Настал момент, когда информацию об артистах, вошедших в антологию советского кино и театра, приходится собирать по крупицам. Даже к памятным датам. Вот как сейчас - 22 марта, Георгию Жженову исполнилось бы 110 лет.
Скорбели, потом чествовали
А поговорить о нем почти не с кем. Сам ушел из жизни два десятка лет назад. Да и близко знавшие его люди тоже уже не с нами. И в театре Моссовета, где обласканный любовью зрителя и правительства артист служил с 1968 по 2005 год, до самого конца, даже там почти никого не осталось, кто бы мог что-то рассказать о нем – о человеке с не самой гладкой биографией. Две отсидки по нелепому обвинению в шпионаже, конечно, сфабрикованному; четыре брака; на много лет отсроченный успех в профессии. Пожалуй, помнить в деталях и все это подтвердить - пояснить может только коллега Жженова по цеху, народный артист Российской Федерации Евгений Стеблов, также артист Моссовета, который в этом году 8 декабря отметит почтенный юбилей - 80 лет. Кстати, Жженов уйдет из жизни именно 8 декабря, в день рождения Стеблова, чем омрачит тот давнишний праздник более молодого своего друга. Торжества ни отменить, ни перенести было уже невозможно. Так и было: утром в театре скорбели по Жженову, а вечером чествовали Стеблова.
- Я тогда на банкете сказал, что в этом дуализме заключается вся наша жизнь, вся актерская профессия, в которой все близко и все перемешано – жизнь, смерть, любовь, боль, прощение, отмщение и многое другое, - вспоминает Евгений Юрьевич.
Играл «правильных» людей
- Про Жженова писали, что он нравился режиссерам своей харизматичной надежностью на экране, - рассказывает Стеблов. - Мол, ему даже играть ее не нужно было: в его лице, стати, походке и голосе – все воплощало великую мужскую «надегу», внутреннюю несгибаемую силу…Он играл «правильных», цельных людей, хоть и не очень простых. Играл почти всегда одно и то же и почти всегда одной краской. Признаюсь, я не считал его каким-то особенно мастеровитым. И даже высказал эту мысль в статье о Жженове, которую однажды написал. Но обижать человека не стал - актеры все ранимые, тем более с таким багажом за плечами, как лагеря (кстати, отбывая срок в Норильске, Жженов познакомился и подружился там со Смоктуновским, и они вместе играли на сцене норильского драматического театра им. Вл. Маяковского). Тогда, в журнальной статье, я списал однотипность его ролей в счет недальновидности режиссеров, не выпускавших Жженова из клише его амплуа «своего хорошего парня», и в счет тяжелой судьбы, которую он, безусловно, поборол. После всего, что с ним случилось, в этой жизни постоять за себя он мог, и мне это нравилось. И все же в реальности Георгстепаныч (так, скороговоркой Евгений Стеблов, произносит имя коллеги и товарища – прим. автора) был разный. Чаще ровный, но не всегда, скажем, положительный. Тем, что был разным, привлекал к себе. Хотя дружили мы с ним по его инициативе. Почему-то он меня выбрал, несмотря на другой психотип и приличную разницу в возрасте. Ну, как дружили? Случалось, и отдыхали семьями. Общались на гастролях, он делился своими соображениями по тому или иному поводу, однако откровенным я его не назвал бы.
«Да, хорошая вещь»
«Вспоминается эпизод, произошедший в Алма-Ате, где театр гастролировал, а у Георгстепаныча в ту пору уже во всех смыслах состоявшегося киноактера, жила сестра, очень бедно жила, это бросалось в глаза, - продолжает Евгений Стеблов. - Однажды кто-то из женщин принес на продажу то ли кофточку, то ли сумку. Мы компанией сидели за обеденным столом. Среди нас находилась также и сестра Жженова. Она увидела вещицу, и у нее загорелись глаза. Георгстепаныч взял то ли кофточку, то ли сумочку посмотреть, повертел в руках покрутил, думали, сейчас купит сестре на радость, и он мог себе это позволить! А он лишь изрек: «Да, хорошая вещь». И вернул ее обратно. Никогда не забуду потухший взгляд его сестры.
Мне это было совершенно непонятно. Но кто я такой, чтобы осуждать»…
«Как ты мог?!»
«Наши отношения под конец испортила одна нелепейшая ситуация, - откровенничает народный артист. - Младшая дочка Георгстепаныча Юля, в те времена совсем юная девушка, тоже служившая с нами в театре, как я подозревал, была немножко в меня влюблена. На сцене шел спектакль «Братья Карамазовы», где я много лет играл Алешу, а Юля прислугу Грушеньки. В один прекрасный момент вижу на Юле крепдешиновое платье и замшевые туфли. Интересуюсь: «Ты в этом собираешься играть? Она кивает. И тогда я заметил, что «костюм» не самый подходящий для служанки. Мое в общем-то невинное и сугубо профессиональное замечание, видимо, сильно задело девушку, о чем я сначала даже не подозревал. Понял это спустя некоторое время, встретив Георгстепаныча, который набросился на меня со словами: «Как ты мог?!» В то время мы играли пьесу Эбби Манна «Суд над судьями», где Жженов - прокурор Лоусон - пожимает мне по роли руку. После случая с Юлей Жженов не подал мне руки во время спектакля… Ну, не подал и не подал. Неприятно, но человека не переделаешь. Водился за Жженовым такой грех – чрезмерная обидчивость. А мое прегрешение яйца выеденного не стоило: видит Бог, никак я не хотел лично оскорбить или ранить дочку Георгстепаныча. Произошло недопонимание, однако серьезно омрачившее наше общение напоследок... Тем не менее о Георгии Жженове у меня осталась добрая память. Этот человек в прямом и переносном смысле переиграл свою нелегкую судьбу и при этом сумел состояться в профессии, несмотря на изрядно припозднившийся старт. Сумел остаться собой».
ЛУЧШИЕ ФИЛЬМЫ ГЕОРГИЯ ЖЖЕНОВА
Трилогия: «Ошибка резидента» (1968), «Судьба резидента» (1970), «Возвращение резидента» (1982), «Конец операции «Резидент» (1986)
«Берегись автомобиля» (1966)
«Горячий снег» (1972)
«Экипаж» (1979)
Автор: Марина АНИКЕЕВА