— Артём, ты опять ему деньги дал? — спросила Марина, стоя в дверях, сжимая в руках свои ключи от машины.
— Да, дал. А что? Он в сложной ситуации, ты же знаешь, — ответил Артём, не отрывая взгляда от экрана телефона.
— Сложной? — её голос задрожал. — Он 30 лет взрослый мужчина! А ты всё его кормишь и поишь, как маленького. Он что, не может сам о себе позаботиться?
Артём медленно отложил телефон и повернулся к ней. Лицо его было напряжено, глаза усталые. — Ты не понимаешь. Он не такой, как другие. Он… он в поиске себя, Марина. Ты не видишь, как ему трудно.
— Я вижу, как он с каждым днём становится всё более безответственным! — её слова сорвались с губ. — Ты защищаешь его, как будто он ребёнок. Но ему не нужно твоё сочувствие, ему нужно, чтобы ты перестал его спасать!
— Не говори так, — сжался Артём. — Ты никогда не была в его ситуации. Ты не знаешь, каково это — быть в поисках работы и не найти ничего.
— Я знаю, что значит искать работу! Ты думаешь, я сидела дома, когда мы начали жить с тобой? Я выходила на работу, трудилась, как все. Я не жила на твои деньги, я не просила у тебя ни копейки! — Марина подошла ближе, почти в упор взглянув в глаза Артёму. — А он, что делает? Сидит у нас на шее, при этом ещё и ворчит, что ему не хватает!
— Ты не понимаешь, — снова повторил Артём, его голос стал мягче, но в нём слышалась скрытая угроза. — Я не могу бросить сына. Ты знаешь, что у него была травма. Он переживает.
— Я переживаю за нас обоих! — вскричала Марина, чувствуя, как её плечи сжимаются от бессилия. — Ты что, не видишь, что мы с ним больше не справляемся? Ты из нас двоих — единственный, кто пытается оправдать его! Но ты не можешь вечно его спасать. Ты знаешь, сколько раз я просила, чтобы ты поговорил с ним? Но ты всё время оправдываешь его, как будто он беззащитный ребёнок.
Артём стиснул зубы и выдохнул. Он замолчал на несколько секунд, потом, с усилием проговорил: — Ты знаешь, я его люблю. И он — мой сын, Марина. Мой единственный.
— Но он не может оставаться твоим ребёнком навсегда, Артём! — ответила она, чувствуя, как её грудь сдавливает беспокойство. — Он уже взрослый. И если ты продолжишь его так защищать, ты не только сломишь его, но и нас.
— Мы все когда-то нуждались в поддержке, Марина, — сдержанно произнёс он, пытаясь выглядеть непоколебимо. — Ты не понимаешь, как это тяжело для него. Ты не видишь, что он не может справиться.
— Не могу больше, — стиснув зубы, сказала Марина, в глазах её скатывались слёзы. — Я не могу больше жить в этом состоянии. Ты не видишь, как это разрушает нас обоих. Я не могу больше быть на втором плане, Артём. Я не могу!
Артём отступил на шаг, его глаза были полны боли и разочарования. Он посмотрел на неё, как будто это было в первый раз. — Ты уходишь?
— Я не знаю, что делать. Я не могу смотреть на тебя, как ты постоянно оправдываешь его. Я не могу больше чувствовать себя ненужной в своём собственном доме. Я не хочу быть с тобой, если ты продолжаешь так думать о нём. Ты не замечаешь, как страдаем мы оба.
Артём сделал шаг назад, как будто его колени подломились. — Я не знал, что ты так чувствуешь…
— Я не хочу, чтобы это разрушало нас, Артём. Ты можешь понять это? Ты можешь наконец-то увидеть, что мы тоже имеем право на счастье? Я не хочу быть частью этого, если ты продолжишь защищать его в ущерб мне, нам. Ты не можешь заставить меня выбирать между тобой и ним!
— Я не заставляю тебя выбирать, — сказал он, его голос стал дрожащим, как будто он терял контроль. — Я просто не могу оставить его одного.
— Но ты оставляешь меня, — тихо ответила Марина. — Ты оставляешь меня, Артём. И я не могу больше быть частью этого.
Он молчал. Было видно, как тяжело ему даётся эта ситуация. Он открыл рот, но не смог сказать ничего.
— Ты должен выбрать, — сказала Марина, её голос был холодным, но в нём всё равно звучала боль. — Или я, или он.
Артём стоял неподвижно, глаза его были наполнены растерянностью и отчаянием.
— Я не могу выбрать, Марина, — наконец произнёс он, с трудом сглотнув. — Я не могу.
Марина сделала шаг назад и, в один момент, она поняла, что это была последняя капля. Невозможно больше жить в этом круге. Невозможно быть с человеком, который не видит боли своей партнёрши.
— Тогда, возможно, мне нужно уйти, — прошептала она, а затем, не оборачиваясь, ушла в свою комнату, оставив Артёма стоять в коридоре, с теми же вопросами, которые он так и не смог себе задать.
Дорогие читатели, а что вы думаете об этой ситуации? Как бы вы поступили, если бы оказались на месте Марины или Артёма? Поделитесь своим мнением в комментариях, нам важно ваше мнение!