Иногда обычная дорога домой может перевернуть с ног на голову спокойную жизнь человека. Судьба любит преподносить сюрпризы. Вот только оценить их дано не каждому. Люди с чистой душой и добрым сердцем точно на это способны.
🐕🐕🐕
В деревне Сосновке вечерело.
В сумерках брела Таисия Ивановна домой по грязной просёлочной дороге. Бабушка возвращалась со своих любимых ежевечерних посиделок на лавочке с подружками-соседками, такими же старушками, как и она сама. Ничего не предвещало перемен в стариковской размеренной жизни. Нагрянули эти самые перемены, как водится, без предупреждения.
Жила баба Тася в небольшой деревушке, где все друг друга знали. Хозяйство вела вместе со своим супругом Кузьмой Никитичем, мужиком строгим, но справедливым.
Всё шло в их стариковской жизни тихо, да размеренно. Шагала себе бабушка и не ведала, что её прежняя жизнь уже закончилась. В этот обычный вечер судьба приготовила ей сюрприз, и ждал он её прямо за следующим поворотом.
Медведь?!
На улице уже совсем стемнело и старушка торопилась быстрее дойти до дома. Вдруг она услышала какой-то подозрительный шорох в тёмных кустах. А ещё через мгновение на дорогу вышло НЕЧТО. Оно преградило дорогу бабе Тасе и просто тихо стояло. Большое, лохматое и очень худое.
Старушка ахнула и застыла на месте. Сердце в её груди от страха стучало часто-часто, руки дрожали.
– Ох ты, Господи! Божечки...Медведь! – вскрикнула она, крестясь и пятясь неуверенно назад.
В это время "медведь" вполне добродушно вильнул коротким хвостом и подошёл ближе.
Пригляделась получше баба Тася и поняла, что сослепу приняла за медведя огромного лохматого пса: морда длинная, облезлая, глаза грустные-грустные, рёбра торчат, весь грязный.
Кто-то из городских вывез алабая в лес и уехал. Надоел, не ко двору пришёлся большой пёс. Такое с алабаями часто случается. С тех пор уже неделю, а может и больше бродил он в окрестностях Сосновки, пока не встретил бабу Тасю. Голодный, замёрзший, потерянный.
– Ох ты божечки! Ты ж собака, а не медведь! А страшной-то какой! Тощий, да ещё и околел, похоже, совсем! – запричитала бабушка.
Пёс подошёл ещё ближе и уткнулся большим мокрым носом в ладони старушки, чем окончательно растопил её жалостливое сердце. Вздохнула она, решительно поправила застиранный старенький платок у себя на голове и махнула рукой в сторону их с дедом избы: "Ну, пошли, што ль, горемыка! Только с порога не лай, моего деда не стращай, он у меня шибко нервный!"
Алабай послушно поплёлся за своей спасительницей.
Через десять минут дошли они до дома стариков. Пёс, которого бабушка уже мысленно окрестила Михалычем за сходство с медведем, еле протиснулся в их старенькую облезлую калитку.
В избе дед так и не дождался супругу и уже собирался прикорнуть на печке часок другой, но услыхал шум, выглянул в сени и обомлел...
– Э-э-э...Ты что это такое, баба, в дом привела?! Совсем сбрендила на старости лет што ль?! Волкодава?! В избу! Дура! – рявкнул он, тыча пальцем в пса, который испуганно прятался за бабу Тасю.
– Ну чаво расшумелся, старый? Не волкодав это, а Михалыч! С нами жить будет! Голодный он! Не ори!
– Конечно, голодный! Вон глянь, пасть у него какая! Сначала это чудище всю еду в доме сожрёт, а опосля за нас примется!
Михалычу надоело слушать стариковскую перепалку и к тому же есть очень хотелось. Он тихо подошёл к оставшейся с ужина дедовской тарелке и слизнул оттуда недоеденный кусочек сала. Дед аж подпрыгнул.
– Видела?! Видела-а-а? Ворюга! Вот я тебя щас! – закричал он и замахнулся на пса.
Но на пути деда встала, как стена, баба Тася.
– А ну, уймись, Кузьма! Кому говорю!Ишь...Разбухтелся на ночь глядя! Не трожь его! Делов-то, сало взял! Иди, иди давай отседова, по-хорошему прошу!
– Ах так?! Ах вот ты как? Ну пущай эта псина тогда хозяином в доме и будет! Раз я тебе не указ! И делайте, что хотите! – буркнул обиженно дед Кузьма, поджал губы и вышел из избы.
С тех пор остался алабай Михалыч жить со стариками.
Дед молчал, но пса не жаловал, поглядывал косо и мечтал от него избавиться.
Появился теперь у него новый ритуал.
Каждый вечер Кузьма Никитич прятал свои любимые чёрные сапоги на шкаф, на случай, если "волкодаву" его обувь по вкусу придётся.
"А вдруг сожрёт?" – думал он и громоздился на деревянный шаткий табурет, чтобы спрятать дорогую сердцу обувь.
– Да, на кой Михалычу твоё старьё?! Ох и смешной ты, Кузя, честное слово, не грохнись смотри оттудава! – потешалась над супругом старушка.
Неожиданный поворот и герой дня
Как-то вечером дед Кузьма ушёл на рыбалку, а баба Тася – на традиционные лавочные посиделки. Михалыча же оставили "на хозяйстве."
Старушка уже вовсю болтала с соседками, как вдруг со стороны её двора послышался душераздирающий вопль.
– А-а-а-а !!! – орал кто-то– ПОМОГИТЕ! Люди добрые-е-е!!
Бабушка бросилась бежать к своему дому. У калитки она столкнулась с таким же перепуганным дедом. В полном недоумении старики влетели в избу и застыли...
К их старенькой крашеной печке жался внук соседки Нинки, местный рецидивист Степан. На него медленно надвигался рычащий Михалыч. Вора трясло мелкой дрожью, а его лицо побледнело и вспотело.
Пёс увидел хозяев и спокойно отошёл в сторону, но глаз с воришки не сводил ни на секунду.
Нахальный ворюга сразу ожил, выдохнул и тут же накинулся на стариков.
– Вы чё, старые, совсем сбрендили?! Вы кого это в дом припёрли? А? Эта бешеная зверюга меня щас чуть не ухайдакала! Бабка! Пущай дед псину запрёт!
Дед от такого нахальства даже опешил. – Ты Стёпка совсем оборзел, да? Мало того, что пенсию стырить явился, шаромыга проклятая, так ещё указывать нам тут вздумал?
– Вот я щас участкового вызову, он пущай с тобой разбирается! Он то тебя от собаки и спасёт. В тюрьме! Уж будь спокоен! – поддержала супруга баба Тася.
Степан сразу как-то весь сник, притих и стал медленно-медленно пятиться к открытому окну. Михалыч тут же среагировал и опять угрожающе зарычал.
Тогда испуганный вор сменил тактику и заныл.
– А чё участкового то сразу-у-у? Чё я такого сдела-а-ал? Просто шёл мимо, а дверь взяла, да и открылась! САМА! Я заглянул, а там зверюга эта проклятая. Я уйти хотел, а он кидаться начал! Гад!Испужал меня до смерти, я теперь душевный инвалид...– неожиданно закончил свою жалостливую исповедь вор и опять стал пятиться к окну.
– Инвалид ты Стёпка от рождения, причём на всю свою дурную башку. А ну, звони, дед, участковому! – рявкнула Таисия Ивановна и схватила кочергу.
– Да я сам полиции сдамся, пущай только Никитич псину запрёт! – вдруг завопил Стёпка, а потом...
Не прошло и секунды, как он снёс горшок с бабушкиной геранью, ласточкой сиганул в открытое окно и тут же исчез в темноте.
Старики бросились к собаке. Баба Тася обняла его мохнатую могучую шею. Погладила по большой голове.
– Спаситель ты наш! Что бы мы без тебя делали...Родненький!
– Михалыч, да ты же у нас настоящий герой! Тебе положена кастрюля щей и моё стариковское уважение! – поддакнул дед и совсем расчувствовался, даже глаза платком промокнул, пока жена не видела.
"Герой, спаситель, вот до чего чудные эти люди! Я лучше Хозяином в доме буду! И дедовы сапоги теперь МОИ!" – рассудил Михалыч, преданно заглянул в слезливые глаза деда, скромно-скромно прижал уши и покорно завилял хвостом...
Спасибо, что прочитали 💜
Дорогие читатели! Если вам нравятся истории о животных со счастливым концом, вы можете прочитать о том, как мы спасали собаку Мишку, брошенного хозяевами на верную гибель.