– Есть устойчивое выражение: «Василий Уткин принес в комментирование литературу». Как ты это понимаешь?
– Вася был не только очень начитанный человек, умеющий применить метафоры, аллюзии – то есть чисто литературные, беллетристические вещи, но он еще и всегда старался быть тем, кто очень чутко слушает эпоху. Окружающий его фон: какие песни играют, какими словами разговаривает молодежь, что и какие люди на слуху, какие события вне спорта в тренде.
Все это так или иначе переплавлялось в его репортаж. Поэтому он всегда звучал очень свежо, современно и актуально.
Хотя словесную игру очень даже лихо вел еще раньше и Владимир Иванович Перетурин. А Костя Выборнов, когда активно работал, вообще был королем каламбуров. Думаю, он в этом даже превосходил Васю – очень здорово чувствовал слова. Поэтому не сказать, что Вася открыл ногой эту дверь и пошел, куда раньше никто не ходил.
Нет, он был крупной фигурой, пробил бóльшую брешь в профессию для таких же неигравших в футбол, но при этом влюбленных в него и занимавшихся филологией. Но и Вася сам шел уже за кем-то – как и все мы, наверное. Совсем первым на этой поляне он не был.
– В чем влияние Уткина на современных комментаторов?
– И он, и Юра Розанов, и Никитич [Маслаченко] – примеры раскрепощенности перед микрофоном. Все они очень разные, но богатые личности, которые имели что сказать – и говорили. Это пример для всех последующих – уметь максимально широко и полно раскрыть свою личность в репортаже.
С другой стороны, это предъявляет серьезные требования к самой личности.
Допустим, ты полностью распахнешься перед зрителем – а что именно ты распахнешь? Что за личность предъявишь слушателю? Ты должен быть начитанным, эрудированным, обладать уникальным опытом, быть не только богатой, но и сложной личностью, чтобы разрешить себе так широко проявиться у микрофона.
Одновременно и возможность, и высочайшая требовательность к себе. Чтобы король не был голым, – сказал Трушечкин в интервью Спортсу”.
