Найти в Дзене
MO'87-88

Рассказ о воде

Одним из преподавателей испанского языка в МГИМО МИД СССР в середине 80-х годов прошлого века у нас была настоящая испанка - Пилар Пальярес. Она была «ребенком войны», то есть из тех детей, которых во время гражданской войны в Испании 1936-1939 годов республиканцы отправили в СССР. Именно благодаря ей у меня появилось то произношение, которое позволяло почти сходить за «своего» во время работы в Испании. Возможно, из-за своего военного детства и вынужденного расставания с родителями, Пилар относилась к нам не только как к студентам, но во многом по-матерински, как к своим детям. Иногда она делилась с нами своими переживаниями, жизненными историями. Одна из них до сих пор у меня в памяти. Однажды во время нашего разговора о жизни в разных странах Пилар рассказала, что после смерти Франко, в 70-х годах, она ездила в Испанию, чтобы встретиться со своей младшей сестрой, остававшейся в Испании. Сестра жила в небольшом городке на юге страны. Пилар рассказала, что после того, как она добралас

Одним из преподавателей испанского языка в МГИМО МИД СССР в середине 80-х годов прошлого века у нас была настоящая испанка - Пилар Пальярес. Она была «ребенком войны», то есть из тех детей, которых во время гражданской войны в Испании 1936-1939 годов республиканцы отправили в СССР. Именно благодаря ей у меня появилось то произношение, которое позволяло почти сходить за «своего» во время работы в Испании.

Возможно, из-за своего военного детства и вынужденного расставания с родителями, Пилар относилась к нам не только как к студентам, но во многом по-матерински, как к своим детям. Иногда она делилась с нами своими переживаниями, жизненными историями. Одна из них до сих пор у меня в памяти.

Однажды во время нашего разговора о жизни в разных странах Пилар рассказала, что после смерти Франко, в 70-х годах, она ездила в Испанию, чтобы встретиться со своей младшей сестрой, остававшейся в Испании. Сестра жила в небольшом городке на юге страны.

Пилар рассказала, что после того, как она добралась до сестры на поезде из Мадрида, она пошла в ванную принять душ. Душ она принимала так, как привыкла в Москве - не спеша, распевая песни, долго стоя под потоком воды. Когда она вышла из ванны, она увидела, что ее сестра сидит на кухне и плачет. Пилар бросилась к ней узнать, что случилось. Та сначала не хотела говорить, но потом сказала: «Ты сейчас, за это время в ванной, использовала столько воды, что мне придется заплатить за это половину моей зарплаты». Пилар обняла сестру, и они заплакали обе. Конечно же, они плакали не только из-за воды, но и от воспоминаний о своей тяжелой жизни, о годах, прошедших в разлуке.

После этого рассказа я стал очень бережно относиться к воде. Позже, попав на работу в Посольство СССР в Испании, я увидел, насколько дорогая вода в этой стране. Цена некоторых марок бутилированной воды сопоставима с ценой вина.

Сейчас же до сих пор у меня на даче в деревне, в Тверской области, вода вообще бесплатна, то есть, как сейчас говорят, «от слова «совсем». Стоит на пригорке водонапорная башня и оттуда на все участки вода подается бесплатно. Да и там, где установлены счетчики, в городах, стоимость воды не слишком высока.

Мы часто не ценим по достоинству, что живем на той земле, где природных богатств много и они достаются нам часто легче, чем другим.

Дмитрий Родоманов