Дорогие друзья!
Тема. Предтечи советской фантастики.(1)
Разговор о предтечах советской фантастики(3).
Продолжаем. Константин Эдуардович Циолковский(1857-1935).
Насколько Циолковский был первооткрывателем судить не сложно, но и он в своих изысканиях опирался прежде всего на опыт предшественников. На тех, кто был до него.
"Родился в селе Ижевском (Рязанская обл.) в семье лесничего. В раннем детстве после болезни почти потерял слух. Оставил занятия в школе и занялся самообразованием. В возрасте 16 лет приехал в Москву и продолжил свои занятия в Чертковской библиотеке, где познакомился с выдающимся знатоком литературы, автором "Философии общего дела" Николаем Федоровичем Федоровым(1829-1903) .
"В лице Федорова, - вспоминал Циолковский, - судьба послала мне человека, считавшего, как и я, что люди непременно завоюют космос.""
В статье "Замыслы "мирового будущего"" Дмитрия Зиберова сказано, что в Чертковской библиотеке в Москве он познакомился с оригинальной космогонической теорией Н. Федорова. От этой высокогуманистической теории, изложенной затем в большом труде "Философия общего дела", начался для Циолковского путь к звездным мирам.
Ещё Федорова именовали "московским Сократом". Мечта его была воскресить людей с помощью науки.
Предшественниками ракетостроения до Циолковского по его же собственным статьям и словам можно назвать ряд имён, но чуть позже.
Сначала к тем к кому он обращался за советом отдельно. Это Николай Егорович Жуковский(1847-1921) - отец русской авиации, Дмитрий Иванович Менделеев(1834-1907) - выдающийся химик, физик Александр Григорьевич Столетов(1839-1896). Это были уважаемые люди науки. Знаменитости тех времён. Мировые светилы. Люди увлечённые. Воздухоплаватели.
Предшественником также можно смело назвать французского писателя Жюль Верна - отца научной фантастики. Именно его книгами вдохновлялся и зачитывался будущий исследователь и учёный Циолковский. Взять тот же роман Жюль Верна "С Земли на Луну прямым путём за 97 часов 20 минут" 1865 года или "Вокруг луны" 1870 года. Ведь это фантастика, основанная на реальностях, на достижениях человечества на тот период времени. Верно в мечтах этот юный смельчак летел в космос и преодолевал тяготение Земли, чтобы пройтись затем по поверхности спутника или облететь Луну на космическом аппарате собственного изобретения.
Во время учебы в Москве, живя впроголодь, Циолковский занимался самообразованием. Много читал. Первые идеи о космических полетах возникли после книг его современника Жюля Верна. Циолковский признавался, что все его проекты родились не без влияния пылкой фантазии Жюля Верна: «Он пробудил работу мозга в этом направлении...»
То есть отправной точкой для творчества и исследований Циолковского были две фигуры: Жюль Верн и Николай Федорович Федоров. Именно они сформировали его будущий путь, как учёного, изобретателя и исследователя.
Первым чьё влияние не отрицал Константин Эдуардович после Николая Федорова был Николай Иванович Кибальчич(1853-1881). Личность трагическая. Народоволец. Один из цареубийц. Жизнь которого закончилась казнью.
Вот, что можно узнать из статьи Е. Сашенкова "Кибальчич и Циолковский - основоположники" 1969 года:
«Первыми пионерами и застрельщиками были: Кибальчич...», – так писал К. Э. Циолковский, признавая самым первым своим предшественником известного русского революционера...
...В ожидании казни за революционную деятельность 27-летний Кибальчич все свои мысли устремил к предмету, казавшемуся тогда фантастическим: он думал о судьбе своего проекта. Смерть была рядом, а он писал: «Я верю в осуществимость моей идеи и... буду счастлив тем, что окажу громадную услугу родине и человечеству».
...В тот год, когда был казнен Н. И. Кибальчич (1881 г.), в маленьком уездном городке Калужской области Боровске начинал свою деятельность молодой учитель физики Константин Эдуардович Циолковский."
Надо сказать честно, что Константин Эдуардович познакомился с проектом Николая Кибальчича много времени спустя. Слишком поздно были обнародованы секретные материалы из дела Кибальчича, не смотря на его активное предсмертное завещание - опубликовать и передать учёному совету на рассмотрение. Он горячо верил и хотел добиться от них ответа, пока жив.
"Доклад был запечатан в конверт, раскрытый лишь спустя 36 лет."
К этому времени, Циолковским было уже очень много написано и сделано в направлении воздухоплавания и ракетостроения. Но первенство он отдавал всегда именно Николаю Кибальчичу.
Кибальчич изготовил четыре бомбы. Две из этих четырех бомб и взорвались в момент казни царя.
Из статьи «АРХИМЕДОВЫ КРУГИ» НИКОЛАЯ КИБАЛЬЧИЧА: "Где и когда зародилась у Кибальчича мысль о возможности полета на аппарате с ракетным двигателем, сказать трудно. Во всяком случае, изготовляя взрывчатые вещества, Кибальчич не мог не познакомиться с работами по ракетной технике, в том числе со статьями и книгами основоположника экспериментальной ракетодинамики К. И. Константинова.
«Какая же сила применима к воздухоплаванию?» — спрашивал он в своем докладе. И отвечал: «Такой силой, по моему мнению, являются медленно горящие вещества». Принципом действия своего двигателя он делает «устройство боевых ракет».
Свой летательный аппарат Кибальчич представлял в виде платформы, к которой прикреплены мощные пороховые ракетные двигатели. Изменение положения двигателей могло перевести аппарат в горизонтальный полет, а уменьшение мощности позволить ему спуск на землю.
Так сложилось, что Кибальчич смог предложить только идею, обосновать и развить которую ему не удалось. «Будучи на свободе, я не имел достаточно времени, чтобы разработать свой проект в подробностях и доказать его осуществимость математическими вычислениями»,— писал он в докладе.— «В настоящее же время я, конечно, не имею возможности достать нужные для этого материалы». В момент написания своего проекта Кибальчич находился в руках царской охранки. Он писал его, отчетливо представляя себе, что шансов остаться в живых у него нет.
Его арестовали 17 марта на квартире по Лиговке, 83, где он проживал под именем аккерманского мещанина Николая Ланского. В 20 часов 03 минуты того же дня Кибальчич был отмечен в книге поступлений «Третьего отделения собственной его величества канцелярии» (известное в Петербурге «здание у Цепного моста» на набережной Фонтанки). В Дом предварительного заключения отправлен в 10.30 утра 24 марта. Дата, которая стоит на рукописи,— 23 марта.
В докладе Кибальчича мы читаем: «Находясь в заключении, за несколько дней до своей смерти, я пишу этот проект. Я верю в осуществимость моей идеи, и эта вера поддерживает меня в моем ужасном положении. Если же моя идея... будет признана исполнимой, то я буду счастлив тем, что окажу громадную услугу родине и человечеству. Я спокойно тогда встречу смерть...»
Адвокат В. Н. Герард вспоминал: «Когда я явился к Кибальчичу... меня прежде всего поразило, что он был занят совершенно иным делом, ничуть не касающимся настоящего процесса. Он был погружен в изыскания, которые делал о каком-то воздухоплавательном снаряде...»
Кибальчич знал, что жить ему осталось всего несколько дней, но именно эти дни были отмечены исключительной мобилизацией воли и удивительной творческой собранностью. Он писал на стенах, пока наконец не принесли бумаги. Шесть дней провел Кибальчич в Третьем отделении и за эти дни написал работу, которая на 12 лет предвосхитила открытие К. Э. Циолковского."
В истории ракетостроения были и другие имена. Александр Беляев посвятил роман "Прыжок в ничто" инженеру Фридриху Цандеру. В романе он под именем Лео Цандер, ученик Циолковского.
Поэтому, надо отдельно упомянуть, пионера ракетной техники Фридриха Артуровича Цандера(1887-1933).
В 1931 году Фридрих Артурович познакомился с Сергеем Павловичем Королевым(1906-1966), который много позднее станет одним из основных создателей ракетно-космической техники СССР.
Были и другие. Константин Иванович Константинов(1818-1871) -ученый и изобретатель в области артиллерии, ракетной техники, приборостроения и автоматики. На чьи идеи и опыт опирался ещё Николай Кибальчич.
"В тюрьме Департамента полиции Кибальчич написал свой проект, который был опубликован в 1918 году в № 4-5 журнала «Былое». В том же номере этого журнала известный деятель в области ракетной техники Н.А.Рынин указывал на главные недостатки подобных двигателей, препятствующие, по его мнению, пока их практическому осуществлению: 1) быстрое нагревание стенок цилиндра и трудность их охлаждения, 2) трудность регулировки эффекта взрыва, 3) значительная быстрота сгорания смеси и, в связи с этим, необходимость брать в полет большое количество ее, 4) значительный вес цилиндров, 5) большое сопротивление движению платформы, на которой располагается воздухоплаватель. В заключение этой статьи Н.А.Рынин все же считает: «За Н.И.Кибальчичем должен быть установлен приоритет в идее применения реактивных двигателей к воздухоплаванию, в идее, правда, практически еще не осуществленной, но в основе правильной и дающей заманчивые перспективы в будущем, в особенности, если мечтать о межпланетных сообщениях... После Кибальчича ту же идею разрабатывал К.Циолковский».
Всему виной Циолковский К. Э. Трудно сказать, если бы не Константин Эдуардович была бы у нас крепкая научная советская фантастика? Наверное, научности там был бы пшик или минимум.
Вряд ли запустили бы спутник в 1957 году, так же как человека в космос в лице Юрия Алексеевича в 1961 году.
Всё, что имеем, тот же Сергей Павлович Королёв черпал из разработок Циолковского пригоршнями. Советский фантаст № 1 Александр Романович Беляев, хоть и отталкивался от земного, но смотрел всегда в космос с благоговением и преклонялся перед отцом ракетостроения. Шёл по проторенной тропинке след в след за Циолковским. И даже посвящал ему свои знаменитые произведения. Например, "Звезда КЭЦ".
Оба романа "Прыжок в ничто"(1933) и "Звезда КЭЦ"(1936) были посвящены исключительно освоению космоса.
До новых встреч!
