Таня Савичева маленькая жительница блокадного города. Её дневник, состоящий из коротких, но пронзительных записей о смерти близких, — это не только личная трагедия, это свидетельство ужасов войны, голода и потерь, которые пережили тысячи ленинградцев. Современному человеку трудно даже представить, что требовалось маленькой девочке, чтобы просто выжить.
Таня Савичева родилась 23 января 1930 года в селе Дворищи Ленинградской области, недалеко от Чудского озера. Однако большую часть жизни она провела в Ленинграде, куда её семья переехала вскоре после её рождения. Таня была младшей из пяти детей в семье Николая Родионовича Савичева и Марии Игнатьевны Фёдоровой. У неё было две сестры — Евгения (Женя) и Нина, а также два брата — Леонид (Лёка) и Михаил. Ещё двое детей семьи Савичевых умерли в младенчестве до рождения Тани.
Семья Савичевых была трудолюбивой и дружной. Николай Родионович, отец Тани, владел булочной и кинотеатром, но в 1930-е годы, как и многие другие «нэпманы», был лишён имущества и прав. В 1935 году семья была выселена из Ленинграда, но позже смогла вернуться. Николай Родионович умер в 1936 году от рака, оставив семью в трудном положении.
Семья поселилась в доме № 13/6 на 2-й линии Васильевского острова — типичной питерской коммуналке, где жили рабочие, интеллигенция и мелкие предприниматели. Мать, Мария Игнатьевна, шила на дому, бабушка Евдокия Григорьевна жила с ними и помогала по хозяйству. дяди Василий и Алексей (братья отца) — работали на заводах.
Таня росла тихой, застенчивой, но любознательной девочкой. Она хорошо училась, любила слушать рассказы старших и мечтала о будущем. Её близкие вспоминали, что Таня была очень серьёзной не по годам, с лёгким и ровным характером. Особенно тёплые отношения у неё были с дядей Василием, который часто гулял с ней вдоль Невы и отвечал на её вопросы о жизни. Её подруга Вера Панфилова вспоминала: «Она не была плаксой, но всегда казалась старше своих лет. Любила рисовать и слушать, как дядя Вася рассказывает про революцию».
22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Ленинград оказался в кольце блокады уже к сентябрю 1941 года. Семья Савичевых, как и тысячи других, оказалась в ловушке. Голод, холод, бомбёжки и артобстрелы стали повседневной реальностью.
В первые месяцы войны старшие члены семьи старались помочь фронту. Старшая сестра Женя (24 года) работала на Невском машиностроительном заводе, сдавала кровь для раненых, брат Леонид (22 года) трудился на Адмиралтейском заводе. Сестра Нина (18 лет) была чертёжницей, в феврале 1942 года её эвакуировали без предупреждения — семья решила, что она погибла. Брат Михаил ушёл в партизаны ещё до блокады. Мария шила военное обмундирование. Таня, как и другие дети, помогала, чем могла: собирала стеклянную тару для зажигательных бутылок, очищала чердаки от мусора.
Однако с наступлением зимы 1941–1942 годов ситуация стала катастрофической. Люди умирали от голода и холода на улицах, транспорт остановился, а продовольственные карточки стали единственным источником пищи. Семья Савичевых начала терять близких одного за другим.
Таня начала вести дневник в записной книжке, которую ей подарила сестра Нина. На девяти страницах она записывала даты смерти своих родных. Эти записи стали одним из самых трагических документов блокады.
Первой умерла Женя — 28 декабря 1941 года. «Она просто не пришла с работы… Нашли её в цеху. В кармане — донорская справка. Она сдавала кровь, хотя сама еле стояла» (из воспоминаний соседки Анны Жуковой).
Таня записала в блокноте Нины: «Женя умерла 28 дек в 12.00 час утра 1941 г.»
Дальше идет запись о бабушке: "Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г." Евдокия Арсеньева, Она умерла от дистрофии. Она отказалась от госпитализации, чтобы не обременять семью,а перед смертью отдавала детям свой хлеб. Сосед Иван Курганов вспоминал: «Она лежала вся синяя… Таня сидела рядом и гладила её руку» .
Брат Леонид («Лёка») умер 17 марта 1942 на заводе. Его тело привезли домой только через три дня. Он был ровесником Октябрьской революции и гордился этим. Запись с Танином дневнике: "Лёка умер 17 марта в 5 час утр 1942 г."
«Таня не плакала. Она смотрела на него и что-то шептала» (запись в дневнике Нины Савичевой, найденном позже).
Дядя Вася - самый близкий для Тани человек. Умер ночью, в возрасте 56 лет.
«Она прибежала к нам утром: „Дядя Вася не просыпается…“ Мы пошли, а он уже окоченел»: вспоминает соседка Мария Соколова. на страницах дневника Таня написала: "Дядя Вася умер в 13 апр 2 ч ночь 1942 г."
Алексей, ещё один дядя Тани, умер от дистрофии. "Дядя Лёша 10 мая в 4 ч дня"
Мама Мария Игнатьевна — Умерла утром 13 мая 1942. «Мама в 13 мая в 7.30 час утра 1942 г.»
Таня не смогла её похоронить — тело увезли соседи.1942 г.».
На странице с буквой «С» она написала: «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня».
После смерти матери Таня осталась одна. Она некоторое время жила у соседей, а затем была отправлена в детский дом № 48 в Смольнинском района, а затем эвакуировали Горьковскую область (поселок Шатки). К этому времени её здоровье было сильно подорвано: цинга, дистрофия, нервное истощение и туберкулёз сделали её жизнь невыносимой.
В детском доме за Таней ухаживала медсестра Нина Серёдкина, которая вспоминала, что девочка была очень слаба, но старалась держаться. Друая медсестра Анна Журкина вспоминала: "«Она была как тень. Говорила только: „Мама придёт за мной?“». Но болезнь прогрессировала, и 1 июля 1944 года Таня умерла от туберкулеза и дистрофии. Ей было всего 14 лет.
Вера Николаенко, подруга Тани, вспоминала, как они вместе провели последний день перед эвакуацией Тани. Вера помогала перевозить тело Марии Савичевой на тележке, а Таня была слишком слаба, чтобы идти с ними. Вера также рассказала, что Таня носила на шее мешочек с драгоценностями, которые хотела обменять на хлеб.
Нина Савичева, старшая сестра Тани, которая выжила, работая на лесозаготовках, вспоминала, что Таня была «золотой девочкой» — доброй, отзывчивой и любознательной. Она также рассказывала, как Таня помогала матери по хозяйству и как тяжело переживала потерю близких. Нина в 1945 году вернулась в Ленинград и нашла дневник. В 1953 году он был передан в Музей истории Ленинграда. На Нюрнбергском процессе цитировались строки из дневника как доказательство преступлений против мирных жителей.
В память о Тане на Пискарёвском кладбище страницы дневника высечены на граните. в поселке Шатки возведен мемориал с бронзовой девочкой и страницами из блокнота.
Помним. Чтим. Гордимся. Подпишись на канал!
Таня Савичева — не просто имя. Это символ, напоминающий, что война убивает не только солдат, но и детей, которые не успели вырасти.
В письме Нины Савичевой в музей в 1962 году есть строки: "«Этот дневник — крик души. Не дай Бог нам забыть, через что прошли они».
Истории других детей читайте здесь