Когда старший брат Антона Александр Чехов, тоже литератор, переехал в Санкт-Петербург и начал работать в суворинской газете «Новое Время», первое, что его удивило - невероятная популярность брата Антоши в питерских писательских кругах.
Но еще больше Александра Павловича поразили заработки «знаменитости». Получая его питерские гонорары за спектакли и переводя их в Москву, Александр не мог удержаться от изумленно-ёрнических комментариев: «Драматический комедиант, Вот тебе счет: За 5 господ Ивановых по 10% со сбора тебе причитается 917 р. 91 к. За двух видмедей по 2% со сбора тебе же причитается 78 р. 99к. Итого - ого! — 996 р.90к.».
Не соблазниться такими заманчивыми вознаграждениями — «ого!» — было невозможно, и Александр тоже решил взяться за драматургию и написал шутку в 1 действии «Платон Андреевич», о чем и сообщил брату.
Антон ответил, и началась между братьями весёлая пикировочка, которая и представлена ниже.
АЛЕКСАНДР: Я написал и уже сдал в цензуру шутку-водевиль в одном действии.
АНТОН: Господин Шекспир! Так как ты создал «Платона Андреича» и, очевидно, желаешь вкусить всю сладость авторского чувства, то перед тем, как публика воздаст тебе должное, считаю нелишним преподать тебе нижеследующее: постарайся в этом сезоне больше не писать пьес, а то поседеешь еще больше; один экземпляр своей пьесы пришли мне, дабы я мог презрительно улыбнуться. Автор классических пьес, твой брат и благодетель, доктор медицины А. Чехов.
Премьера «Платона Андреевича» состоялась в декабре 1897 года.
АЛЕКСАНДР: Моя пьеса, по отзыву «Нового времени», имела успех. Автора вызывали, но он, по свойственной ему скромности, не вышел, а оставался в тени ложи с фамилией и со чады. Публика реготала. Теперь же супруга, упоенная успехом (мы пахали!), требует, чтобы я написал еще две, три, пять, десять новых пьес. Это тебе не «Медведь». Поздравительного письма к празднику не получишь, т.к я тебе не хам, а автор, презирающий «Иванова» и «Чайку».
АНТОН: Завистник и интриган! Мой «Медведь» лучше твоего «Спиридона Матвеича», и если твою пьесу поставили, то это не потому, что она имеет (будто бы) достоинства, а потому вероятно, что ты в Суворинском театре сошелся с какой-нибудь актрисой. Ариведерч! Твой брат и благодетель, известный драматург А.Чехов.
Но Александр рано радовался. Еще дважды «Платон Андреевич» ставился в репертуар, но почему-то оба раза заменялся другими пьесами. Автор занервничал.
АЛЕКСАНДР: Опытные закулисные люди говорят, что так будет продолжаться и впредь, если я не познакомлюсь с режиссером и не подам ему галош. Был я по этому поводу у старика Суворина; но он меня прогнал, сказав, что он только утверждает репертуар. Мой первый опыт на драматическом поприще принес мне вместо авторского гонорара один только убыток: на все три спектакля, когда по репертуару значилась моя пьеса, жена брала ложу и платила по 5 руб. (5 х 3 = 15р.), но видела «На песках» и «Ужин». Эти перемены в репертуаре мне тем досаднее, что на моем «Платоне Андреевиче» публика смеялась. И смеялась много и искренно.
АНТОН: Твой водевиль не идет по той же причине, по какой Лейкин до сих пор еще не выбран в городские головы: интриги.
АЛЕКСАНДР: Вы, милый Братец, жестоко ошибаетесь насчет моей пьесы. Она снимается с репертуара, не идет и не пойдет более никогда отнюдь не вследствие интриг. Дело гораздо проще. Виновата во всем самая обыкновенная женская п*…да . Театральные гомункулы рассказали мне каждый порознь и все вместе следующее. Старец утверждает репертуар. Но утверждение это — только фикция. Сценою управляет и заменяет пьесы ХолЕва, а Холевою управляет его конкубина Домашова. Так как в моем „Платоне Андреевиче“ для нее роли нет, то Холева неукоснительно заменяет мою пьесу такими водевилями, в которых играет Домашова. Видишь, как дело объясняется просто! А ты интриги какие-то выдумал! Наш театр, во главе с Яворской, - довольно паршивая клоака, с которой не дай Бог никогда связываться. На этих днях жди оттиска моей, позорно зависящей от влагалища г-жи Домашевой и от penis`а Холевы, пьесы. Малый театр за пьесу мне еще ничего не платил, но по 2% со сбора составляет 3р. 85 коп.».
АЛЕКСАНДР: В общем, я не рад, что написал этот несчастный водевиль. У Суворина его не ставят, расходов он потребовал много и расплодил сплетни. Теперь уже толкуют, что я попал как кур во щи между двух борющихся партий – Яворской и Домашевой. Господи, восклицаю я теперь, неужели для того, чтобы попасть в омут сплетен и волнений, нужно было написать пьеску, и неужели ее достаточно, чтобы взбаламутить целую вонючую клоаку?! Что же будет дальше? Стоит ли работать для сцены? Tuus измочаленный Гусев.
АНТОН: Брат!! Холева, посоветовавшись с Домашевой, желая доставить тебе удовольствие, приказал снять с репертуара твоего «Платона Андреича» и поставить мое «Предложение». Как видишь, всё идет как по маслу. Дантист сломал мне зуб, потом дергал три раза... Боль была неистовая, и благодаря лихорадке пришлось пережить состояние, которое испытывала интеллигенция, глядя на твоего «Платона Андреича». Чувство полноты и кошмар.
Такова грустная история веселого водевиля «Платон Андреевич», он же «Спиридон Матвеич»
Но так ли плоха эта шутка в 1-м действии Александра Чехова? Отнюдь. «Платон Андреевич» - подарок для режиссеров: яркий, веселый, с неожиданной концовкой; там есть где развернуться и сотворить феерию.
Водевиль понравился Суворину, и, полагаю, что если бы автором «Платона Андреевича» был Антон, то успех был бы обеспечен, и пьеса не сходила бы со сцены, затмив «Медведя».
Кстати, о «Медведе». Напомню, что в свое время цензура, отметив «пустоту сюжета» и «неблагоприятное впечатление им производимое», забраковала этот водевиль, заключив, «что к представлению на сцене оно совершенно не пригодно». А вот «Платону Андреевичу» сразу дали добро. Григорович, входивший в Театрально-литературный комитет при дирекции императорских театров, резюмировал: «благодаря литературному изложению и живости диалога производит весьма жизненное впечатление и может быть включено в репертуар Императорского русского театра». Замечу напоследок, что сюжетный ход в водевиле брата так понравился самому Антону Чехову, что он тоже задумал написать пьесу с похожей концовкой.
Прочитать "Платона Андреевича" можно здесь.