Анна стояла у окна и смотрела на двор, глубоко задумавшись. Дети внизу играли в прятки, их смех раздавался эхом по двору, но она едва его слышала. Её мысли были погружены в недавний разговор с мужем.
— Я сказал, мы поедем на выходные к моим родителям, — продолжал настаивать Владимир, голос его звенел от напряжения.
Анна тяжело вздохнула, усмиряя дрожащие руки.
— Как скажешь, Володя. Я только хотела...
— Мне неинтересно, чего ты хотела, — резко перебил он. — Когда дело касается нашей семьи, решения принимаю я. Поняла?
— Но я думала, что мы можем обсудить... Это ведь касается и меня тоже, — тихо произнесла Анна, чувствуя, как её голос дрожит.
— Это касается только меня. А ты моя жена, занимайся своими делами и не вмешивайся, когда тебя не просят! — Владимир почти кричал.
Муж вышел из комнаты, хлопнув дверью, словно ставя точку в разговоре. Анна перевела дух, пытаясь унять дрожь в руках.
— Я так больше не могу, мама, — плакалась Анна своей матери по телефону. — Володя совсем меня не слушает, он делает всё по-своему. Я не могу ни возразить, ни высказать своё мнение.
— Я не понимаю, почему ты жалуешься, — спокойно ответила Лидия Михайловна. — Володя — серьёзный человек, успешный врач, управляет больницей, и ты удивляешься, что он не спрашивает тебя, как принимать решения?
— Он вообще ни о чем меня не спрашивает. Я чувствую себя как прислуга. Мужа я интересую только когда нужно что-то принести или быть рядом на мероприятии.
— Ты только радуйся! Муж тебя не трогает, ты можешь заниматься, чем хочешь. Просто не лезь к нему со своими советами, и всё будет в порядке, — всплеснула руками мать.
— Мам, я живу с ним в одном доме, сплю в одной постели. Мне что, нужно вести себя как кукла, бессловесная, чтобы не вызвать его гнев?
— Ну что ты сразу про гнев, — удивилась мать. — Он что, угрожает тебе, руку поднимает?
— Пока такого не было, но я боюсь, что к этому идёт. Видела бы ты, как он злится, когда ему что-то не нравится. И его взгляд…
Анна нервно сглотнула, вспомнив злые глаза мужа и его презрительный тон, когда она неделю назад пыталась отстоять своё мнение о покупке мебели для нового дома.
— Сними эту тряпку, Анна. Я достаточно зарабатываю, чтобы моя жена прилично одевалась, — говорил Владимир, его голос был холоден и равнодушен.
— Но я только сегодня купила его, оно мне понравилось. Думала, что и тебе понравится, — женщина погладила мягкую ткань платья, чувствуя себя униженной.
— Тратишь моё драгоценное время на споры. Я сказал, что делать, возьми с собой Марину, она тебе поможет. Ты проигнорировала мое распоряжение и теперь споришь. Я этого не люблю!
— Ну раз тебе не нравится, как я одеваюсь, крашусь, может, мне не стоит ходить с тобой на мероприятия? — с обидой в голосе произнесла она.
Владимир шагнул ближе, его глаза стали злыми, брови сдвинулись.
— Ты возражаешь мне?
— Я просто думала… Мы могли бы это обсудить, — пролепетала Анна.
— Сама ты ничего не решаешь, — прошипел Владимир, сжимая кулаки. — Ты моя жена, и твоя главная обязанность — слушаться меня. Поняла?
Он неожиданно успокоился и более мягким тоном добавил:
— Уже поздно ехать за новым платьем. Надень то чёрное, что я купил тебе в прошлом году. Ты в нём ещё не была на людях, так что вполне подойдет.
Подойдя ближе, Владимир провел рукой по её щеке.
— Ты очень красивая, Анна, но это всё твои достоинства, помни об этом.
— Ой, подумаешь, платье! — с пренебрежением сказала сестра, когда Анна поделилась с ней своими переживаниями. — Если бы у меня был такой мужик, который покупал бы мне платья и обвешивал бриллиантами, я бы только улыбалась и не открывала бы рта.
— Лера, ты не можешь всерьёз так думать, — удивилась Анна. — Это не про платье. Это про то, как он меня не уважает.
— А почему нет? Ты живёшь в огромном доме, у тебя куча свободного времени. Единственная обязанность — слушаться мужа. Что тебе ещё нужно?
Анна почувствовала, как внутри неё что-то сломалось. Она посмотрела на сестру с болью и обидой.
— Понимаешь, Лера, мне не нужно ни золота, ни платья. Мне нужно уважение и любовь. Но кажется, ты этого никогда не поймёшь.
С этими словами она встала и покинула комнату, оставив сестру в недоумении.
На следующий день, когда Владимир вернулся с работы, Анна не готовила ужин. Она сидела на диване с чемоданом рядом.
— Что это значит? — спросил он, нахмурив брови.
— Это значит, что я ухожу, Володя. Я больше не могу так жить, — ответила Анна твёрдо.
— Ты что, издеваешься? Ты никуда не пойдёшь, — Владимир схватил её за руку, но Анна вырвалась.
— Я человек, а не вещь. Я заслуживаю большего, чем просто быть твоей игрушкой или прислугой. Мне нужно уважение, которого ты мне не даёшь.
— Анна, не делай этого, — его голос стал мягче, но в глазах всё ещё пылала ярость. — Пожалуйста, без драм.
— Это не драма, Володя. Это жизнь, и я собираюсь её изменить.
С этими словами Анна взяла чемодан и вышла из дома, оставив мужа в полном шоке.
В вечернем сумраке Анна шла по улице, её сердце билось часто, но было освободившимся. Она не знала, что ждёт её дальше, но знала одно: она больше не позволит никому унижать и подавлять себя. Началась новая глава её жизни, полная надежд и неопределённости.