“Таким образом, единобрачие появляется в истории отнюдь не в качестве основанного на согласии союза между мужчиной и женщиной и еще меньше в качестве высшей формы этого союза. Напротив. Оно появляется как порабощение одного пола другим, как провозглашение неведомого до тех пор во всей предшествующей истории противоречия между полами. В одной старой ненапечатанной рукописи 1846 г., принадлежащей Марксу и мне, я нахожу следующее: «Первое разделение труда было между мужчиной и женщиной для производства детей». К этому я могу теперь добавить: первая появляющаяся в истории противоположность классов совпадает с развитием антагонизма между мужем и женой при единобрачии, и первое классовое угнетение совпадает с порабощением женского пола мужским. Единобрачие было великим историческим прогрессом, но вместе с тем оно открывает, наряду с рабством и частным богатством, ту продолжающуюся до сих пор эпоху, когда всякий прогресс в то же время означает и относительный регресс, когда благосостояние и р
“Таким образом, единобрачие появляется в истории отнюдь не в качестве основанного на согласии союза между мужчиной и женщиной и еще меньше в качестве высшей формы этого союза. Напротив. Оно появляется как порабощение одного пола другим, как провозглашение неведомого до тех пор во всей предшествующей истории противоречия между полами. В одной старой ненапечатанной рукописи 1846 г., принадлежащей Марксу и мне, я нахожу следующее: «Первое разделение труда было между мужчиной и женщиной для производства детей». К этому я могу теперь добавить: первая появляющаяся в истории противоположность классов совпадает с развитием антагонизма между мужем и женой при единобрачии, и первое классовое угнетение совпадает с порабощением женского пола мужским. Единобрачие было великим историческим прогрессом, но вместе с тем оно открывает, наряду с рабством и частным богатством, ту продолжающуюся до сих пор эпоху, когда всякий прогресс в то же время означает и относительный регресс, когда благосостояние и развитие одних осуществляется ценой страданий и подавления других.”
(с) Ф. Энгельс. “Происхождение семьи, частной собственности и государства”
По случаю международного женского дня 8 марта, изначально призванного отмечать не красоту и нежность, а вообще-то борьбу за гражданские права женщин, вспомнил работу Фридриха Энгельса, отрывок из которой вставил выше. Еще истории из стародавних скрепных времен, когда из всех прав у женщин было только право родиться и умереть, да мужа почитать, а лучшими инструментами внедрения в сознание женщин таких традиционных ценностей были кулак, плеть и розги.
Вот любимое чтиво по этой теме из русской классики - повесть Николая Семеновича Лескова “Житие одной бабы”:
"Бабы все такие же. Есть очень приятные, есть и такие, что унеси ты мое горе.
В верхней Гостомле, куда была выдана замуж Настя, поставили на выгоне сельскую расправу. Был «а трех заседаниях в расправе. На одном из этих заседаний молоденькую бабочку секли за непочтение к мужу и за прочие грешки. Бабочка просила, чтоб ее мужиками не секли: „Стыдно, – говорит, – мне перед мужиками; велите бабам меня наказать“. Старшина, и добросовестные, и народ присутствовавший долго над этим смеялись. „Иди-ка, иди. Засыпьте ей два десятка, да ловких!“ – заказывал старшина ребятам.
Три парня взяли бабочку под руки и повели ее за дверь. Через пять минут в сенях послышались редкие, отчетистые чуки-чук, чуки-чук, и за каждым чуканьем бабочка выкрикивала: «Ой! ой! ой! Ой, родименькие, горячо! Ой, ребятушки, полегче! Ой, полегче! Ой, молодчики, пожалейте! Больно, больно, больно!»
– Ишь как блекочет! – заметил, улыбаясь, старшина.
Бабочка взошла заплаканная и, поклонившись всем, сказала:
– Спасибо на науке.
– То-то. Вперед не баловайся да мужа почитай.
– Буду почитать.
– Ну, бог простит; ступай. Баба поклонилась и вышла.
– Хорошо вы ее? – спросил смуглый мужичок ребят, исполнивших экзекуцию.
– Будет с нее. Навилялась во все стороны.
– Избаловалась баба; а какая была скромница в девках."
В дополнение к отрывку выше, по ссылке еще немного исторического материала уже с документальными свидетельствами современников Лескова, искренне уверенных, что падение нравов и распущенность явилось следствием исключительно того, что женщин перестали сечь.
"Несмотря на то что с 17 апреля 1863 года указом Александра II все лица женского пола, кроме ссыльных, были освобождены от телесного наказания, в деревнях их продолжали приговаривать к розгам. Особенно при разборах семейных ссор волостные судьи продолжали руководствоваться старым обычаем — правом мужа над женою, отца над дочерью и т. д.
В селе Сенежи Клинского уезда Московской губернии в 1865 году крестьянка получила 10 ударов за то, что украла у соседки 22 аршина холста и рубашку. В том же году в Таращанском уезде Киевской губернии сельский староста препроводил в суд женатого крестьянина и замужнюю крестьянку, замеченных им в «блудной жизни». Мужику присудили 15 ударов, бабе — 10.
В 1866 году в Михалевской волости Бронницкого уезда Московской губернии судьи, выслушав жалобу крестьянской вдовы на то, что соседка, «бывши в нетрезвом виде, нанесла ей побои кулаками, и, повалив ее на землю, мяла ногами, и разбила ей ключом зубы», приговорили бабу «за буйство, дурное и нетрезвое поведение» к 10 ударам розгами.
В 1867 году в Зименковской волости Ковровского уезда Владимирской губернии крестьянин пожаловался на другого крестьянина за любовную связь с его женой. Обвиняемые сознались. Волостной суд постановил: наказать розгами, по 20 ударов каждому, а также присудили 20 ударов матери прелюбодея за то, что «она не предупреждала своего сына и не удерживала его от порочных наклонностей». В той же волости крестьянку наказали за оскорбление старосты 20 ударами, другую — тем же количеством за то, что не слушалась родителей и ругала их неприличными словами.
В 1868 году в Сергеевской волости Шуйского уезда Владимирской губернии крестьянке дали 20 ударов розгами за то, что у нее «начали ночью петь, принимали ночью в дом неблагонадежных людей и пьянствовали».
В том же году в Ковровском уезде крестьянин пожаловался на свою жену за то, что она самовольно ушла из его дома и проживает у матери. Ответчица объяснила, что она ушла от мужа потому, что он ее бьет. Суд постановил: крестьянку наказать 20 ударами розог, поручив старосте «наблюдать, чтобы муж ее не бил, иначе и он будет».
10 ноября 1868 года в Митинском волостном суде Дмитровского уезда Московской губернии уважили крестьянина деревни Гаврилковой. Он просил наказать свою жену за то, что «она 3 раза бегала от него, оставляя его в необходимое для крестьянина время без работницы». Он просил «поступить с ней как с беглой и водворить ее для совместного с ним жительства». Судьи постановили наказать женщину 20 ударами и посадить под арест на 3 дня; потом «водворить ее для совместного с мужем жительства, причем внушить ей, чтобы впредь она не бегала от своего мужа». В тот же день в сенях волостного правления она была высечена и посажена в темную каморку. В течение двух недель она чувствовала себя нездоровой. Позже эта крестьянка подала жалобу — редчайший случай! И судьи, вынесшие этот приговор, за противозаконность его вместе со старшиной были привлечены к уголовной ответственности.
В Таганчевской волости Киевской губернии крестьянка Чередниченкова пожаловалась в волостной суд на девицу Парасковью Горшкодерову, обвинив ее в том, что она «уворовала поросенка, сварила и съела». Парасковья уверяла, что «поросенка нечаянно убила, а потом сварила и половину выбросила на двор», но получила 10 розог за воровство. В той же губернии за дерзкий ответ дьячку крестьянку наказали 10 ударами; за клевету о незаконнорожденном ребенке двум бабам присудили по 15 ударов.
И в Киевской же губернии, в Копачевской волости, в 1870 году произошел трагикомический случай. Сельский староста заявил в суд, что «8 крестьянок, среди которых была даже жена бывшего волостного старшины, в праздник 19 февраля мыли белье и занимались шитьем». Копачевский волостной суд решил, что «поступок крестьянок есть непростительный, так как 19 февраля есть день спасения 23-х миллионов крестьян от крепостного их состояния, последовавшего от Августейшего монарха Александра II, каковой день каждому из нас должен быть незабвенный и приснопамятный, который следует проводить как один самых важнейших праздников». Суд постановил подвергнуть крестьянок наказанию розгами по 19 ударов каждой — «в пример другим, дабы помнили день 19 февраля».
Но в 1870-е годы информация о запрете сечь женщин все же усвоилась в большинстве волостей империи. Но не все одобряли новые порядки.
В Можайском уезде Московской губернии волостные судьи считали:
«Непременно следует сечь и женщин; многие из них дошли до такой степени бесстыдства, что на них арест не действует. Они совершенно отбились от рук, занимаются развратом, возмущают мужей против родителей, родителей против детей; они, в большинстве случаев, причина разделов, которые окончательно разорили крестьян и привели их в самое бедственное положение».
Судьи Сергеевского волостного суда Владимирской губернии сообщали:
«Женщин не секут только потому, что это воспрещено законом, оттого они никого не боятся, занимаются беспутством и пьянствуют. Фабричная жизнь совсем перепортила женщин, жены отбиваются от мужей; дома у нее муж, а на фабрике любовник; ареста женщины не боятся; была бы большая милость, если бы испросили разрешение сечь женщин, за беспутство надо их срамить перед обществом»."
Еще на тему отношений к женщинам в скрепные времена, что вспомнил навскидку, - отрывок из повести Горького “Детство”.
"Не однажды я видел под пустыми глазами тетки Натальи синие опухоли, на желтом лице ее — вспухшие губы. Я спрашивал бабушку:
— Дядя бьет ее?
Вздыхая, она отвечала:
— Бьет тихонько, анафема проклятый! Дедушка не велит бить ее, так он по ночам. Злой он, а она — кисель...
И рассказывает, воодушевляясь:
— Все-таки теперь уж не бьют так, как бивали! Ну, в зубы ударит, в ухо, за косы минуту потреплет, а ведь раньше-то часами истязали! Меня дедушка однова бил на первый день Пасхи от обедни до вечера. Побьет — устанет, а отдохнув — опять. И вожжами и всяко.
— За что?
— Не помню уж. А вдругорядь он меня избил до полусмерти да пятеро суток есть не давал, — еле выжила тогда. А то еще...
Это удивляло меня до онемения: бабушка была вдвое крупнее деда, и не верилось, что он может одолеть ее.
— Разве он сильнее тебя?
— Не сильнее, а старше! Кроме того, — муж! За меня с него бог спросит, а мне заказано терпеть..."
Так что, как ценитель подлинных смыслов, поздравляя женщин с 8 марта, желаю успехов в достижении равноправия. Ну разумеется только тем, кому это равноправие нужно. Потому что, честно говоря, по моим наблюдениям, значительному числу женщин все это особо-то не сдалось. А некоторые вовсе ловят кайф от подчинения. И в этом, к слову, есть своя логика, ибо так проще живется. Ведь равные права предполагают равные обязанности и равную ответственность. Поэтому каждой свое.
#история #литература #праздники #Лесков #Горький