Нарисуй иллюстрацию к рецензии
Прочитав негативные отзывы на «Анору», фильм, удостоенный пяти «Оскаров», я искренне недоумеваю: откуда столько критики? Лично я в полном восторге от картины, и она безоговорочно входит в пятёрку моих любимых фильмов. Странно, что Антон Долин увидел в ней манифест в защиту секс-работников — я этого не заметил, хотя Майки Мэдисон в своей оскаровской речи действительно акцентировала внимание на этой теме. Но для меня «Анора» — нечто совсем иное.
Этот фильм поразил меня разрушением стереотипов. Я могу вспомнить лишь две картины, где отношение к персонажам так радикально меняется по ходу повествования: «Догвилль» Ларса фон Триера и турецкий сериал «Чёрная любовь» (Kara Sevda). Если кто-то сейчас скривится: «Фу, турецкий сериал!», не спешите с выводами. В 2017 году «Чёрная любовь» получила престижную премию «Эмми» как лучшая теленовелла года в жанре мелодрамы, обойдя конкурентов на 45-й церемонии. Это не просто мыльная опера: в сериале типичные для турецких драм персонажи — добрая мать, хранительница традиций, непутёвый брат, расчётливая дочь — переворачиваются с ног на голову. Мать становится предателем, брат — убийцей, а дочь — единственным искренне любящим человеком. Зрительские ожидания рушатся.
В «Аноре» Шон Бейкер делает нечто похожее, но на другом уровне: он развенчивает стереотипы о социальных ролях. Типичный «армянский бандит» оказывается рохлей, «золотой русский мальчик» — подлецом, а «глупая секс-работница» — глубоким и человечным персонажем. С первых минут фильма становится ясно, что за основу сценария взята «Красотка» с Ричардом Гиром и Джулией Робертс. Но если там была сказка, то здесь — суровая правда.
Помню старую шутку из КВН, когда он ещё был нормальным. На вопрос «Что случилось, когда дровосеки вспороли брюхо волку?» команда ответила: «Вывалились желудок, почки, селезёнка, кишки всякие — вот вам правда, дети». Бейкер делает то же самое: он вскрывает иллюзии «Красотки» и показывает, что счастливых сказок о Золушке не бывает. «Анора» — это анти-«Красотка», честная и безжалостная.
Русские персонажи в фильме — не отсылка к какой-то уникальной «русской культуре». Скорее всего, Бейкер пригласил русских актёров ради Юры Борисова, чья роль стала настоящим открытием. И это второй подвиг режиссёра: он сумел органично вписать Борисова, с его русской актёрской школой, в американский фильм, снятый по голливудским канонам. Казалось бы, это невозможно, но Бейкеру удалось.
Юра Борисов сыграл Дьявола.
Его персонаж, Игорь, не даёт однозначной оценки: хороший он или плохой? В начале фильма армянский мафиози говорит ему: «Ты мне ещё нужен». И если внимательно следить за главной героиней, Анорой, становится ясно, что её психологическое состояние меняется именно под воздействием Игоря. Он организует развод, демонстрируя на первый взгляд человеческое отношение к ней, но искреннее ли оно? Бейкер оставляет вопрос открытым.
Я склоняюсь к тому, что это ложь. Все эти фразочки, показная забота, тонкая работа «решалы» по аннулированию брака — всё это часть плана. Игорь нужен, чтобы решить проблему. Если прямое давление русской матери вызывает у Аноры лишь агрессию, то слова вроде «Не надо тебе было с этой семьёй связываться» обезоруживают её. В финале она даже плачет — настолько сильно её ломает эта манипуляция.
Здесь раскрывается второй слой фильма. Игорь замечает в Аноре человеческое начало — то, что мы видим в сцене, где две секс-работницы показывают друг другу татуировки. Одна выбирает знак доллара как символ продажности, а Анора — нет. Именно эту слабость, эту человечность Игорь использует, чтобы добиться своего: сохранить деньги русского олигарха и получить гонорар. Как у Булгакова, цитирующего Гёте: «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Игорь — Дьявол, и этим всё сказано.
«Оскар» за лучший монтаж абсолютно заслужен: фильм держит ритм и напряжение. За режиссуру — спорно, ходы местами банальны, хотя идея с разоблачением стереотипов свежа. Диалоги на американо-английском — сильная находка, а сценарий, переворачивающий «Красотку», действительно достоин награды.