Так мне, во всяком случае, казалось.
Потому что Стас бросил меня в самом конце октября. Мы были вместе едва ли четыре недели.
Я очень плохо помню подробности. Все прошло словно в тумане. В тумане моих слёз.
Я ненавидела себя и ругала на чем свет стоит. Ведь в том, что мы расстались, была виновата только я.
Банальная ссора, брошенное слово невзначай. И всё… и всё? Что, правда? Это я всё разрушила?
Через неделю, или около того, когда ко мне вернулась способность соображать, я подумала, что что-то тут не то.
Я не изменила ему. Не оскорбила его лично, его семью или его честь. Нет, я всего лишь попросила его приехать погулять со мной после работы полчаса, потому что у меня был трудный день, и я безумно соскучилась. Он не смог, устал на работе. Я настаивала. Он начал раздражаться.
И тогда я сказала ту роковую фразу, разрушившую мою жизнь. Я запомнила её навсегда. Дословно она звучала так: «может иногда стоит подумать о ком-то другом?»
Он даже не дал мне объясниться. Сказал, что никто не имеет права называть его эгоистом. Поэтому нам лучше расстаться. Все. Конец.
Самый счастливый мой роман оказался самым краткосрочным.
Я просыпалась и засыпала в слезах. Плакала дома, в метро и на работе. Плакала, сама не замечая слёз
Через несколько дней слезы кончились, осталась только огромная чёрная дыра в груди. Дыра с обожженными краями.
Так, в 19, я узнала, что «разбитое сердце» это никакая не метафора. А совершенно реальное ощущение.
Когда из состояния абсолютного счастья тебя резко швыряют на твёрдый бетон реальности, это больно. Чтобы справиться с этим, нужна недюжинная сила.
Я оказалась весьма сильной и живучей. И справилась. Разве что дыра в груди, кое-как зарубцевавшись грубым шрамом, навсегда изуродовала мою душу. И никогда уже ей не стать такой, как прежде. Никогда.
На самом деле я где-то даже благодарна Стасу. За урок, который он мне преподал, сам того не желая. После этой истории я многое поняла про себя. Например, что ни одному мужику и никакому расставанию меня не сломить. Столько во мне, оказывается, силы.
Жизнь продолжается. Даже с дырой в груди. Её не видно посторонним.
У меня есть я, и мы справимся.
Эта осень стала самой трудной за все мои 19. Я работала, училась, улыбалась, болтала с коллегами в курилке, а внутри была зияющая бездна.
Когда уже не больно, но ещё никак.
Я старалась с головой уйти в работу (благо ее всегда было в избытке) засиживалась в офисе допоздна. Иногда, оставаясь в кабинете одна, я давала волю слезам, которые сами, откуда ни возьмись, рвались наружу.
Дома плакать не было никаких сил. Родители не понимали, чего это я так страдаю по парню, с которым едва была знакома. Бессмысленно было объяснять, что плачу я не по нему, а по себе.
Потому что я опять поверила в сказку. Прикоснулась к мечте. Увидела краешком глаза, как выглядит счастье. И даже недолго подержала в руках. А теперь у меня его вновь отобрали. В который уже раз за этот чертов нескончаемый год.
И как мне дальше жить эту жизнь? Когда раз за разом мое бедное сердце бьется в осколки. Смогу ли я еще когда-нибудь его собрать? Смогу ли хоть раз еще в жизни познать это счастье?
Олеся, которая нас познакомила, как могла, старалась меня поддержать. Получалось у нее, правда, так себе. Она была уверена, что мы ещё сойдемся, надо просто дать Стасу время. И он тоже страдает (хотелось бы знать, от чего?)
Подруга приводила в пример свои отношения с парнем, которые в моём понимании больше были похожи на дурдом с мордобоем, чем на любовь.
На моменте, где она рассказывала, как Стас ночью на такси возил к ней ее вусмерть пьяного парня мириться, я поняла, что просто не могу это слушать. И не желаю больше знать, как там живёт без меня Стас.
Как он страдая после расставания, таскается ночами решать чужие проблемы, пока я уговариваю себя не сдохнуть, мне тоже уже не интересно.
Я попрощалась и повесила трубку. С меня хватит этой истории.