Когда я решила отдать свою дочь в обычный детский сад... я не очень-то и хотела туда её отдавать.. Но для меня это был единственный выход. Я мечтала о том дне, когда смогу вернуться к работе, ведь три года декрета — это долгий путь. Однако судьба распорядилась так, что именно этот шаг стал началом моего пути к пониманию того, как сложно бывает найти место для ребенка с особенностями развития в системе дошкольного образования.
Для тех, кто впервые случайно попал на канал. Я - мама дочери с аутизмом, которой 17,5 лет. Здесь не история успеха. Нет инструкций как вылечить или руководств как заниматься. Просто пишу о наших буднях, мои наблюдения и рассуждения, а также отвечаю на ваши вопросы.
Первые попытки: адаптация в обычном саду
Моя дочь не имела официального диагноза аутизм, но её поведение уже тогда не вызывало радости. В четыре года ей наконец-то дали путевку в сад. Я надеялась, что она привыкнет, найдет общий язык с воспитателями и другими детьми, научится чему-то новому. Ведь разве не в этом заключается цель детского сада?
Первый день начался с хаоса. Дочь плакала, пыталась выйти из группы, потому что испугалась закрытой двери. На третий день она уже бегала по этажам, а на прогулке пыталась убежать за пределы территории. Через неделю произошел инцидент: она напала на своего брата прямо в группе. Меня вызвали и попросили забрать ребёнка. Это был провал.
Я пыталась внедрить аутичного, неговорящего, орущего ребенка в группу из 28 детей. Конечно, это было ошибкой. Заведующая сада пыталась давить на меня, намекая, что я "подмазала" врачей, чтобы получить карту для сада. Но дело было не в этом. Просто я хотела, чтобы моя дочь получила шанс. А в обычном саду этого шанса не было.
Коррекционный сад: новая надежда
После неудачи в обычном саду я решила попробовать коррекционный. Казалось бы, здесь всё должно быть проще: меньше детей, больше внимания, специалисты, готовые работать с особыми детьми. Но и тут начались сложности. Попасть в коррекционный сад оказалось непросто — комиссии уже прошли, и пришлось ждать. Когда мне наконец разрешили водить дочь на несколько часов в день, я была полна надежд.
Первые дни в коррекционном саду показались мне обнадёживающими. Там было всего шесть детей вместо десяти по списку. Воспитатели были доброжелательны, а дочь, хоть и не сразу, но начала играть с игрушками. Дефектолог отметила, что у неё есть ролевая игра, что уже само по себе было достижением. На прогулке она держалась особняком, но не кричала и не пыталась убежать. Это был прогресс.
Однако вскоре я поняла, что коррекционный сад — это не панацея. Там тоже были дети с серьёзными проблемами: один мальчик с атипичным аутизмом, который не говорил; другой постоянно нападал на других детей; девочка с необычными движениями. Да, там работали профессионалы, но система всё равно была перегружена. И снова возник вопрос: куда дальше?
Почему нас должны терпеть?
Под статьями о моём опыте часто появляются комментарии: "Почему вашего ребёнка должны терпеть другие?" или "Зачем вашему аутисту место в коррекционном саду, если он мешает другим?" Эти вопросы задевают, но они важны. Они заставляют задуматься о том, как мы строим наше общество.
Да, мой ребенок нестандартный. Да, он требует больше внимания и ресурсов. Но разве это значит, что он не имеет права на образование и социализацию? Я не собиралась настаивать на том, чтобы дочь оставалась в обычном саду, если это мешало другим детям. Я забрала её через две недели, потому что понимала: это не её место. Но почему люди считают, что даже в коррекционном саду нашим детям не место? Разве не для этого созданы такие учреждения?
Я хочу подчеркнуть: я не считаю себя идеальной матерью, которая всегда знает, как поступить. Я совершала ошибки, но всегда действовала из лучших побуждений. Я не хотела, чтобы мой сын пострадал из-за своей сестры, и сделала всё, чтобы этого избежать. И знаете что? Никто в саду не пострадал. Отношение к моим детям осталось доброжелательным, а воспитатели даже проявили сочувствие.
Чего мы ждём от системы?
Проблема не в том, что родители аутичных детей хотят слишком многого. Проблема в самой системе, которая не готова принимать таких детей. Мы живём в обществе, где каждый ребёнок имеет право на образование, медицину и развитие. Но почему-то, когда дело касается детей с особенностями, это право начинает вызывать споры.
Я не призываю всех мириться с тем, что их дети будут находиться рядом с аутичными детьми. Я просто хочу, чтобы мы все понимали: каждый ребёнок заслуживает шанса. Если система не справляется, нужно менять её, а не исключать тех, кто в ней нуждается. Мы, родители, не виноваты в том, что система несовершенна. Но мы можем бороться за то, чтобы она стала лучше.
Заключение
Сейчас дочери 17 лет, и те события остались в прошлом. Но я до сих пор помню, как трудно было бороться за место для дочери в системе образования. Я не жалею о своих попытках, потому что они научили меня многому.
Если вы читаете эту историю и думаете: "А почему её дочь должны терпеть?", задайте себе другой вопрос: "А почему бы и нет?" Возможно, ответ на него изменит ваш взгляд на вещи.
