Глава 6
Воскресенье закончилось безрезультатно. Катя позвонила в отделение и выяснила, что, как и ожидалось, поиски Юли результата не дали. Собранные в квартире образцы Соломиной сравнивать пока было не с чем. Пашка повозился с замком, и дверь вновь оказалась закрытой… но по домам сыщики поехали не сразу. Сначала они заехали в лабораторию, и Катя оставила там то, что удалось насобирать… а потом… Втроем, как в старые добрые времена, они завалились в кафе.
Друзья долго сидели, разговаривая и попивая кофе. О преступлениях, версиях и обо всём, что хоть как-то было связано с детективными расследованиями, они старались в этот вечер не говорить. Но даже несмотря на то, что о работе, казалось бы, все забыли, разъехались по домам молодые люди не в самом хорошем настроении.
Утром в понедельник, несмотря на то что у нее был выходной, Соломина поехала в отдел уговаривать начальство возбудить уголовное дело по факту исчезновения не только Юли Бовиной, но и ее брата Юрия. Факты, подтверждающие исчезновение брата пропавшей девочки, у Кати были, и она надеялась уговорить начальство на начало официального расследования. Ей нужны были официальные полномочия, чтобы взять образцы ДНК семей Бовиных и Хабалашвили.
Андрей всю первую половину дня провел как на иголках. Машина правоохранительных органов при отсутствии реальных трупов была тяжела на подъем и работала со скрипом. Никто не хотел брать на себя ответственность и заниматься делом, которое не сулило быстрого, предсказуемого результата и неизвестно еще чем могло закончиться.
Только в половине второго Катя наконец позвонила детективу.
- Андрюша, я сделал всё, что смогла, - сказала в трубку Соломинка. – Дело пока не возбудят, но доследственную проверку назначили, правда, поручили ее всё тому же Найденову. Начальство считает, что раз это как-то связано с Хабалашвили, то пусть Филя этим и занимается.
- Ну, мне показалось, что он не такой уж и дурак, - Пузырев вспомнил, что следователь разговаривал с доктором вполне грамотно.
- Нет, дураком его нельзя назвать, - согласилась Катя, - но он не будет спешить и будет действовать так, чтобы висяка не получилось. Ему нужно раскрытие, а для этого он может пойти совсем не в ту сторону, так как доктора поймать будет очень сложно.
- Но ты хотя бы сможешь взять образцы материалов для сравнения, - Андрей нашел один положительный момент в этой истории.
- Пока только у Бовиных, - вздохнула Катя, - к доктору меня не пускают, так как на это нет веских оснований. Если Филя найдет четкую связь между доктором и семьей пропавших ребят, тогда, может быть, меня к Хабалашвили пустят. Пока же я сегодня вечером жду у себя родителей пропавших детей, так что какие-либо предварительные результаты будут у меня только завтра.
- Поиски Юли продолжаются?
- Да, ребята ищут, но, сам понимаешь…
- Я думаю, они ничего не найдут, - вздохнул Пузырев. – Хабалашвили предвидел, что Юлю будут искать, я уверен, он сделал всё грамотно. Он очень хладнокровный убийца, и он очень опасен. Мне кажется, крыша у него слегка поехала на почве любви и ревности, и неизвестно, в какую сторону заведет его воспаленный мозг.
- Будем надеяться, что он больше не натворит глупостей.
- Я опасаюсь за жизнь Ольги. Он ее, конечно, любит. То, что она до сих пор жива, говорит о том, что пока он не дошел до черты. Но он понимает, что петля вокруг него будет сжиматься. Как бы он не слетел с катушек.
- Надеюсь, до этого не дойдет, - вздохнула Катя.
После разговора с Соломиной, Андрей долго, около часа, сидел в кресле в своем кабинете, положив ноги в грязных ботинках на край стола. Он не хотел ждать до утра, он и так понимал, кому принадлежат следы, собранные Катей в раскуроченной квартире. Но он и не знал, что еще можно сделать. Вроде бы всё было понятно, но ясность была только в голове, умозаключения к делу не пришьешь, нужны были ясные и понятные улики, а их-то как раз и не было.
Бывают ли идеальные преступления? Пузырев в это не верил. Бывает, что совершение преступления сложно доказать, и множество преступлений в мире остается не раскрыто, но Андрей считал, что всё это происходит из-за того, что кто-то где-то недоглядел, что-то было упущено. Ну и еще очень часто в таких делах многое решает психологический фактор. Преступник, совершивший почти идеальное преступление, обычно всё досконально продумывает заранее, а потом ложится на дно.
В этом конкретном случае, за исключением хладнокровного убийства любовника жены, Хабалашвили дальше действовал спонтанно. Алену он столкнул с горы, скорее всего, не рассчитывая, что она погибнет, Юлю ему пришлось устранять срочно после того, как она попалась на глаза сыщика. Доктор контролировал не всё, и главной проблемой для него сейчас была его собственная голова. Преступник боялся, что на него выйдут, и он вполне мог сделать неосторожный шаг. Именно на это Андрей больше всего надеялся. И еще он очень надеялся, что на Ольге безумство доктора не скажется.
После окончания рабочего дня, Пузырев еще пару часиков посидел в кафе, размышляя о том, что же еще можно предпринять. Ничего не придумав, сыщик отправился домой.
На часах было десять часов десять минут, когда на ватсап пришло сообщение, прочитав которое Пузырев аж подпрыгнул. Всего несколько строк, но пришли они с отключенного телефона Юры Бовина.
«Я знаю, что Вы меня ищете. Я не могу пока никому показываться, я боюсь за свою жизнь и за жизнь женщины, которую люблю. Приходите сегодня в 23-00 в квартиру, в которой Вы были вчера. Я буду Вас ждать и расскажу всё, что знаю. Полиции не говорите ни слова, я им не доверяю, доктор может их купить. Приходите один, иначе разговор не состоится. Юра.»
Аж целых пятнадцать минут Андрей сидел, размышляя над тем, как поступить. Вариантов было много, но он откидывал их один за другим. Остался один, более-менее приемлемый.
Еще немного подумав, Пузырев отправил сообщение своему другу Лаптеву. Получив в ответ краткое «Окей», Андрей вышел из офиса и сел в машину.
Весна начинала вступать в свои права, на улице был плюс, снег начал таять, грязь и лужи были не только под колесами автомобилей, но и на тротуаре.
До назначенного времени было еще пятнадцать минут, когда детектив подъехал к старому пятиэтажному дому. Припарковавшись во дворе соседнего дома, чтобы его машину было не очень заметно, выходить Андрей не спешил. Он опять задумался, правильно ли поступает. Но снова всё взвесив, сыщик решил, что другого варианта у него нет.
Выйдя из машины, он не спеша дошел до подъезда. В окнах знакомой квартиры на пятом этаже света не было. Если Пузырева там кто-то ждал, показывать это человек, приславший сообщение, не хотел.
Андрей остановился у двери подъезда. Ключа от домофона у него не было, звонить в квартиру девятнадцать он не собирался. Детектив просто ждал, он никуда не спешил.
Было уже три минуты двенадцатого, когда дверь открылась, и вчерашний парень с собакой вышел из подъезда. Подумав о том, что никогда в жизни он не заведет собаку, чтобы не приходилось в любую, даже в самую противную погоду выходить из дома, Андрей вошел в дом.
Не спеша поднявшись на верхний этаж, детектив остановился около нужной двери и прислушался. Было тихо, никаких звуков из квартиры не доносилось. Звонить Пузырев не стал, а просто повернул ручку. Как сыщик и ожидал, на замок дверь не была закрыта и легко распахнулась от легкого толчка. Андрей сделал два шага в темный коридор и протянул руку к выключателю.
Легкое шуршание сбоку в темноте, и острая игла воткнулась в предплечье. Голова закружилась, в глазах померкло, и частный детектив Пузырев мягко осел на пол.
В начало цикла "Пузырь, Соломинка и Лапоть"