Многовековая орловская земля полна тайн и загадок, многие из которых до сих пор до конца не разгаданы. Среди них орловский спис – древнее послание вятичей, которые жили вдоль Оки в VIII-XIII веках и дольше всех славянских племен сохраняли языческую веру.
Орловский спис – это неповторимый стиль вышивки, имеющий глубокий смысл, зашифрованный в таинственных языческих символах. Археологические изыскания доказывают, что он появился на орловской земле примерно двенадцать столетий назад. Большинство образцов списа — это обереги, защищавшие наших предков от их многочисленных врагов и нечистой силы.
К примеру, узор «Древо жизни» — это оберег для всего рода, защищающий как уже умерших предков (корни), так и юное поколение (ветви). «Лягушка-рожаница» - женское начало, символ продолжения рода. «Птица-пава» - прообраз птицы счастья, приносящей в дом мир и достаток. Конечно, это лишь предположения и догадки, и подлинное значение этих древних символов вряд ли будет разгадано до конца.
Техника вышивки «орловский спис» заслуживает особого внимания. На первый взгляд ее не назовешь идеальной – очертания узоров несимметричные, кое-где даже кривоватые. Но главное не форма, а содержание. «Несовершенные» линии контуров заполняются филигранными узорами - так называемыми бранками. Они шьются точным счетом по ниткам полотна четкими мелкими стежками. Это очень кропотливая работа, требующая максимум внимания и терпения. Названия бранок впечатляют: «вороний глазок», «волна», «сумка с кочергой», «подковка», «стожок», «сосна», «дробнушки».
Еще одна особенность орловского списа – «тамбурные швы», которые ограничивают контуры композиций. Каждый из них уникален, имеет собственное значение и передается вышивальщицами из поколения в поколение.
В орловском списе преобладает красный цвет, который символизирует жизнь, радость, надежду. Синие вкрапления – это обозначение неба и воды, без которых невозможно человеческое существование. Позже, уже в начале XX века, в вышивках орловских мастериц появились черный, желтый и зеленый цвета – своего рода новшества, внесенные ими в традиционный стиль. При этом изменились и сами узоры, к примеру, появился «двуглавый орел». А некоторые мастерицы начали вышивать в стиле орловского списа целые картины.
Почему «спис»? Существует мнение: вышивка названа так потому, что вышивальщицы «списывали» природные картины. К примеру, ледяные узоры с зимнего окна. И именно природной гармонией объясняется плавное перетекание одного узора в другой, а также наличие мельчайших деталей.
Древние вышивки (например, XVIII века), которые сохранились до наших времен, не предназначались для украшения одежды. Орловским списом расшивали полотенца и скатерти. Самая большая коллекция орловского списа находится в Орловском краеведческом музее, который хранит практически сотню уникальных полотен! Самое древнее из них относят к 1796 году. Доподлинно известно, что вышивала его крепостная крестьянка Мценского уезда. Да и всё, что сохранилось из вышитых образцов по сей день, говорит о том, что орловский спис жил и богател именно в крестьянской среде Орловского, Кромского, Мценского, Болховского и Дмитровского уездов.
Коллекция "орловского списа", собранная сотрудниками Орловского краеведческого музея за столетнюю историю его существования, небольшая, насчитывает около сотни единиц хранения. Каждый предмет уникален и неповторим и представляет собой большую эстетическую ценность. То, что в основной своей массе это полотенца, не случайно: в жизни крестьян они выполняли не только утилитарную функцию, но и являлись непременными атрибутами обрядов и праздников, элементами украшения жилища.
На рубеже нового тысячелетия возникла потребность в возрождении древней культуры, появилась своеобразная мода на исконность и традиционность. Тогда на орловской фабрике «Восход» попытались воссоздать традицию местной списовой вышивки. Передники, полотенца, салфетки с орловским списом в 70-80-х гг. стали весьма популярны, в том числе и за пределами Орла. Сегодня подобного вышивального производства уже нет, но народное искусство «орловский спис» не забыто. По этой уникальной технике всё ещё работают мастерицы (правда, в индивидуальном порядке), передают свои знания детям, а изделия – в руки коллекционеров, жителей и гостей города. Так продолжает жить древнейшее искусство с региональным колоритом и национальным масштабом.