Пятеро подсудимых, обвиняемых в убийстве, покушении и вымогательстве, уже в ближайший месяц могут услышать вердикт присяжных — в деле «последних из Борисково» завершились прения сторон.
Суд над так называемой «бригадой Джамая», образовавшейся в 90-х после раскола одной из известнейших казанских группировок «Борисково», выходит на финишную прямую: прокуратура, пятеро обвиняемых и их адвокаты представили присяжным свою версию преступлений 30-летней давности.
Ожидается, что уже на следующей неделе подсудимые выступят с последним словом, после чего коллегия присяжных удалится в совещательную комнату для вынесения решения. Каждому из обвиняемых грозит до 15—20 лет лишения свободы, никто из них вину не признал.
1993 — 2015
Удивительно, но дело «бригады Джамая» рассматривается без самого Джамая, в миру известного как Равиль Гатиятуллин. В 2020 году году борисковский авторитет скончался от коронавируса в возрасте 60 лет, из-за чего уголовное преследование мужчины силовики прекратили.
Впрочем на скамье подсудимых оказался его племянник — Марат Гатиятуллин по прозвищу Маркел. Следствие и прокуратура полагают, что он, равно как и другие подсудимые, исполнял преступные «поручения» Джамая. И полный букет этих поручений гособвинитель Радиф Файзрахманов перечислил в своей речи перед присяжными.
Первым эпизодом дела является покушение на участника ОПГ «бригада Мансура» Рустема Хайруллина от 9 мая 1993 года. По версии следствия, у потерпевшего возник конфликт с «джамаевским» Айратом Ахмадиевым по прозвищу Ахмадей из-за того, что он оскорбил тещу Хайруллина, продавщицу магазина «Стекляшка».
— В этой связи Хайруллин решил наказать Ахмадиева Айрата и вместе с Гибадуллиным Рафаэлем поехал его искать по поселку Борисково. Нашли его в районе так называемой «поляны». Совместно с Ахмадиевым Айратом были еще Гатиятуллин Марат (Маркел), Фадеев Виталий (Фадей) и другие участники. Хайруллин, увидев Ахмадиева Айрата, отозвал его в сторону, объяснил причину его претензий и кулаком руки ударил ему в лицо, — говорил в прениях гособвинитель.
Именно эти события, как выяснило следствие, и стали причиной вооруженного нападения «джамаевских» на Хайруллина. Как следует из показаний ныне умершего Ахмадиева, подсудимые не смогли сразу ответить обидчикам, поскольку друг Хайруллина направил в их сторону пистолет — и именно при таких обстоятельствах Хайруллин и нанес Ахмадею удар. Защита, впрочем, к словам свидетеля относится критически.
Затем, как считает прокуратура, «джамаевские» поехали домой к лидеру бригады Равилю Гатиятуллину — тот заявил, что терпеть ситуацию нельзя и Хайруллина необходимо «замочить». Он же раздал членам группировки оружие: три автомата Калашникова и не менее четырех пистолетов — и мужчины поехали к дому потерпевшего.
Итог этого «визита»: огнестрельное ранение Хайруллина в бедро. Выжить ему удалось лишь благодаря своевременной помощи очевидцев.
Вторым эпизодом уголовного дела является убийство члена ОПГ «Борисково» Дамира Сунгатуллина по прозвищу Сундук. Следствие установило, что подсудимые Андрей Нейдеров, Марат Гатиятуллин, Олег Веселов, а также Александр Куликов расстреляли Сунгатуллина на швейной фабрике «Девон» 22 апреля 2001 года. Обвиняемые исполняли приказ Джамая — тот, как считают силовики, устраняя Сундука, стремился сохранить власть в группировке, поскольку убитый высказывал намерение «избавиться от старых лидеров».
Как следует из ряда свидетельских показаний, Сунгатуллина на своем авто забрал Куликов — отвез в кафе «Сокол», где напоил жертву до беспамятства, а после повез на швейную фабрику. По пути в авто к Куликову сел Нейдеров, а остальные подсудимые добрались до места преступления своим ходом, считает следствие.
Там в доме охранника каждый из присутствующих сделал не менее одного выстрела — стреляли из подаренных Джамаем пистолетов, причем как в голову, так и в тело. Труп закопали на территории фабрики.
Третий эпизод оказался связан с вымогательством права собственности на кафе «Сокол» — того самого, где Куликов, по версии следствия, и напоил Сунгатуллина. Все случилось в сентябре 2015 года, когда Джамай поручил пятому подсудимому Ринату Хабибуллину (Ринтону) «разобраться» с хозяйкой заведения — некой Непожнюк.
От женщины требовалось фактически передать кафе в руки Ринтона — и она это сделала, заверив у нотариуса на имя Хабибуллина генеральную доверенность по управлению кафе. Отметим также, что этот эпизод вменяется еще и Нейдерову — тот вместе с Ринтоном пришел в кафе, угрожая потерпевшей, что следует из ее показаний.
— Эпизод покушения на Хайруллина вменяется Марату Гатиятуллину, Андрею Нейдерову и Виталию Фадееву.
— Эпизод убийства Сунгатуллина вменяется Олегу Веселову, Марату Гатиятуллину и Андрею Нейдерову.
— Эпизод вымогательства кафе «Сокол» вменяется Ринату Хабибуллину и Олегу Веселову.
Прокурор против защитников
Прежде чем напомнить присяжным фабулу обвинения, прокурор Радиф Файзрахманов заявил, что в совещательной комнате коллегия должна будет разрешить три вопроса: имели ли место деяния, о которых шла речь в судебном заседании? Совершили ли их подсудимые? И виновны ли они в этом?
— Кроме решения вопроса о виновности подсудимых, вам предстоит ответить на вопрос, заслуживают ли они снисхождения. Я не хочу призывать вас отнестись снисходительно к подсудимым или решением о снисхождении их обделить. В этом вопросе призываю вас опираться лишь на свой трезвый ум и твердость характера, — сказал гособвинитель.
В числе доказательств по покушению на Хайруллина прокурор отметил показания самого потерпевшего, его тещи, а также «джамаевского» Ахмадиева. Эти и другие свидетельские показания подтверждают версию случившегося о том, что «расстрелять» Хайруллина подсудимые приехали на машине Сунгатуллина.
Также гособвинитель сослался на заключение судебно-баллистической экспертизы, в которой говорится, что изъятые с места преступления гильзы выпущены из АК-74.
Как раз к этой экспертизе и обратилась сторона защиты: если стреляли из автоматов и пистолетов, то почему на месте преступления изъяты лишь несколько автоматных гильз?
Адвокат Гатиятуллина Эльвира Гамирова также подвергла критике и свидетельские показания, использованные прокурором в качестве доказательств. Так, например, она обратилась к показаниям потерпевшего, которые тот давал сразу после стрельбы — стрелков Хайруллин не видел, как не видел и машин, на которых, по версии обвинения, и приехали к дому потерпевшего «джамаевские».
Главным доказательством защиты по этому эпизоду стали свидетельские показания соседа Хайруллина по фамилии Леонтьев. В день покушения он слышал несколько хлопков, но никаких машин у дома жертвы не видел.
Еще одна соседка Хайруллина увидела стрелка в окно — это был высокий мужчина с черными волосами. Никого из подсудимых она не опознала.
— Никакая организованная группа никогда никем не создавалась, оружия у меня никогда не было. И тем более мне никем не передавалось. А что касается ранения, полученного Хайруллиным, то единственным человеком, у которого был повод для причинения вреда Хайруллину — это был свидетель Ахмадиев. У которого единственного был конфликт с Хайруллиным и которого лишь одного видели 9 мая 1993 года у дома Хайруллина, где он ругался с последним, — завил в прениях подсудимый Нейдеров.
При этом он также высказался и про свидетелей, чьи показания гособвинитель использует в качестве доказательств по делу: «Все обвинения строятся на показаниях трех свидетелей — это Непожнюк Светлана Закиевна, Новоселов Сергей Юрьевич и Ахмадиев Айрат Альбертович. Если мы обратимся к их личностям, то мы увидим, что двое из них состоят на учете у нарколога-психиатра, а Светлана Закиевна Непожнюк тоже имеет заболевания».
Что же касается эпизода эпизода убийства Сунгатуллина, то «козырем в рукаве» прокуратуры оказалась аудиозапись разговора между Нейдеровым и Новоселовым. Со слов Новоселова, записать разговор с подсудимым его попросил лично Джамай, чтобы узнать все подробности убийства Сунгатуллина.
— Если прослушать аудиозапись, я указываю, что не надо было этого делать. Говоря это, я имею в виду, что не надо было делать именно Куликову Саше. Когда я пришел на место, Сунгатуллин уже был мертв. Да, я помог Куликову скрыть следы, но это все, что я сделал, — сказал со скамьи подсудимых Нейдеров.
Последним из подсудимых высказался Ринат Хабибуллин. Он заявил, что никакого мотива в вымогательстве у него не было, поскольку его супруга и без того была директором «Сокола», в то время как Непожнюк являлась руководителем юрлица, но не заведения.
В «Соколе» Хабибуллин работал с 1994 года, в то время как Непожнюк появилась в организации лишь в 1998 году. Поэтому версия следствия о том, что подсудимого в заведение «привели бандиты», мягко говоря, не клеится, считает защита.
Автор материала: Андрей Мартыгин