Среди бескрайних просторов алтайской тайги скрыта история удивительной судьбы – жизнь Оджана Наумкина, который вырос вдали от цивилизации. Его родители, художник Александр Наумкин и учительница музыки Елена, еще в 1985 году приняли решение оставить городскую жизнь и поселиться в лесу. Они не стремились полностью отказаться от благ цивилизации, но предпочли минимизировать контакты с людьми, построив себе дом среди природы. В 1993 году у них родился сын, Оджан, которому суждено было стать настоящим «алтайским Маугли».
Меньше общения с людьми – больше леса
Александр Наумкин с юности был увлечен идеей жизни в тайге. Он неоднократно отправлялся в походы по дикой природе и мечтал однажды превратить лес в свой дом. В 1985 году его мечта осуществилась – он и его жена Елена продали жилье и ушли в тайгу. Им удалось построить небольшое, но уютное жилище из бревен, где спустя несколько лет появился их сын Оджан.
Однако жизнь в глуши накладывала свои особенности. Поскольку оформлять документы на ребенка оказалось сложной задачей, родители решили вовсе отказаться от свидетельства о рождении. Так мальчик рос без официального статуса. Когда ему исполнилось четыре года, семья решила переехать ближе к поселению – в окрестности Белокурихи, где климат был мягче, а земля плодороднее.
Жизнь без аптечки, но с огородом
Оджан рос в условиях, которые современному человеку могли бы показаться суровыми. В доме было только самое необходимое: кровати, стол, печь. Электричества не было, и с малых лет мальчик привык освещать дом свечами. Все гигиенические процедуры проходили на улице, а зимой приходилось приспосабливаться, стелить пленку на пол, чтобы помыться.
При этом семья не пользовалась медикаментами. В доме не было аптечки, зубных щеток и других привычных средств гигиены. Наумкины утверждали, что практически не болеют, а потому не видели необходимости в лекарствах.
Еда в их доме тоже была исключительно натуральной – вся пища выращивалась в огороде или собиралась в лесу. Они питались картофелем, морковью, капустой, а иногда даже арбузами, дынями и виноградом. Избытки урожая и дары леса, такие как ягоды, грибы и травы, они продавали в городе, получая небольшие деньги на необходимые товары.
Школа тайги
Конечно, в обычную школу Оджана не отправили. Его обучали родители. Уже в пять лет он научился читать, а к семи – писать. Позже он самостоятельно освоил английский язык и начал заниматься живописью, подражая отцу.
Несмотря на отшельническую жизнь, технологии не обошли его стороной. Оджан обзавелся мобильным телефоном, но заряжать его можно было только в городе, который находился в семи километрах от дома. Дорога туда лежала через горные тропы, но это не останавливало юного отшельника. Время он проводил за рисованием, созданием поделок и написанием рассказов.
Пора уйти к людям
В возрасте 21 года Оджан осознал, что тех денег, которые он зарабатывает от продажи ягод и грибов, мало. Пришло время переезжать в цивилизацию. Но для этого нужны документы, а у парня не было даже свидетельства о рождении. После получения необходимого пакета документов Оджан прошел курсы бариста, открыл собственную кофейню, но бизнес-опыт оказался неудачным. Молодой человек решил попыть удачу в Москве, где устроился бариста и начал варить кофе по авторским рецептам, а также продавать алтайский мед и варенье из дикой земляники.
В Москве Оджан встретил свою любовь – девушку Валерию. Несмотря на то, что его жизнь теперь кардинально отличается от детства в лесу, он сохранил теплые отношения с родителями и хотя бы раз в год навещает их в тайге.
Александр и Елена Наумкины продолжают жить в лесу, но с небольшими изменениями – они установили солнечные батареи, благодаря которым теперь могут связываться с сыном по видеосвязи.
Журналисты часто спрашивают Оджана, не хочет ли он вернуться в тайгу. Он отвечает, что вероятность этого – всего 1%. По его словам, жить в лесу интересно, но там сложно реализовывать мечты и добиваться успеха.
Фото: из открытых источников и с соцсетей Оджана Наумкина