Вчера побывала на концертном исполнении оперы "Вертер" Жюля Массне в Концертном зале Мариинского театра, дирижер Кристиан Кнапп. Места были за оркестром (структура зала это позволяет), так что я весь вечер наблюдала за дирижером. Мне всегда это нравилось.
Кстати, музыка и голоса тоже понравились. И пока слушала оперу, вспоминала сам роман и то, что удалось выяснить о прототипах, с которых автор писал своих героев:
Прототип Вертера – Карл Вильгельм Иерузалем (21 марта 1747, Вольфенбюттель – 30 октября 1772, Вецлар). Гете познакомился с ним в Лейпцигском университете, где они оба в то время учились. Далее Карл Вильгельм служил в дипломатическом ведомстве герцогства Брауншвейг, так что их пути на какое‑то время разошлись, чтобы встретиться в Имперском камеральном суде города Вецлар, где Иерузалем изучал процессуальное право.
Жизнь Иерузалема складывалась тяжело, потому что юристы – выходцы из дворян ни во что не ставили Иерузалема, родители которого были мещанами.
Он влюбился в Элизабет Герд, сватался к ней, но красавица предпочла Карлу Вильгельму другого. Не в силах справиться с депрессией 29 октября 1772 г. Иерузалем застрелился в своей квартире в Вецларе.
Пораженный трагедией, произошедшей с его знакомым, Гете написал роман «Страдания юного Вертера», сделав Иерузалема прототипом своего главного героя.
Итак, 30 октября 1772 г. не стало несчастного Карла Вильгельма Иерузалема, а 9 июня в жизни Иоганна Вольфганга Гете произошло знаменательное событие – он встретился с девушкой, которая в скором времени сделается прототипом образа Лотты в романе «Страдания юного Вертера».
Судьбоносная встреча произошла на танцевальном вечере, устроенном в Вецларе двоюродной бабушкой Гете. Девушку, которую пригласил на танец поэт, звали Шарлотта София Генриетта Буфф, сокращенно Лотта, и она пленила Гете своей внешностью и открытостью. Они протанцевали весь вечер. Но на этом их общение и закончилось. Гете отправился писать «Вертера», а Шарлотта уже на следующий год вышла замуж за юриста Иоганна Кристиана Кестнера, после чего переехала в Ганновер, где сделалась матерью большого семейства (восемь сыновей и четыре дочери).
Несмотря на семейные хлопоты, Шарлотта Буфф поддерживала переписку с Гете. Однажды даже просила у него похлопотать за своего взрослого сына, дипломата Августа Кестнера.
Вторая встреча Лотты с Гете произошла в 1816 году в Веймаре, куда Шарлотта Кестнер приехала погостить к младшей сестре. Встреча была прохладной, и ни он, ни она больше не задумывались о продолжении общения. Впрочем, эта встреча описывается Томасом Манном в романе «Лотта в Веймаре», так что, можно сказать, что, дебютировав в «Страданиях юного Вертера» в качестве прототипа, образ Лотты перекочевал в новый роман, а затем и в одноименный художественный фильм с участием Лилли Палмер (1974).
Тем не менее знатоки творчества Гете считают маловероятным, чтоб один танцевальный вечер мог подарить всемирной литературе образ Лотты, и называют еще один возможный прототип героини «Вертера». Это Максимилиана фон Ларош (3 мая 1756, Майнц – 19 ноября 1793, Франкфурт‑на‑Майне) – дочь писательницы Софии фон Ларош и канцлера трирских курфюрстов Георга Михаэля Франка фон Лароша.
Максимилиана – ярчайшей звездой литературного салона своей матери – красива, грациозна и по‑настоящему обворожительна. Возможно, что там же она и познакомилась с Гете. В то время девушки рано выходили замуж, в 17 лет Максимилиана стала женой Петера Антона Брентано, итальянского коммерсанта и тайного советника при дворе трирских курфюрстов. Муж был старше ее на 21 год, у него в доме жило пятеро детей от предыдущего брака, так что юной Максимилиане пришлось заменить им мать. В замужестве у нее родилось 12 детей.
Гете же не оставалось ничего иного, как сделать ее персонажем своего романа, время от времени отправляя ей полные нежной страсти письма.
Как там было на самом деле, мы не знаем, возможно, образ Лотты получился из сложения черт двух реально живущих женщин. Что же до Максимилианы, рассказ о ней хотелось бы закончить упоминанием, что среди ее 12 детей дочь Беттина, более известная как Беттина фон Арним. Она в один прекрасный день обнаружит письма Гете к ее матери и, прочитав их, навсегда заразится литературой, станет писательницей, найдет уже пожилого Гете, будет общаться с Бетховеном, Брамсом, Шубертом. Ее брат Клеменс Брентано и муж Ахим фон Арним известны как великие представители немецкого романтизма. Да и сама Беттина была совершенно неординарным человеком. Кстати, я упоминала о ней в романе «Бетховен. Черный человек».