатила свой чемодан к выходу и вскоре скрылась с глаз Юрия. Он сожалел, что она рано узнала, что ей не родной отец. А было бы всё иначе.