Полдевятого я вышла из офиса последней. Сил уже не было слушать по сто сороковому кругу обсуждения произошедшего. Кто-то тихо костерил шефа, кто-то высказывался и в адрес Эда. Я в обсуждении не участвовала. Сидела с каменным лицом. Еще чего не хватало, буду я тут дела своего мужчины обсуждать!
И эти тоже хороши, кто на Эда наезжал. Крысы! Как сами получали в кабинете главного, так первые потом орали, что в такой обстановке работать невозможно. А как досталось директору по маркетингу, и он уволился, так сразу всё забыли. Надо, оказывается, уметь идти на компромисс. А не пороть горячку. Думать о коллективе, в первую очередь. Как мы теперь будем работать без директора по маркетингу? У шефа своего любимого спросите!
Во мне кипело негодование, но я молчала и старалась не показывать вида. Мне нужно было дождаться Эда, как договаривались.
Наконец, телефон пискнул сообщением. Эд приехал, ждет меня в переулке за офисным зданием. Я спешно собралась и выскочила. К счастью , никого, кроме охраны, больше в офисе нет.
Я запрыгнула в машину и поцеловала Эда:
-ну что?
Эд улыбался и , казалось, был всем доволен. Будто и не было этого скандала в кабинете генерального с утра.
-да все в порядке! Закончилась, наконец, эта история. Клянусь, если бы не ты, давным давно бы уже отсюда свалил. Только чтобы рожу эту мухоморью не видеть.
У меня отлегло от сердца. А Эд продолжал:
-был в нашем новом офисе. Там все готово. И почти рядом с домом. Завтра уже работаю там.
-А я? - я нервничала. Мне-то что теперь делать?
-Поработай пару дней, как обычно. Потом возьмешь больничный. Я так и собирался сделать, да не успел, - он рассмеялся - но все решилось само собой. Тем лучше. А после больничного напишешь заявление. И все, новая работа, уже в нашем агентстве. Не переживай, все так, как и должно быть.
Мы доехали, наконец, до дома, и меня окончательно отпустило.
Как мы и договаривались, я отработала до четверга, но в офисе находиться было невыносимо. Без Эда за стенкой все было не так. Хоть и вроде как обычно: работа, перекуры, кофеек и бесконечные планерки у шефа. Смотреть на него было противно. Физически не выносила я этого хмыря! Но я себя успокаивала: осталось потерпеть совсем чуть-чуть. И я тоже свалю, наконец, отсюда.
В четверг, я позвонила и сообщила, что заболела. И вместе с Эдом отправилась в офис уже нашей компании. Мой первый рабочий день.
Две недели мы проработали в агентстве, я - на новой должности: руководитель креативного отдела. Пока неофициально, ведь я еще числилась на прошлой работе.
Да и «руководитель» это было, конечно, очень сильно сказано. Весь мой креативный отдел состоял всего из одного человека - меня. Но это было делом времени, пока я занималась поиском внештатных специалистов для работы с нашим клиентом: дизайнеры, копирайтеры, специалисты по созданию сайтов.
Работа кипела, а я периодически вспоминала, что у меня нет никакого опыта и мне всего 19. Синдром самозванца периодически накрывал с головой. Я пока еще студентка, в рекламе проработала всего полгода, и понятия не имела, как действовать правильно. Я очень нервничала. Эд успокаивал меня, помогал, подсказывал, и вообще, всячески поддерживал. Меня вроде отпускало.
Но пришло время закрывать больничный и возвращаться, писать заявление. Как это все пройдет? Понятия не имею.
Я появилась в офисе как обычно, отнесла в бухгалтерию больничный и сообщила, что увольняюсь.
-чего это? - удивилась наша бухгалтер.
-Нашла работу ближе к дому - отрапортовала я, и уселась писать.
Шефа на работе не было, нужно было дождаться его подписи и решения, а пока я слонялась без дела, прощалась с девочками, и рассказывала, куда и почему я ухожу. Врать было не очень приятно, конечно, но я и не врала - говорила, как есть, ну почти. Что иду работать рекламное агентство, куда позвали знакомые. И к дому теперь поближе, ехать не далеко.
В конце концов, все потеряли интерес к новости. Явился генеральный, ему отдали на подпись мое заявление. Я сидела одна в курилке и ждала вызова на ковер. Так не хотелось всех этих церемоний, но у нашего главного были свои традиции. Еще было любопытно, заставят ли меня отрабатывать положенные две недели. Или отпустят так, как Эда, без отработки?
Дверь курилки открылась, появилась менеджер Алина. Мы не были с ней особенно близки, не то, чтобы дружили, но всегда приятно общались.
-Ты чего сидишь тут одна? - спросила Алина.
-Приглашения жду, - кивнула я головой в сторону коридора - Написала заявление на увольнение, вот интересно, подпишет или как?
-Все-таки уходишь? - девушка внимательно на меня посмотрела.
Я удивилась:
-ну да, нашла работу ближе к дому…
-Да, конечно, рассказывай! - рассмеялась коллега - за Эдиком следом идешь. Я все гадала, уволишься ты после него или нет?
-В смысле? - я растерялась. Обсуждать уход Эда я не планировала. И никак не была готова, что мой уход свяжут с ним.
-Маш, да я давно уже поняла, что вы встречаетесь!
-Чегоооо? - вот это поворот! Подвела что ли конспирация? Где мы прокололись-то?
Алинка рассмеялась:
-ну он ТАК на тебя смотрит, слепой бы заметил. Да и ты на него тоже. Когда мухомор на него вопил, ты вся бледная сидела, я же видела. И когда он курил тут потом. Да я и раньше догадалась.
-Вот блин! - ну как я могла знать, что это так заметно? - кто-то еще знает?
-Не знаю, я ни с кем не обсуждала. Я не сплетница - Алина снова улыбалась - блин, это так мило! Вы такие классные оба. Знаешь, он правда, хороший мужик. Порядочный, скромный, воспитанный, не то, что некоторые тут… Я же два года с ним проработала, знаю. Рада за вас, если честно. Пусть у вас все сложится.
Я выдохнула. Алинка действительно не трепло, никогда от нее не слышала никаких сплетен. И вроде правда по-доброму за меня рада. Правду говорят, что шила в мешке не утаишь. Вот и мы с Эдм провалили все конспирацию.
В дверях появилась светленькая голова секретаря Кати:
-Маш, иди, там этот вызывает…
Я вздохнула. Ну, с Богом!
-давай, удачи тебе! - сказала мне вслед Алинка - во всех смыслах!
Я улыбнулась и пошла в кабинет главного. С таким напутствием теперь точно не пропаду!