Певец и композитор Юрий Антонов написал хит «От печали до радости» на слова поэта Бориса Дубровина благодаря случаю. Ненароком в руки композитору попал забытый листок со словами, которые литератор давным-давно передал ему мимоходом в ресторане. Получился хит, который в 1986-м стал заглавным в новом альбоме Антонова.
Но Борис Дубровин отнюдь не был случайным человеком на эстраде. Он прославился не только этим шлягером, но и многими другими, которые исполняли звезды советской эстрады - Анна Герман и Муслим Магомаев, Иосиф Кобзон и Эдуард Хиль... А судьба поэта поразительна, как и его стихи, книги, воспоминания, часто связанные с Беларусью.
Во время недавнего празднования 80-летнего юбилея Юрия Антонова по ТВ и радио не раз звучала «От печали до радости». А, например, композитор Григорий Гладков считает эту песню гимном своей семьи. Его слова могли бы повторить миллионы, если не миллиарды простых людей. От печали до радости идет жизнь каждого из нас. И судьба поэта Бориса Дубровина тоже была такой.
Родители попали под сталинские репрессии
Борис Саввович Галл, такая у поэта была фамилия при рождении, появился на свет 24 мая 1926 года в Москве. Но родители его не были москвичами: отец - Савва Семенович Галл - родом из Умани, а мама - Эсфирь Абелевна Хазан - из белорусской Пинщины. Или, как говорил со временем сам Борис, из пинских болот.
В семье Галлов было двое детей - сын и дочь. После страшных репрессий 1930-х они останутся сиротами. В 1936-м Савву Семеновича арестовали и приговорили: враг народа. Он умер в тюрьме. Его жену, она работала врачом, бросили в застенки за то, что она не донесла на мужа. Спустя шесть лет мать поэта выйдет из лагеря инвалидом. Родителей позже реабилитируют, но жизни уже не вернешь. А судьбы детей, вдоволь хлебнувших горя, не перепишешь...
- Мы с маленькой сестренкой остались вдвоем и может быть погибли бы, не возьми нас бабушка (мама отца) под опеку, - вспоминал уже в преклонном возрасте Борис Саввович в интервью. - Вот так началось детство. С 13 лет я любым путем старался заработать какую-то копейку на кусок хлеба.
«И друга кровь стереть я не успел»
В начале войны подросток работал токарем на оборонном заводе. А в 1944-м, еще до 18-летия, ушел на фронт добровольцем.
- Просился в пехоту, - рассказывал Борис Дубровин. - Мне говорили, мол, у вас образование 10 классов, может не в пехоту? Но я стоял на своем - только в пехоту. И стал автоматчиком.
Но через пару месяцев его перевели туда, где был нужнее - не хватало воздушных стрелков. Стал в строй 57-го бомбардировочного авиаполка 221-й авиадивизии 16-й воздушной армии 1-го Белорусского фронта.
У Дубровина есть потрясающие стихотворения, посвященные боям в Беларуси. Одно из них начинается так:
От мирно дремлющего Буга,
От Бреста, от Березины
Пружиной, скрученную туго,
Дрожат видения войны...
Дубровин участвовал в Белорусской, Висло-Одерской, Варшавско-Познанской, Восточно-Прусской, Берлинской операциях. Был награжден Орденом Отечественной войны и медалями.
- Мы летали на «Бостонах» (американских бомбардировщиках А-20. - Ред.), - рассказывал Дубровин. - Я был так называемым люковым рабом: летел ногами вперед, потому что охранял заднюю нижнюю полусферу самолета. Дело в том что у американцев был экипаж три человека - летчик, штурман и радист. А наши модернизировали самолет - проделали отверстие и поставили пулемет Березина. И вот я стрелял из этого пулемета.
Дубровин говорил о войне без бравады, каким-то стальным голосом, в котором отражалась боль пережитого:
- Страшно на войне все... И от потерь было страшно.
В его «Баллада о воздушных стрелках» есть такие строки:
Вернулся самолет.
Стрелок убит.
Его уносят.
И опять – к полету.
– Кто за стрелка со мною
полетит? –
Спросил пилот.
Я лег у пулемета.
Глядел я в окровавленный
прицел,
Когда осколок полоснул
над бровью,
И друга кровь стереть
я не успел:
Она с моей перемешалась
кровью.
«Вот кончится война, буду есть сало с салом»
Дубровину повезло, он выжил. Выжил и написал:
Своя война у каждого была
У каждого была свою победа
Война.
Будь проклята она!
Пусть никогда не повториться это.
Желания вдоволь поесть и выспаться были постоянными спутниками солдат.
- Как-то услышал разговор двух солдат и один другому говорит: «Вот кончится война, буду есть сало с салом и спать на соломе! Вот райская жизнь!». Я это на всю жизнь запомнил, - с улыбкой рассказывал уже убеленный сединами Дубровин.
После войны он окунулся в литературную жизнь. Дебютная книга «На первом рубеже» вышла в 1955 году. Он окончил Литературный институт, стал членом Союза писателей СССР. За свою долгую жизнь Дубровин напишет 33 книги стихов и 8 книг прозы. Станет лауреат всевозможных советских, российских и международных конкурсов.
Как мы уже говорили песни на его стихи исполняли самые яркие звезды советской эстрады. Кстати, песня «Моей любви негромкие слова» в исполнении Анны Герман - была одной из лучший в ее репертуаре. Музыку написал Владимир Шаинский. Изначально песня была создана для мужского голоса и ее прекрасно исполнял Муслим Магомаев.
«Я - Борис Дубровин, поэт. Можно, я дам вам свои стихи?»
С Дубровиным работали композиторы Оскар Фельцман, Давид Тухманов, Игорь Крутой, Юрий Саульский... А Юрий Антонов написал на его стихи лишь одну песню, но зато какую!
Мне казалось когда-то, что встреча не скоро,
И такой необъятной лежала Земля.
От печали до радости реки и горы,
От печали до радости леса и поля...
Юрий Антонов вспоминал, как волей случая родился хит.
- Стихи пролежали девять лет. Как-то в ресторане Дома композиторов ко мне подошел человек: «Я - Борис Дубровин, поэт. Можно, я дам вам свои стихи?» И передал листок. Я пообещал, что попытаюсь написать. Положил в нотную тетрадь и забыл, - рассказывал Антонов «Известиям».
Но каким-то чудом, спустя годы, листок от Дубровина нашелся. Или как там пелось? «Но не стало преграды, и нет расстоянья. Наша встреча - награда, ты рядом опять...»
- Через девять лет, разбирая ноты, смотрю, лежит пожелтевший листок, - вспоминал Антонов. - На нем стихи замечательные. Мне так стало неудобно, столько лет прошло. Ну, я сразу же написал песню. И потом пригласил хороших музыкантов, а Витя Зинчук на гитаре играл соло.
Борис Саввович ушел из жизни 25 июня 2020 года в Москве, ему было 94 года.
Ранее мы писали, как композитор из Витебска Марк Фрадкин в годы войну написал песню, которая и сегодня набирает миллионы просмотров в сети: «И лежит у меня на ладони незнакомая ваша рука».
Автор: Петр КЛИМОВ
