Исповедь сельского врача

Глубокая ночь постепенно растекалась по венам юного парня. Он ощущал, как ледяная жидкость наполняет его, а на спине выступает колющий и липкий пот. Ребра больно сжимают легкие, хочется со сладким и влажным звуком вырвать их. На мокрую землю падает несколько алых капель. Местные жители сразу громко захрюкали, почуяв слабость жертвы.

Белоснежный халат окрасился в крепкий винный цвет. Промёрзшие конечности неохотно подчинялись сигналам мозга. Снег крупными хлопьями аккуратно спускался на макушку, пытаясь немного согреть незрелую душу. Уже бурая жидкость все продолжала стекать по рукам, слегка щекоча запястья. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох, и вспышкой нарисовались воспоминания, вызвавшие последние слезы.

Холодный день декабря. Девушке пришлось надеть немалое количество теплой одежды, чтоб не окоченеть. Выйдя на улицу, ее ожидал неприятный сюрприз: никакого снега, да и целом природы кругом не было. Пустая темная комната заставляла теряться в себе, а отсутствие стен и пола под ногами позволило девушке бесконечно падать, не осознавая маршрута. Конечно, та продолжала надеяться, что это всего лишь побочное действие терапии. Но было ли это действительно так? Вряд ли, все казалось слишком реальным. Сон? Нет, она четко ощущала боль при падении и легкое головокружение. Боль становилась сильнее, заставляя девушку взвывать. Секунда, и глаза открылись. Ванная, до краев наполненная липкой кроваво-красной жижей, обжигала холодом. Тяжело дыша, девушка начала внимательно осматриваться. Незнакомое помещение злорадствовало и безустанно кружилось в диком танце. Тишина сильно давила на уши, а яркий больничный свет резал глаза. В душной комнате были только кафель, ванная и она сама. Кто это сделал и с какой целью? Из глубины всплыло тело. Окровавленное маленькое тельце, окутанное пуповиной. Голубые глаза наполнились соленой водой, щипая глаза. В этом ребенке она узнала покойное тело своего нерожденного сына. «Нет-нет», - молитвой повторяла осужденная Богом. Кожа покрылась черными трупными пятнами, а внутри словно все разорвалось. Она же не виновата в том, что случилось, так почему же грехи не искупаются? Неужели, есть человек, который мог настолько сильно ненавидеть жизнь, что Господь послал ему неизлечимые болезни? Да даже, если и выпадет шанс на жизнь, то есть ли в этом смысл, если никогда не услышишь голос своего чада? Немую комнату наполнили голоса:
«Новый скальпель», «Да куда ты лезешь?», «Где анестезиолог? Она, кажись, очнулась», «Остановите внутреннее кровотечение, быстро», «Милая Джаннет...». Так вот как ее звали – Джаннет. Внутреннее веко прорезалось и на свет появилось глазное яблоко. Покрытое разных размеров и глубины трещинами хрусталик был на грани смерти. Теперь стало ясно, что происходит – ее убивают. Грань между спасением и смертью стерлась, и девушка прощалась с сознанием, которое стремительно покидало ее.

- Нам жаль это говорить, но у вас рак шейки матки. Неудачно проведенная операция по удалению омертвевшего плода повлекла необратимые последствия. Вам необходимо пройти…, - слова врача размывались, стены больничной палаты плыли, а небо, скрытое за ветхими окнами, чернело. Она чувствовала себя ангелом во плоти, крылья больно прорезались из лопаток, образуя кровавые подтеки. Господи, спаси душу мою грешную и дай силы, - завтра будет операция, - смиренно продолжил архангел.

«Спасибо тебе, Господь, что услышал мольбы мои и подарил вторую жизнь. Аминь», - пронеслось в голове девушки и тяжелые веки опустились, покрывая безжизненно голубые глаза. Пульс резко упал, делая журчащую кровь холодным степенно текущим родником. Смерть.

- Ты не понимаешь, что ли? – брызжа слюной, кричал главврач, - ты убил. УБИЛ ЕЕ

Я убил? Она умерла из-за меня? Да кто я такой, чтоб решать человеческие судьбы

- Ты вообще слышишь? Да лучше б ты сдох, гаденыш, чем она. Ты же знаешь, насколько я любил ее. А может это из-за ревности?

Какая ревность? Я знаю, что любила она меня, а с тобой осталась только из-за денег

- Слизняк паршивый, из-за тебя она родила мертвеца, из-за тебя она погибла, заливаясь кровью!

Но было же не так…А может, я просто забыл?

Куранты пробили 12 и я, скупой на жалость к себе, поднес лезвие к предплечью. Оголив вены, я не почувствовал ничего кроме легкого покалывания. Сзади раздавались звуки приближающихся свиней. Если все правильно помню, то кормил я их недели две назад. Голодные они неслись на запах крови. Неужели, это правда, что свиньи любят грешных? Джаннет мне всегда говорила об этом, но я лишь усмехался. Сегодня в новогоднюю ночь я дам этому миру шанс исправиться, отдав свою душу. Я лишь посредник между небом и землей. Как же жаль, что я не исполнил своего долга. Я последний раз взглянул в зеркало, прошептав самому себе: «Прощай, Михаил». Глаза закрылись, и я вновь увидел ее, идущую в белом свадебном платье. Свиньи жрали мой труп, азувцатем, не оставив и следа, вернулись в загон ждать моего воскрешения.