Холодный ветер гнал песок по пустому пляжу, и море шептало что-то своё, бесконечное. Катя стояла босиком на берегу, её пальцы сжимали его старую куртку — ту самую, с потёртыми локтями, которую он надевал, когда они гуляли здесь в последний раз. Она не плакала уже три месяца, с того дня, как врачи сказали: "Мы сделали всё, что могли". Но сегодня слёзы снова подступили, горячие и тяжёлые, как камни. Игорь был её светом. Не тем ярким, что слепит, а мягким, как звезда в ночи — таким, что греет, даже когда его почти не видно. Они встретились пять лет назад, случайно, в очереди за кофе. Он пролил ей на рукав горячую каплю и так растерялся, что она сама засмеялась первая. С тех пор они были вместе — не идеально, с ссорами и обидами, но всегда возвращались друг к другу. Он говорил: "Ты моё море, Катя. В тебе можно утонуть, но без тебя я задохнусь". А потом пришёл диагноз. Сначала они боролись — вместе, держась за руки в больничных коридорах, где пахло хлоркой и страхом. Он шутил даже тогда, к