Антон стоял на перроне в своём рабочем спецовке и слушал, как гремит поезд, отходящий от платформы. Он должен был вернуться домой только через неделю, но в последний момент план работ сместился, и начальство распустило всю бригаду раньше. Последние сутки товарищи подначивали его: «А вдруг приедешь неожиданно, а там… сюрприз!» – и ухмылялись. Антон отмахивался, но уже тогда чувствовал какой-то червячок сомнения внутри. Глупость, конечно. Вера, его жена, никогда не давала повода для ревности. Но всё-таки эти рассказы о «неверных жёнах» и внезапных возвратах прочно застряли в голове.
Он не стал звонить жене – хотел сделать сюрприз. Сел в попутку, которая шла в сторону их городка, и всю дорогу терзался вопросами. Вдруг появлялись странные мысли: «А что, если она действительно не одна сейчас?» «Почему у меня нет в последнее время никаких вестей от неё, кроме коротких сообщений?» По сути, они говорили каждый вечер, но, когда хочется заподозрить неладное, в ходу любые мелочи.
К полуночи он наконец доехал до нужной улицы. Соскучившись ужасно, он уже хотел потянуться к дверной ручке, но вдруг его заело любопытство. «Вдруг Вера меня не ждёт, сейчас уже спит… Или не спит?» – мелькнуло в сознании. Антон заметил, что в окнах квартиры горит свет. Было поздно, а Вера обычно ложилась около одиннадцати. Зачем ей засиживаться в час ночи?
Он припарковался напротив дома, стараясь, чтобы машина не светила фарами в окна. Дождь накрапывал, и на улице царила сырая сентябрьская прохлада. Антон включил в салоне слабый свет и развернул термос с кофе. Выпил пару глотков и вновь поглядел на дом. На четвёртом этаже, где их квартира, горел жёлтоватый свет. Задняя штора – слегка отодвинута. С улицы было видно только смутные силуэты.
«Может, я сам себе всё придумываю?»
Антон набрал Верин номер, но быстро сбросил вызов: сюрприз же. Да и опасался вдруг услышать шум чужих голосов на фоне… «Ладно, не буду портить себе психику, – подумал он. – Поеду лучше в круглосуточный магазин, куплю ей цветов и фруктов, а потом вернусь». Но нога не шевелилась, словно вросла в педали. Он не мог заставить себя уехать. Слишком занимательным оказалось наблюдать за светящейся занавеской.
Прошло минут двадцать. Антон уже продрог, но не уходил. Вдруг в окне мелькнул силуэт – точно мужская фигура. Он поклялся бы, что видит короткую стрижку, широкие плечи. Сердце ухнуло, кофе чуть не выплеснулся из термоса.
«Кто это?! – пронеслось у него в голове. – Может, гость, брат, да хоть сосед? Но ведь у нас нет братьев-соседей…»
Силуэт растворился в глубине комнаты. Антон схватил телефон и снова посмотрел на часы – половина первого ночи. Что за мужские гости на ночь глядя? «Неужели всё то, чего я боялся, может быть правдой?» – голова закружилась, как в тумане. Он начал думать, что делать: ворваться, застать их врасплох? Или позвонить жене и выспрашивать?
Он вышел из машины, поднял воротник куртки. Начался моросящий дождь, небольшие капли падали на асфальт. Пахло мокрыми листьями и сыростью. Антон стоял, задрав голову на четвёртый этаж, и думал: «Вот сейчас там горит свет. Может, она вовсе и не замечает, как я тут кукую под подъездом…»
Вдруг в окошке зашевелилась штора, будто кто-то выглядывал. Антон спрятался за деревом. Наверное, и смешно, и грустно, но что делать. «Итак, – решил он, – дождусь, когда свет погаснет. Если она ляжет спать, значит, гость ушёл через другой выход или…» Мысль застряла. Неизвестно, есть ли у них «другой выход». Лестница-то одна.
Антон не выдержал и позвонил жене. Гудки раз, два, три – наконец:
— Алё, Антош? – послышался её голос.
— Привет… Ты не спишь ещё?
— Да вот, пару минут назад села фильм смотреть, – рассмеялась она. – Это такой интересный триллер, страшный, жуть. А ты что поздно так звонишь?
— Да я тут… – он замялся, чувствуя, что нельзя выдать себя. – В вагоне, – выдал первую попавшуюся ложь. – Не хотел спать, начал скучать, решил услышать твой голос.
— О, сладкий мой, – в голосе Веры звучало тепло. – Соскучилась по тебе безмерно. Давай завтра спишемся или созвонимся снова. Мне этот триллер на нервы действует.
— Хорошо… – неуверенно сказал Антон. – Я… люблю тебя.
— И я тебя, – в голосе жены не чувствовалось ни малейшего напряжения. – До завтра.
Связь оборвалась. Антон хотел крикнуть: «А кто у тебя там сейчас?», но не решился.
«Ничего не понимаю, — подумал он. — Либо она врёт, либо я всё не так увидел».
Ещё час Антон стоял под дождём, промокший почти до нитки. Потом понял, что нужно решаться – либо уйти до утра в гостиницу, либо прямо сейчас зайти в квартиру и всё прояснить. Он попытался вести внутренний диалог: «А вдруг это всего лишь друг, в гостях? Да ладно, кто ходит в гости к замужней женщине в час ночи? Чёрт!»
Словно в подтверждение его страхов, на четвёртом этаже погас свет. Но через пару секунд зажёгся в другой комнате. Антон ощутил, как внутри него вспыхивает ревность и замирает сердце. Подъездная дверь открылась – он вжался в тень, увидел, что вышла пожилая соседка с мусорным пакетом. Никого иного не было.
Он решился: «Всё, иду». Подойдя к двери своей квартиры, Антон снял рюкзак, прокашлялся. В голове шумело. Нащупав ключи, он осторожно провернул их в замочной скважине.
В прихожей горел маленький светильник. Всё выглядело обычно, кроме того, что в зале что-то явно тихо гудело – музыка? Или телевизор? Он сделал пару шагов и вдруг услышал какой-то стук и голоса. Похоже, их было два. На короткий миг Антон ощутил настоящую ярость, хотели ли они убежать от него, когда услышали, как ключ поворачивается в двери? Но никто не выбегал в коридор.
«Может, спрятался в комнате, думает, проскользнёт потом?» – мелькнула параноидальная мысль.
— Вера? – негромко позвал Антон.
Тишина.
Он ощутил, как сердце стучит в горле, словно пытается выломиться наружу. Прошёл в гостиную – темно. Только свет телевизора, на котором шли титры какого-то фильма. Никого. Но на диване – разбросанные журналы, а рядом – мужские кроссовки. Антон машинально нагнулся: это не его кроссовки.
— Ах ты… – вырвалось у него, и он шагнул дальше.
Из кухни доносился шёпот. Антон решился и рванул туда. На пороге он застыл как вкопанный: возле стола стояли двое – конечно, была Вера, одетая в уютную пижамную футболку, а напротив неё какой-то высокий парень, в руках у него – нож, которым он чистил яблоко. Увидев Антона, они оба вздрогнули.
— Антон?! – выдохнула Вера, побелев как полотно. – Ты… как?..
— Кто это?! – рявкнул Антон, глядя на незнакомца. Тот поспешно положил нож на стол.
— Стоп, братишка, тут всё не так, как ты думаешь, – заговорил парень, делая жест руками, мол, «успокойся».
— Не так? – Антон почувствовал, как кровь стучит в висках. – Кто ты и что делаешь в МОЁМ доме в час ночи?
Вера всхлипнула:
— Антош, это… это Саша, мой двоюродный брат, я тебе рассказывала… ну, я думала, приедет он только завтра… Да у нас план, чёрт, какой-то сюрприз для тебя, а ты…
Она заломила руки, и по её щекам побежали слёзы. Антон ошалело уставился на Сашу.
— Брат? Твой… Твой дядя Лёша, что ли, отец ему?
— Да, – уныло кивнул парень, протягивая руку. – Прости, мужик, я тебя, наверное, напугал. Собирался вот помочь Вере переделать кое-что дома, повесить шторы, принести стол. А потом мы хотели к твоему приезду подготовить…
Антон машинально пожал протянутую ладонь, хотя всюду бурлила ревность, обида и гнев: «Как же я мог забыть, что у Веры есть этот Сашка?»
— Но почему ночью?! – вырвалось у него. – О Господи, я чуть с ума не сошёл!
Вера, всхлипывая, схватила кружку с чаем.
— Мы… Мы весь день мотались на машине за покупками, потом нашли, что кондиционер барахлит, Саша разбирал коробку с инструментами. Я собиралась тебе рассказать, но хотела, чтобы сюрприз удался! Да и ты говорил, что вернёшься только через неделю!
Антон уронил голову на руки:
— Господи… Я больше трёх часов торчал на улице, думал, что тут любовник… Видел тебя в окне, Саша…
Парень смущённо кивнул:
— А я ещё пошутил: «Видимо, прохожие думают, что мы ограбить квартиру хотим…»
Вера осторожно коснулась плеча Антона:
— Прости, родной. Надо было мне позвонить тебе и сказать, что у меня гость. Но я… хотела сюрприз. Да и ты никогда не ревновал. Вот мы и попали в глупую ситуацию.
Антон выдохнул, осознав, что всё его безумие последних часов было воображением и старыми «страшилками». Силы покинули его, он медленно опустился на табурет. Вера тут же подбежала, обняла его за плечи.
— Господи, какой же ты мокрый, – ахнула она, ощупывая его куртку. – Ты в дождь стоял?
— Да, целую вечность. Наблюдал, как вы тени на занавеске отбрасываете, – криво усмехнулся Антон. – Едва не рехнулся.
— И чего ж ты молчал? – Вера поцеловала его в щёку, всё ещё немного всхлипывая. – Ну, Антоша…
— Да я… – он запнулся. – Прости меня. Просто наслышался всяких историй на работе, голова кругом. Поехал со службы раньше срока и решил вот…
Саша кашлянул, смущённо потёр затылок:
— Ладно, вы тут разберитесь, я пойду к соседу Диме заночевать, чтобы вам не мешать. Я завтра вернусь, досверлю. Антон, правда, рад знакомству…
Антон кивнул, испытывая смесь стыда и облегчения. Когда Саша вышел, оставив их наедине, Вера провела мужа в комнату, помогающи стягивая его промокшую куртку. Он чувствовал подступившую слабость: столько нервов было потрачено.
— Прости, – повторил он тихо. – Просто я… я очень люблю тебя и не знаю, что бы делал, если бы…
Она прильнула к нему, обняла крепко-крепко:
— Тсс… давай забудем. Лучше расскажи, как у тебя дела. Я так рада, что ты дома. Хоть и внезапно!
Антон провёл ладонью по её волосам, чувствуя, как сердце постепенно успокаивается. Мокрая от дождя одежда начала неприятно липнуть к телу, но внутри вдруг потеплело. Всё, что он накручивал себе, оказалось лишь тенью, рожденной ревностью и старыми историями товарищей.
— Я схожу в душ, а потом обниму тебя так, как прежде, – улыбнулся он.
— Хорошо, – счастливо кивнула Вера. – А завтра уже обсудим сюрприз, который мы с Сашей для тебя готовили…
Они обменялись коротким поцелуем, и Антон пошёл в ванную. Странный, суматошный день подходил к концу. За окном уже затихал дождь. Он вдруг вспомнил, как несколько часов стоял под ливнем и пытался заглянуть в окно: «Вот же дурень, – подумал он. – Хорошо, что всё закончилось так…»
Когда он смыл с себя дорожную пыль, прогоняя из головы эти тревожные мысли, то вышел в зал уже в сухой футболке и штанах. Вера сидела на диване, завернувшись в плед, смотрела на него с улыбкой. Антон откинулся рядом и почувствовал, что настоящий покой – это когда жена рядом, живая, тёплая, верная. Никакие «страшилки» друзей не сломают ту связь, что живёт в их паре. Он сделал глубокий вдох и прикрыл глаза:
— Сюрприз-сюрприз… Хорошо, что я вернулся, да, котёнок?
— Конечно, – засмеялась она. – А насчёт «сюрприза» – не волнуйся, всё ещё впереди!
Они рассмеялись, и в этот момент Антон понял, что ночная тревога рассеялась как дурной сон, а у порога дома всегда лучше быть честным друг с другом, чем кормить себя дикими подозрениями.