Все части повести здесь
Ловушка для зайцев. Приключенческая повесть. Книга 2. Флажки для волков. Часть 29.
Внимательно смотрю на него. Да уж... А ведь он до сих пор продолжает думать, что я что-то знаю о Карине и ребенке, потому и закинул эту удочку насчет денег. Немудрено, что Карина не любила такого валенка. Возможно, считала просто другом. А вот он до сих пор помнит ее... На внешность, между прочим, довольно неказист, скорее всего, одногодок Карины или на год, на два старше нее. Невысокого роста, довольно плотный, я бы сказала, упитанный, с головой странной формы, словно бы сплющенной у висков и расширяющейся к щекам, с женской, мягкой линией подбородка. Глаза небольшие, с острым взглядом, губы тонковаты, капризно изогнутые. Очень гладко выбрит, что почему-то раздражает меня. Честно говоря, мужчины такого типажа нравятся немногим, меня, например, прельщают брутальные полубритые мачо. Но это я уже так, смехом. Дима тоже таким мачо не был, но нам было хорошо вместе.
– Так все-таки – тебе известна фамилия Маслов?
Он мнется некоторое время, отводит взгляд, и я делаю вывод, что он или слышал, или знал, что человек с такой фамилией был в жизни Карины.
– Ты ведь ни с кем не говорил о ней, правда? – спрашиваю я – все это время... И ты до сих пор одинок... Потому что прошло двадцать шесть лет, а ты по-прежнему не теряешь надежды найти ее, верно? Потому что любишь ее – разве не так?
Часть 29
– Где Карина и ребенок? – спрашивает он тихо, когда я начинаю движение к его машине.
– Откуда я могу это знать? – отвечаю ему вопросом на вопрос и тут же чувствую, как он не очень сильно тычет меня дулом в бок – фамилия Маслов говорит вам о чем-нибудь?
Он застывает, задумывается и теряет бдительность. Этих нескольких секунд мне вполне хватает для того, чтобы выбить пистолет из его руки. Быстро подхватываю его и теперь уже я становлюсь хозяином положения.
– Недолго музыка играла – усмехаюсь – в таких ситуациях ни в коем случае нельзя терять бдительность. А вот теперь давайте поговорим. В вашей машине – надеюсь, там никого нет?
– Да я бы ничего вам не сделал – убеждает он, а я думаю о том, что мужичок, в сущности, трусоват. Таким вообще нельзя доверять оружие – может выстрелить, если испугается чего-то. Потому действовать надо очень быстро.
– Так в машине есть еще кто-то? – тихо спрашиваю его и тыкаю его дулом также, как он меня несколько минут назад.
– Что я – дебил, брать с собой кого-то? – бубнит он, недовольный тем, как ловко я с ним расправилась – чего вы... Уберите...
– А что ты боишься-то? Когда на меня, на женщину, направлял – не боялся... Иди уже.
Мы садимся в его машину, я закрываю окно со своей стороны и говорю ему сделать то же самое, потом прошу включить кондиционер.
– Так с чего ты решил напасть на меня? Вроде бы я ничего плохого не сделала тебе.
– Я подумал... это странно... много лет никто не интересовался Кариной и ее ребенком. А тут ты. И я решил, что ты можешь знать, где она находится вместе с малышом.
– Логика исключительная! – удивляюсь я – ну, а зачем я тогда тебе писала-то бы и спрашивала, если знаю, где она находится?
– Ну... я подумал, что такое возможно... Что ты хочешь денег за то, чтобы рассказать, где она. В принципе, я готов был заплатить... Хоть я и не богат...
Внимательно смотрю на него. Да уж... А ведь он до сих пор продолжает думать, что я что-то знаю о Карине и ребенке, потому и закинул эту удочку насчет денег. Немудрено, что Карина не любила такого валенка. Возможно, считала просто другом. А вот он до сих пор помнит ее... На внешность, между прочим, довольно неказист, скорее всего, одногодок Карины или на год, на два старше нее. Невысокого роста, довольно плотный, я бы сказала, упитанный, с головой странной формы, словно бы сплющенной у висков и расширяющейся к щекам, с женской, мягкой линией подбородка. Глаза небольшие, с острым взглядом, губы тонковаты, капризно изогнутые. Очень гладко выбрит, что почему-то раздражает меня. Честно говоря, мужчины такого типажа нравятся немногим, меня, например, прельщают брутальные полубритые мачо. Но это я уже так, смехом. Дима тоже таким мачо не был, но нам было хорошо вместе.
– Так все-таки – тебе известна фамилия Маслов?
Он мнется некоторое время, отводит взгляд, и я делаю вывод, что он или слышал, или знал, что человек с такой фамилией был в жизни Карины.
– Ты ведь ни с кем не говорил о ней, правда? – спрашиваю я – все это время... И ты до сих пор одинок... Потому что прошло двадцать шесть лет, а ты по-прежнему не теряешь надежды найти ее, верно? Потому что любишь ее – разве не так?
Он внимательно смотрит на меня, а потом открывает свою папку, лежащую на коленях, и достает оттуда фото. Раньше делали такие – на фотопленку Кодак – а потом распечатывали в каких-нибудь там фотоцентрах. Подает фото мне – оно цветное, на нем изображена девушка с длинными, русыми волосами, немного вьющимися, пышной шапкой окутывающими ее прелестную головку. У девушки большие карие глаза с длинными ресницами, красивой формы брови, милые щечки с ямочками и очень пухлые, яркие, как цветок, губы, выделяющиеся на ее чуть смугловатом лице. Стройная фигура, подчеркнутая обтягивающей футболочкой, высокая грудь, длинные ноги, стройные бедра в мини-юбке... Да, вероятно, у такой было много поклонников.
– Красивая девушка – говорю я – она считала тебя другом?
– Да – вздыхает он – а я... до сих пор не могу забыть ее и ищу... Знаешь, мне кажется, она просто сбежала. Сбежала из-за одного человека и у нее были на то причины...
Я вдруг подумала о том, что Карина Зверева вполне может быть жива – Маслов мог уже тогда заплатить ей неплохую сумму денег за ребенка, она получила ее и, оставив его Даниле, просто сбежала и живет в свое удовольствие. А я уже напридумывала всякого.
– Артур, скажи пожалуйста, при каких обстоятельствах она пропала?
– Давай я лучше с самого начала о ней расскажу. Иначе у тебя будет неполная картина произошедшего в голове.
– Хорошо. И спасибо тебе, что все-таки решили пойти на адекватный диалог, без маханий оружием.
Я отдаю ему пистолет, а он усмехается:
– Да это обычная пугалка – ничего сверхъестественного... Мы с Кариной вместе учились в школе и жили в одном доме, в общем, были большими друзьями. Вернее, она считала меня просто другом, вернее, подружкой, а я... – он снова усмехается, только на этот раз как-то горько – я был влюблен в нее с первого класса. Она была самой красивой девочкой в классе, у меня сохранились все фото того времени, и я до сих пор люблю их пересматривать. С самого начала Карина обладала какой-то просто невероятной харизмой. Я серьезно тебе говорю – это было что-то... ведьмачье, словно она сразу привораживала к себе всех, кто находился в ее окружении. Ею были увлечены многие мальчишки, но она... ни с кем не встречалась, была немного гордячкой и всех потенциальных претендентов отталкивала. Ее мать работала главным бухгалтером в какой-то крупной на тот момент компании, а ведь это был конец девяностых – начало двухтысячных. А отец уже имел звание в милиции, на тот момент, и вроде, очень неплохую должность. Когда Каринка пошла учиться на офис-менеджера в колледж, то уговорила отца на лето пристроить ее куда-нибудь на работу. Очень ей хотелось иметь свои, пусть небольшие, но деньги. И отец пристроил ее, уж не знаю, какими правдами-неправдами, в архив управления, в котором работал. Там же, в этом же управлении, служил Данила Маслов, которому на тот момент было двадцать семь лет. Так Карина с ним и познакомилась... И сразу влюбилась в него...
– Она что-нибудь рассказывала о нем?
– Знаешь, я думаю, он привлек ее в первую очередь тем, что был... опасен. Она ведь была авантюристкой еще той.
– Опасен? Что ты имеешь в виду?
– Не знаю... Он был... брутален в первую очередь. Молоденьким девушкам нравятся такие. Знаешь, этакие мужики, а не зеленые юнцы, каковым тогда был я. Харизматичен, независим, опасен, и тем привлекателен...
У меня появляется большое желание сказать ему, что и спустя двадцать с лишним лет Данила Маслов остался именно таким... Потому и я когда-то попала в эти сети. Попала так, что очень долго не могла выбраться, и даже по сей день, несмотря на то, что прекрасно осознаю все его злодеяния, всю его... гнилую натуру, я, иногда закрыв глаза, вспоминаю его дыхание на своей щеке и шее – и прихожу в трепет. На эти воспоминания накладывается другое – его последний взгляд, затуманенный болью, его последние слова о том, что он... Впрочем, это неважно, пора забыть все это, но память нет-нет, да настойчиво подбрасывает мне эти картины.
– Эй, ты меня слушаешь? – спрашивает мой собеседник.
– Да, и очень внимательно. Скажи, а Карина знала, что Маслов был женат?
– Он сразу ей сказал, и это, наверное, ему в плюс. И поставил ее перед фактов – любит жену и никогда не уйдет от нее. Карина была согласна, на что угодно, и вскоре Маслов стал ее первым мужчиной.
– Как же они не попались на глаза ее отцу?
– Я не знаю. Они... очень тщательно прятались, и только я знал про их связь, потому что Карина доверяла мне, как самой лучшей своей подружке. А я втихаря страдал, видя, как она счастлива с ним. Но куда мне было тягаться с таким, как он... Она с ним на крыльях летала, и разговоры все были только о нем, а кроме того, ей льстила эта связь, ведь на нее обратил внимание мужчина, старше ее на девять лет.
– А что случилось потом? Что... предшествовало ее исчезновению?
– Как-то раз она обмолвилась, что Данила Маслов рассказал о том, что они с женой не могут зачать ребенка. Мол, проблемы скорее всего, у жены, у него проблем нет. Тогда Карина просто загорелась идеей забеременеть от него. Она была почему-то свято уверена, что он из-за этого сразу бросит жену, хотя я пытался ее убедить в обратном. Но она заявила, что Данила страстно мечтает о ребенке, а значит, выберет ту женщину, которая сделает ему такой бесценный подарок.
– И как он отреагировал, когда она сказала ему, что беременна?
– Сначала разозлился, даже сказал, чтобы она шла на аборт и давал деньги. Карина так переживала из-за этого, много плакала и нервничала, очень сильно расстроилась. Сказала родителям, но упорно не хотела признаваться им, кто отец, соврала, что какой-то заезжий. Ее отец, Анатолий Платонович, рвал и метал. Поругал дочь, но они с женой очень ее любили, а потому быстро смирились и пообещали поддержать ее. Карина же стала требовать от Маслова, чтобы он расстался с женой, угрожала ему, что все расскажет своему отцу. И тогда он отправил к ней своих людей...
– Они ее избили? – ахнула я.
– Нет, просто припугнули, но довольно сильно. Маслов запретил ей рассказывать кому бы то ни было, чей это ребенок, а также потребовал от нее не добиваться того, чтобы он бросил свою жену. Пообещал, что будет помогать ей финансово...
– Но... в тот период у них еще были отношения?
– После всей этой истории с угрозами – нет, Маслов быстро к ней охладел. Когда понял, что она намерена сохранить дитя, просто стал давать ей деньги и снял для нее квартиру. Но уже не оставался с ней ночевать и ничего между ними не было. Это бесило Карину, расстраивало ее, она все еще не теряла надежды на то, что Маслов бросит жену и женится на ней, но он дал ей понять, что никогда не продолжает отношения с теми, кто хоть когда-то ослушался его и пошел поперек его воли. А потом...
– Он стал требовать отдать ему ребенка?
– Да, она родила, и он стал требовать это, даже денег обещал ей. Карина уже не знала, как от него избавиться, уже не рада была тому, что когда-то вообще связалась с ним. Именно тогда я и предложил ей выйти за меня замуж – сказал, что буду любить ее и малыша, сразу усыновлю ребенка, сказал, что она ни в чем не будет нуждаться... Но она только посмеялась надо мной. Она постоянно плакала и страдала, у нее даже пропало молоко, Маслов преследовал ее... Я думаю, она именно от него сбежала – слишком уж он стал ее доставать. Она даже оставила съемную квартиру и переехала снова к родителям, вместе с ребенком.
– Почему она ничего не рассказала отцу? Он мог бы защитить ее...
– Ее отец... Был довольно строгим человеком, понимаешь... Если бы он узнал, что Маслов – отец ребенка Карины, он бы не пожалел его, а Карина все-таки любила этого подонка. Ну и потом – она свято верила в то, что Маслов не сможет причинить зло ни ей, ни младенцу.
– Скажи, Артур, а когда и при каких обстоятельствах она пропала?
– Это случилось... примерно через месяц-полтора после родов. Карина пошла с ребенком гулять... ну, это все так думали, что гулять. Дело в том, что в последующем не были обнаружены дома некоторые вещи Карины, косметика, ее золото, вещи ребенка, телефон и деньги. Телефон молчал, то есть был выключен. Тогда-то я и подумал, что Карина просто свалила, скрылась от Маслова, который настойчиво добивался того, чтобы она отказалась от сына. Еще я думал, что ее спрятал где-то отец, но он отрицал это и очень страдал от исчезновения дочери.
– Тогда ты стал инициировать процедуру поиска Карины?
– Да. Милиция мало что могла – они даже не смогли определить, когда и где именно исчезла Карина. Она всегда гуляла в парке с ребенком, но даже коляску обнаружить не удалось. А когда в милиции узнали, что пропали и ее вещи, и золото, и вещи младенца – они и вовсе усомнились в том, что ее похитили, и решили, что она просто сбежала из-под чрезмерной родительской опеки. Потом дело сошло на нет, только я собрал инициативную группу наших друзей, и мы искали Карину. Но все напрасно – нигде не было ни следа, словно она растворилась в воздухе вместе с младенцем. Я до сих пор жду ее и надеюсь, что она вернется...
Боюсь разочаровать его, потому что думаю, что Карины просто-напросто нет в живых.
– А ее родители?
– Отец через год после ее исчезновения умер – не выдержало сердце. А мать... у матери не все в порядке с головой, потому она периодически укладывается на обследование в клинику. Она замкнута, испугана, постоянно ждет дочь и иногда разговаривает с ней. Ни с кем не общается, вспоминает мужа, и иногда ей кажется, что он жив. В общем, несчастная женщина, потерявшая всю семью за короткий срок.
– Вы с ней общаетесь?
– Сейчас уже нет, в этом нету смысла.
Я молчу. Еще одна жертва Данилы Маслова. Хотя... почему же одна. Гошка, несмотря на то, что Маслов его любил, как сына – тоже жертва. Данила лишил его биологической матери, хотя нельзя не принять тот факт, что Ульяна была его матерью и довольно неплохой. Но все же... возможно, те преступления, что совершаются сейчас – это тоже следствие тех поступков Маслова?
Смотрю на мужчину, и мне становится жаль его... Из-за своей этой болезненной любви он не может быть счастливым сейчас.
– Знаешь, я пообещал себе, что обязательно найду Карину – живой или мертвой... Иначе не смогу спокойно жить...
Я тоже про себя даю это обещание. Все тайны должны быть открыты...
– Но хоть что-то за эти годы ты выяснил?
– Нет. Даже драгоценности, которые она взяла с собой – золотые часы, кольца, браслет, цепочку и кулон - нигде не всплыли. Я специально ходил по ломбардам, искал в интернете...
Пожимаю плечом:
– Такие вещи можно сбыть разными способами. Ты не можете отследить все.
– Да я понимаю. Печально еще то, что раньше сильно и камер-то нигде не было... Тем более, в парке этом.
– Артур, а ты лично встречался с Масловым?
– Да. Когда исчезла Карина, я пошел к нему на работу и спросил, где она. Мы поссорились, и он выставил меня вон, я стал кричать, что все расскажу отцу Карины, сказал, что все знаю про него и их связь. Вечером, когда я пошел прогуляться, меня избили его люди, очень сильно. И предупредили меня, что если я не буду сидеть тихо – у меня в карманах найдут наркотики или еще что-то придумают. Я решил, что буду действовать осторожно и просто искал Карину сам, к Маслову больше не совался.
– А ты не думал о том, что Маслов сдал себя с потрохами тем, что он ее не искал?
– Я сказал ему об этом, но он ответил, что она сбежала, от него... Потому он не видит смысла в ее поисках.
– Это тоже не логично. Если он так хотел ребенка, то должен был искать.
– Думаешь, он что-то знал про Карину?
– Думаю, да. Но он унес это с собой в могилу.
– Что? Маслов мертв?
– Да. Он уже ничего не сможет рассказать ни тебе, ни мне... Ладно, спасибо, что согласился встретиться и поговорить.
– Ты извини меня, что я вот так, с пистолетом...
– Послушай, если у тебя будут какие-то новости, или ты что-то вспомнишь – можешь мне позвонить?
– Да, но если ты что-то узнаешь – сделай то же самое.
Мы обмениваемся телефонами, прощаемся, и я выхожу из машины. Когда проезжаю мимо него на мотоцикле, то вижу, как он в лобовое стекло показывает мне большой палец. Остановившись на середине пути, я сажусь на землю прямо на обочину дороги – мне хочется так посидеть, хочется смотреть на эту бесконечную, тянущуюся дорогу, и не думать о Маслове, о Карине, и еще о множестве тех, кого он сделал несчастными. Тренькает телефон. Сообщение. «Ты чем-то напоминаешь ее – такая же харизматичная и яркая». Власевскому нравятся такие, наверное, потому что сам он не обладает ни одним, ни вторым. Когда уже собираюсь ехать дальше, раздается звонок.
– Ась, ты где? – у Эда довольный голос – у меня для тебя новости!
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.