— Ну что, ребятки, скоро каникулы? — будто между делом спросила тёща, ставя на стол миску с горячим супом.
Елена бросила быстрый взгляд на мужа, стараясь не выдать раздражения. Она уже чувствовала, к чему клонит этот разговор.
— Да, через пару недель, — сдержанно ответил Виктор, явно ожидая подвоха.
— Ой, как здорово! — тёща оживилась, в её голосе зазвенели нотки хитрого энтузиазма.
Елена внутренне сжалась.
— У меня тут дел накопилось…
Ну вот, началось.
— Какие дела, мам? Мы же каждые выходные к тебе ездим, всё переделали вроде? — Виктор попытался отшутиться, но получилось неубедительно.
— Да вы что, мужики, ничего не смыслите! — тёща всплеснула руками, будто он сморозил чушь. — Веранду на участке обшить надо, а то ветром продувает, смотреть страшно.
Елена закатила глаза, но тут же спохватилась.
— Обшить? Целиком? Это ж минимум дней десять!
— Ну вы же в отпуске будете! — тёща улыбнулась так, будто всё уже решено. — Времени вагон.
Виктор шумно выдохнул.
— Мам, ты правда думаешь, что мы весь отпуск будем гвозди заколачивать?
Тёща посмотрела на него с лёгкой обидой.
— А что такого? Молодые, здоровые. Кого мне ещё просить?
Елена стиснула губы.
— Ладно, а если не обшивать, что ещё придумала?
— Ну раз уж будете там, то баньку подлатать можно, — воодушевилась тёща. — Крыша течёт, пора бы её перекрыть.
— Ага, само собой…
— И кусты вдоль забора обрезать, а то разрослись, пройти невозможно.
Виктор потёр виски, а Елена вдруг ощутила, как пальцы сами сжимаются в кулаки.
— Мам, — мягко начал Виктор, — давай без перегибов, а? Мы год вкалываем, хочется просто выдохнуть.
Тёща ахнула, будто её ударили.
— Да вы всё равно отдыхать не умеете! Лучше делом заняться, чем валяться зря!
— Мы и не собирались валяться, — холодно отрезала Елена. — Но и таскать доски — не наша мечта.
Тёща фыркнула, ясно давая понять, что мнение невестки её мало волнует.
Тут затрещал телефон.
Елена глянула на экран и тяжело вздохнула.
— Привет, доченька! — весело прощебетала мама в трубке. — Отпуск скоро, да?
— А тебе-то что с него? — буркнула Елена.
— Да жду не дождусь, когда вы с Виктором приедете! У нас с отцом идея — газон разбить вместо старого курятника. Надо только курятник разобрать да землю вскопать. Без вас не обойтись.
Ещё один капкан захлопнулся.
На следующий день Елена сидела в комнате, бездумно глядя в окно.
Виктор растянулся на кресле, крутя в руках пульт от телевизора. Оба молчали, словно после долгой битвы. Усталость висела в воздухе — та, что приходит, когда вместо отдыха маячит каторга.
— Я так больше не хочу, — наконец выдавил Виктор.
Елена посмотрела на него.
— И что делать? Мы же пробовали их осадить, — угрюмо сказала она.
Виктор кивнул, прикрыв глаза.
— И чем кончилось?
Елена усмехнулась.
— Упрёки, слёзы, обиды.
— Звонки врачам.
— Угрозы переписать наследство.
Они переглянулись и разом вздохнули.
— Я не понимаю, — Виктор провёл рукой по лбу. — Почему мы каждый раз отдаём им свой отпуск?
— Потому что мы слабые, — хмыкнула Елена.
— Точно. Скажешь «нет» — и сразу: «Мы вас растили, а вы такие-сякие».
— «Отдых — это когда работаешь по-другому»…
— «Вам же не трудно!»
Елена хлопнула ладонью по столу.
— А мне трудно! Мы весь год пашем, а потом ещё у них пашем. Я уже думать не могу про эти банки с огурцами, лопаты и поездки за тётей Любой.
Виктор хохотнул.
— А я прямо слышу скрип пилы над кустами. Щепки в глаза, пот по спине… Ладно, что делать?
Елена выпрямилась, в её глазах загорелся огонёк.
— Надо рвать когти.
Виктор удивился.
— Куда?
— Прочь. Смыться. Испариться.
— За рубеж?
Елена покачала головой.
— Необязательно. Пансионат какой-нибудь сойдёт.
Виктор задумался.
— Звучит… вкусно.
— Там и еда готовая, и баня без дыр, и никаких грядок… Просто кайф.
Виктор схватил телефон и начал листать сайты.
— Вот, домик у реки, всё включено…
— Бери, пока не увели!
Виктор глянул на неё и кивнул.
— Ты понимаешь, что нас ждёт потом?
Елена ухмыльнулась.
— Две недели свободы стоят любого ада.
Отпуск наступил. Мамы явно почуяли неладное.
Телефон Виктора зазвонил в полдень.
— Ну что, когда будете? — бодро спросила тёща.
Виктор сглотнул, стараясь говорить ровно.
— Мам, пока неясно.
— Как это неясно? Вы же свободны!
— Ну, у нас тут… обстоятельства.
— Какие ещё обстоятельства?!
Виктор сделал вид, что связь барахлит.
— Мы разберёмся и дадим знать.
— Виктор, мне нужны точные даты! Когда начнём веранду обшивать?
— Мам, не знаю, может, и не приедем.
Тёща замолчала.
— Это как понимать?!
— У нас планы, мам.
Тишина стала тяжёлой.
— Ну и дела… — тёща вздохнула. — Ладно, всё с вами ясно…
Виктор напрягся.
— Мам, ты чего?
— Да ничего… Просто старею я, помощи не вижу…
— Мам, не начинай, прошу.
— Да что уж там… Одна я, баня течёт, кусты лезут… Ничего, как-нибудь сама…
Елена замахала руками:
— Не поддавайся!
— Мам, позже созвонимся, ладно?
— Ладно-ладно… Как угодно…
Виктор сбросил вызов и выдохнул.
— Всё, мы в списке предателей.
Елена пожала плечами.
— И пусть.
Не успела она отложить телефон, как он снова запиликал.
— Доченька, когда огурцы солить будем?
Елена закрыла лицо руками.
— Мам, никаких огурцов.
— Это как никаких?!
— У тебя их с 2019 года полный погреб!
— Так то старые, свежие вкуснее!
Елена вдохнула, сдерживаясь.
— Мам, у нас отдых, и мы…
— Знаю я про ваш отдых! Поэтому и надо семье помочь! А как же дядя Коля?!
— Мам! Я что, одна на свете, кто может его на день рождения отвезти?
— Да, доченька, ты же родная!
— Мам, прости, но не сейчас.
В трубке повисла тишина.
— Засолить огурцы и дядю Колю отвезти — это ж пара дней, ну и курятник разобрать да вскопать — ещё дней пять, — попыталась поторговаться мама. Не дождавшись ответа, она сникла:
— Всё с вами ясно… Ну что ж…
Гудки.
Елена бросила телефон на диван и посмотрела на Виктора.
— Теперь мы точно враги народа.
— Зато с путёвкой в рай.
Они переглянулись.
До отъезда оставалось три дня.
Мамы не отступали. Вопросы «когда приедете?» сменились плотным обзвоном — утром, днём, вечером, чтобы уж точно держать всё под контролем.
Но Виктор с Еленой стояли на своём.
День отъезда настал.
Ранним утром Серовы собрали сумки, тихо выскользнули из дома, аккуратно прикрыв дверь, будто боялись, что мамы их вычислят по шороху.
На вокзал доехали без звонков. Телефоны отключили, билеты проверили.
— Ну как? — спросил Виктор, когда поезд двинулся.
Елена потянулась и блаженно зажмурилась.
— Как будто сбежала с контрольной и не спалилась.
Виктор хмыкнул.
— А что нас ждёт по возвращении?
Елена лениво махнула рукой.
— Армагеддон.
— Сильно обидятся, думаешь?
— Ну, пару недель будут вздыхать, коситься, пару раз случайно напомнят, какие мы эгоисты…
Виктор кивнул.
— То есть ничего нового?
Елена улыбнулась.
— Именно.
Через пару часов они уже лежали у реки на лежаках.
Ни веранды.
Ни огурцов.
Ни кустов с пилой.
Только тишина, вода и полное игнорирование чужих забот.
Виктор потягивал сок, глядя на реку.
— Странно… Чувствую себя подлецом, но совесть молчит.
Елена рассмеялась.
— Вот и у меня так же.
Он повернулся к ней.
— А что скажем, когда вернёмся?
— Я придумала отмазку, — хмыкнула она.
— Какую?
— Болели.
Виктор удивился.
— Правда?
— Ага. Простуда, желудок, отравление — выберем на месте.
— Прокатит?
— А что они сделают больным детям?
Виктор ухмыльнулся.
— О, ещё как сделают.
Елена потянулась и закрыла глаза.
— Пусть попробуют. Главное — мы вырвались.
И впервые за годы отпуск Серовых стал только их собственным.