— Может, он его вынудил это сделать? — спрашивает Дана, капая в чашку настой валериаяны.
— Даже если бы к его пустой башке приставили дуло пистолета, он не имел права так поступать, Дана! — взвываю я, подскакивая с кресла.
— Ты права, — вручает мне лекарство. Проглотив махом горьковатую жидкость, выдыхаю.
— Что делать теперь? Как? Как мне бороться с этой напастью? — хочется взвыть от обиды.
— А ты уверена, что он сволочь и обязательно сожрет нас? Может, как раз таки нам повезло? Возможно, Богатов окажется отличным управленцем и выведет нас на новый уровень?
— Не мели чушь, — окидываю подругу усталым взглядом.
— Ну откуда такая уверенность? Ты видела его? Знакома с ним? — не сдается Дана.
— Не видела и не знакома. Наслышана. И мне этого достаточно, поверь.
Девушка кивает, несколько минут рассуждая о чем-то. А я думаю о том, что в ближайшее время, скорей всего, окажусь на улице. Нужно посмотреть в «Консультанте», какое там сейчас пособие по безработице…
— Так, хватит тут беситься. Езжай домой. Утро вечера мудренее, — поднявшись из-за стола, Дана направляется ко мне в кабинет. Возвращается спустя пару минут с моим пиджаком и сумкой в руках.
— У тебя просто нервы сдали. Три дня почти не спишь. Дуй домой, выспись, и все будет хорошо. Мы справимся с этим.
***
Подруга буквально выгнала меня из офиса. Но Дана права. На нервной почве или от недосыпа, но руки уже ходуном ходят. В любом случае, мне нужно подготовиться к завтрашнему дню. Разработать стратегию поведения с новым руководителем. Я далеко не пессимист, наоборот, всегда смотрю с позитивом на ситуации. Но здесь пахнет жареным. И как я ни пытаюсь храбриться, при любом раскладе итог получается плачевным.
Доехать до дома в спокойной обстановке мне, видимо, тоже было не судьба. Жуткие пробки, на дороге куча идиотов, пренебрегающих правилами дорожного движения. Вроде бы ничего удивительного для Питера, но сейчас все воспринималось по-особенному остро.
К тому времени, как я добралась до своего родного Васьки, прошло около полутора часов. Тронувшись на зеленый, планировала перестроиться в правый ряд для поворота, но вдруг с крайней левой полосы какой-то придурок на черном «Порше» на всей скорости пересекает мою полосу, снося при этом боковое зеркало с водительской стороны.
— Какого черта?! — взвываю, смотря на уныло болтающееся на тоненьком проводе зеркало. Ну и сволочь! Зверея от такого хамства, резко даю по газам, выезжая на автобусную полосу. Догоню негодяя, проучу. Терпение мое подошло к концу.
Спустя несколько минут, после следующего перекрестка я настигаю обидчика. Поравнявшись с ним, делаю знак остановиться. Но он и не думает этого делать. Обогнав его, начинаю выжимать из полосы. Только когда я едва ли не тараню его, кроссовер начинает сбавлять скорость, останавливаясь.
— Ты совсем с ума сошла? — ревет высокий брюнет не своим голосом, выпрыгивая из машины. Сколько в нем роста? Больше двух метров, точно. Огромной скалой надвигается на меня. В его большущих карих глазах столько высокомерия, если бы я не была так зла, стушевалась бы.
— Тебя смотреть в окна не учили? — отвечаю ему тем же тоном, выходя из машины. — В какой забегаловке ты права получил? Смотри, что наделал! — ругаю его, указывая на сломанное зеркало.
— Ты давай, тон сбавь, девочка, с дядей разговариваешь, — произносит громила с пренебрежением. И этот его взгляд оценивающий заставляет внутри все дрожать от ярости.
— С дядей? — нервный смешок слетает с губ. — Знаю я таких, как ты! — тычу в него пальцем. — У папочки денег выпросил на тачку дорогую, а ездить не научился!
— Я, что, по-твоему, похож на папиного сынка? — брюнет складывает на груди свои огромные руки, растягивая губы в надменной ухмылке. — Ты в своем уме, рыжая?
Выудив из сумки телефон, поднимаю на него огнемечущий взгляд.
— Сейчас гаишники приедут, я покажу тебе «рыжую», — пытаюсь разблокировать экран, но пальцы не слушаются.
— Чёртова стерва, — раздается рычание. Замечаю боковым зрением, как он подходит ко мне. — Сколько тебе нужно? — произносит уже более тихим голосом. — Не надо гаишников. Я спешу.
— Будем ждать ментов. Дело принципа, — отрываю взгляд от телефона, возвращая ему ухмылку.
— Тебя, что сегодня еще не трах*ли? — прищурившись, выдает предположение. От его слов — волосы дыбом. — Или у твоего старого папочки х*р маленький? Ты чего бешеная такая? Говорю, денег дам, и гуляй дальше!
— Я похожа на ту, кому нужны деньги? — со злостью окидываю взглядом его наряд. Хотела бы отметить безвкусицу, но одет он в дорогие брендовые шмотки.
— А разве таким как ты они не нужны? — его губы кривит самодовольная ухмылка. Я не знаю, что меня бесит больше: гадкие слова незнакомца или нотки веселья в его голосе, но тратить остатки своих нервов на этого хама нет никакого желания.
— Подавись ты своими деньгами! — рычу, направляясь к своей машине. Завожу мотор и, сорвавшись с места, демонстрирую средний палец самоуверенному придурку.
***
Утро наступило, но просветления в моей уставшей от бессонной ночи голове так и не было. И злости меньше не стало. Всю ночь проворочалась с боку на бок.
Мне было страшно от мысли, что нашей компанией завладел посторонний человек. Бог его знает, каковы причины его внимания к нам. Богатов достаточно успешный бизнесмен. В его собственности — целый холдинг. А тут какая-то конторка. Да, с хорошей репутацией, да, со своей базой клиентов. Но мы для него — песчинка.
Сколько бы ни думала, каждый раз приходила к неутешительным выводам. Я боялась, что не смогу выполнить обещание, данное мной Сергею Анатольевичу перед его смертью. Не смогу сохранить его детище и обеспечить процветание компании.
Еле дождавшись утра, подскочила с кровати. Привела себя в порядок и, зарядившись чашкой бодрящего кофе, выбежала из дома.
На всем пути до офиса названивала сотрудникам. Вчера покинула компанию, так и не сообщив им об изменениях в руководящем составе. Слишком расстроена была. А сейчас просила подготовиться к совещанию. Привести в порядок документацию, хотя бы кто что успеет.
Надежда была только на юриста. На то, что он разберется с документами, предоставленными человеком Богатова, и найдет хоть одну зацепку, дабы оспорить их в суде. Если этот мешок с деньгами думает, что я так просто отдам компанию в его огромные лапы, то сильно ошибается. Я буду драться до последней капли крови, потому что «Аврора» для меня больше, чем просто работа. Слишком много усилий и любви вложено в нее.
Подъехав к зданию офиса, паркую машину у входа. В дверях встречает охранник, улыбаясь до ушей. Здороваюсь с мужчиной, делаю записи в журнале и, забрав у него ключи от приемной, направляюсь к лифту.
Несмотря на раннее время, в коридорах здания полно народу. Надеюсь хотя бы в лифте побыть одной. Но не тут-то было. Стоит мне зайти в кабинку и нажать кнопку нужного этажа, буквально в последний момент заходит мужчина, зажимая руками створки.
Поднимаю глаза на наглеца, желая посмотреть, кто же тут такой сильный и быстрый. Застываю, вытянув губы в удивленном «о», когда встречаюсь взглядом с наглыми черными глазами вчерашнего хама с дороги.
— Опять вы? — слетает с губ.
Окинув меня высокомерным взглядом, мужчина ухмыляется.
— Я хотел сказать то же самое, — встав рядом со мной, устремляет взор на створки лифта. Не очень вежливо с его стороны — отворачиваться от собеседника. А в принципе от подобного мужлана ничего другого и не стоит ждать.
— Как вы тут оказались? — я немного обескуражена и растеряна. Мало того, что сбил вчера мое зеркало на машине, теперь еще в здание моего офиса приперся.
— Что, простите? — спрашивает, посмотрев на меня с высоты своего роста. Под его взглядом не по себе становится. Чувствую себя маленькой и уязвимой. Хочется прикрыться или сбежать куда-нибудь. Но потом я думаю, что негоже директору компании тушеваться и демонстрировать растерянность. Продолжаю идти в наступление.
— У нас пропускная система, как вы прошли внутрь? — спрашиваю, возвращая ему колючий взгляд.
— А вы? — чувственные губы кривит улыбка. Надменная, заставляющая чувствовать себя не в своей тарелке. Что не так с этим мужчиной? Давно не встречала сосредоточение такого количества негатива в одном.
— Я, вообще-то, здесь работаю, — снова смешок.
— Я тоже здесь работаю.
Я удивлена. Не могу вспомнить, чтобы раньше встречала его здесь. Не хватало еще мне такого соседа по офису.
— Как интересно, — раздается его хриплый шепот. Слышу нотки упоения в его голосе.
— Кем вы работаете? — пытаюсь звучать спокойной, но голос напряжен. Метр пространства наедине с этим животным — слишком тесно.
— Как думаешь? — он продолжает издеваться надо мной. Окинув его оценивающим взглядом, ехидно выгибаю бровь. Хотела бы я сказать, что-то остроумное и хлесткое, но широкие бицепсы, едва ли не разрывающие ткань его дорогущего пиджака, путают мои мысли.
— Не знаю, — пожимаю плечами, спеша отвести взгляд в сторону. Мне вдруг становится невыносимо жарко. — Уборщик, доставщик пиццы, курьер, — перечисляю, чувствуя, как пылают мои щеки. Как бы ни сбивал с мысли сквозящий от него секс, я поставлю на место этого выскочку.
— Вам надо бы меньше порнофильмов смотреть, — раздается за спиной его хриплый смешок. Спустя мгновение раздается долгожданный звуковой сигнал, говорящий о том, что я на месте. Как только створки раскрываются, я спешу покинуть кабинку, не желая ни минутой дольше оставаться рядом с ним.
***
— Олег, я надеюсь, ты ко мне с хорошими новостями? — отрываю взгляд от монитора, наблюдая за тем, как юрист усаживается в кресло напротив.
— Боюсь, что нет, Татьяна Александровна, — хмурится он, роясь в бумагах. — Документы все в полном порядке и прицепится-то не к чему, — произносит хмуро, поправляя на переносице очки. — Нет, конечно, если вы хотите, мы можем попробовать, но я не вижу смысла. Только волокиту получите и нервы потратите. Богатов — хозяин фирмы, и мы это никак не исправим.
Олег поднимает на меня глаза, грустно улыбаясь. И я понимаю, что чуда не случилось. Как бы мне ни хотелось верить в обратное, но я знаю Столповского. Несмотря на молоденький возраст, парень в своем деле гений. И если он говорит, что дело не стоит наших усилий, значит, так тому и быть.
— Сволочь, — рычу сквозь зубы. — Это я про Смольского, — поймав на себе удивленный взгляд Олега, поясняю. — Как он мог просрать компанию? Идиота кусок!
— Это лучше у него спросить, — нервная улыбка кривит кубы парня.
— Ладно, спасибо Олег, — возвращаю ему документы. — Можешь идти. Не забудь, что сегодня в двенадцать назначено совещание.
Как только юрист покидает кабинет, я устало вздыхаю. Сложив на столе руки, измученно опускаю на них голову. Во мне борются два желания. Мне хочется расплакаться или удариться головой о стену. Или и то и другое вместе. Внутри меня столько злости и обиды, столько отчаяния! Я не знаю, что делать. Не знаю, что ждет нас дальше. А для меня это самое страшное — не иметь возможности контролировать ситуацию.
Вдруг раздается стук в дверь. Поднявшись, поправляю волосы. Спустя пару мгновений в кабинет входит Дана.
— Ты как? Жива? — спрашивает подруга, удерживая в руках поднос.
— На десять процентов, — хмурюсь, бросая грустный взгляд на монитор. Без пятнадцати одиннадцать утра. Скоро совещание. А я совершенно не готова.
— Уже хорошо, — улыбается подруга, поставив на стол посуду. Пододвинув ко мне чашку с горячим кофе, устраивается в кресле.
— Ты видела Смольского? — спрашиваю ее, сделав глоток напитка.
— Нет. В его кабинете Богатов уже обживается вовсю.
— Чтоб на него потолок свалился. И хорошо бы, чтобы там и Смольский оказался. Решилось бы две проблемы разом.
— Не будь такой, Тата. Может, все не так плохо? Ты этого мужчину еще в лицо не видела, а уже ненавидишь, — ну вот. Дана снова это делает. Оправдывает. Она безумно это любит. Я всегда ей говорю, что она слишком добра и открыта для окружающих, отчего постоянно получает удары судьбы. Но она неисправима. Мы с ней полные противоположности в этом плане. И каждая считает, что другая мыслит совершенно неправильно.
— Мне на него не надо и смотреть. Старый хитрый скряга, — скривившись, просматриваю почту. Два уведомления из банков. Страшно открывать.
— Тут с тобой не соглашусь, — не унимается она. — Я с ним столкнулась в приемной, когда с секретарем Смольского разговаривала, — эти слова заставляют меня замереть. Поднимаю на подругу удивленные глаза, внимательно слушая ее рассказ.
— Так вот, Тата, — отставив в сторону чашку, она делает восторженное выражение лица. — Он бог. Невероятно красив! — а вот после этих слов мне вдруг становится неинтересно. Все ясно. Подруга очарована внешним обликом и теперь будет рьяно защищать негодяя.
— У меня аж глаза защипало от такой красоты, честно тебе говорю, — продолжает вещать. — Два метра ростом, девяносто килограмм чистых мускулов. А губы какие у него… — томно вздыхает, а я закатываю глаза. — Он так посмотрел на меня… Боже, я прямо там готова была сорвать с себя все и отдаться этому мужику…
— Дана. Мне кажется, на тебе сказывается отсутствие личной жизни, — хохотнув, откидываюсь на спинку стула. Спасибо подруге, настроение она мне подняла.
— Не говори глупостей, — хмурится девушка. — Отсутствие мужика тут не при чем. Он секс ходячий, Тата. И я думаю, этот мужчина знает, как укрощать таких диких кошечек, как ты, — протягивает последние слова.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Виолетта Роман