Юность. Жажда.

Когда мир начинает казаться слишком красочным, всегда стоит задуматься о курьезности данного явления. Когда маска ночи разбивается, и ты видишь все лицемерие понятия времени в отношении общества, всегда стоит задуматься о ценности своего бытия. Когда утренние лучи царапают глаза в попытках вырвать тебя из оков смерти, всегда стоит задуматься о надобности социального взаимодействия. Мерзость: желчь разъедает сознание! Ты не личность и даже не homo sapiens sapiens. «ЧЕЛОВЕК м. каждый из людей; высшее из земных созданий, одаренное разумом, свободной волей и словесною речью. Побудка (инстинкт) животного, соединенье низшей степени рассудка и воли, заменяет ему дары эти, разрозненные в человеке и даже вечно спорящие между собою - это сердце и думка.» (словарь Даля). Похож? Бесспорно был бы, ограничиваясь данное понятие словом «инстинкт».

Оно смотрит. Оно смотрит на себя, трогает, щупает, гладит, бьет, облизывает, кусает, но не решается попробовать на вкус. Боится боли. Не будь обратного, оно бы уже давно смогло отхватить лакомый кусочек своей ноги, руки или похрустеть хрящиками. Опрометчиво оставлять такое нежное мясо на закуску суровым хищникам с двояким самосознанием. Жалко, жалко, жалко себя. Гладит, гладит, гладит. Лижет, лижет, лижет раны, всасывая кровь, будто бы сможет этим ограничиться. Alea jacta est. Победит слабейший.

Оно плачет. Оно плачет, смотря на свое отражение в луже крови. О, нет-нет! Это грязь; оно бы не позволило ресурсу существования просто так растекаться по кафелю, пролезая в самые глубокие щели на пищу для падали. sanguis vitiosus никогда не станет истинной причиной слез. Жалко, жалко, жалко себя. Так больно, больно. Тихо. Победа, стоившая поражения. Оно спокойно. Никто больше не отведает его плоти, никто больше не посмеется с его шрамов, никто больше.

Оказия. Нет приборов, но отросшие ногти достаточно остры, чтоб обглодать кости. Вы сами виноваты, оно не хотело.

Оно хотело любви, признания, понимания, а вы жрали его, ни в чем себе не отказывая. Зашуганное, оно не придумало ничего лучше, чем отдаться природе и инстинктам. Оно ест, но плоть прогнила от постоянных язв и нарывов. Вкус удовлетворения. Нет ничего приятнее, чем осознать, что ты ничем не хуже их. Ты тоже можешь жрать, трепать, рвать, грызть себя. Но в отличие от них этот пробужденный голод останется проклятьем, а не изничтожится в качестве периода становления истинным человеком. Боли больше нет, она уходит, когда приходит голод.