Постсоветская Россия, пережившая колоссальный сдвиг идеалов и распад системы, в 90-е годы оказалась на распутье. На этом фоне к власти пришёл Борис Николаевич Ельцин, провозгласивший курс на реформы, демократию и тесное сотрудничество с Западом. Однако рассекреченные материалы и сами события того времени всё чаще наводят на мысль, что этот путь во многом диктовали «кукловоды» из Вашингтона. Так называемые «реформаторы» в Кремле собирались выстроить новую экономику, но на деле шли к финансовой зависимости от Штатов. Ярким символом этого процесса стала первая интернет-конференция Ельцина в 1998 году, которая показала, что киберсвязь с собственным народом контролировалась не где-то в Москве, а в Штатах.
Выход в интернет под контролем «друзей»
Весной 1998-го пиарщики из Кремля с гордостью объявили о «революционной» инициативе: президент лично ответит на вопросы россиян в онлайн-режиме. Но вопреки ожиданиям, ни собственная команда, ни отечественные компании не принимали участие в организации трансляции. Этим занялся американский телеканал NBC, а серверы, принимавшие вопросы от пользователей, также находились за океаном.
Явные или скрытые фильтры позволили одобрить лишь 15 вопросов из нескольких тысяч. Большая часть обращений осталась невидимой массам. В итоге полчаса эфира превратились в спектакль. А у экспертов и политологов сложилось полное впечатление того, что американские «друзья» не просто помогали Борису Николаевичу, но и выступали в качестве режиссёров.
Денег нет, но Билл поможет
Однако электорат ещё не осознал, как сильно Ельцин зависел от западных денег и рекомендаций. После огласки архивных переговоров выяснилось, что президент России систематически просил своего американского друга Билла Клинтона воздействовать на МВФ и содействовать в выделении многомиллиардных кредитов стране. Иногда просьбы напоминали мольбу в худшем понимании этого слово. Особенно, чем ближе становились выборы 1996 года.
Именно перед заходом на второй срок Борис Николаевич, согласно воспоминаниям его окружения, попросил о срочном финансировании, мотивируя это риском проиграть. Его американский коллега, судя по стенограммам, не скрывал смеха, но пообещал помочь сохранить «имидж реформатора». У многих свидетелей той эпохи возникло ощущение, что в Белом доме рассматривают Россию чуть ли не как подопытную площадку для внедрения нужных Америке преобразований.
Ни слова о НАТО
Одним из самых острых вопросов для Москвы всегда была и остаётся экспансия НАТО на восток. Борис Николаевич пытался заручиться поддержкой Клинтона, чтобы альянс не распространял своё влияние на республики бывшего СССР. Однако вместо ответа Клинтон лишь говорил о «дружеских отношениях» России и США, но не давал чётких обещаний.
В итоге НАТО приблизилось к российским границам, а протесты со стороны Кремля утонули в бюрократических формулировках. При этом на публику Ельцин повторял из раза в раз, что он «продолжит линию реформ», чтобы заручиться новыми финансовыми вливаниями.
Оправдание зависимости через демократию
Первый президент России всегда стремился оправдать тесный контакт с Вашингтоном тем, что Москва, якобы, приобщается к «цивилизованному миру». В выступлениях Бориса Николаевича звучали фразы о свободе слова и «окончательном отказе от коммунистического прошлого».
Но граждане видели, как растут цены, задерживаются зарплаты, а власть ищет финансовую помощь за границей. Уверенность в том, что заокеанские кукловоды навязывают свою волю, усилилась, когда люди узнали о переговорах, во время которых российский президент фактически выпрашивает поддержку и согласовывает важнейшие решения.
Ельцин под американским руководством
Вскрывшиеся спустя много лет детали общения Ельцина с Клинтоном эксперты трактуют вполне однозначно: ключевые решения российской политики во многом утверждались командой из-за рубежа. Приватизация Чубайса, военная реформа и банковская система — всё это обсуждалось с США. Москве было важно получить заверения в дружбе и «помощь» от Белого дома, но такой альянс не подразумевал равноправия в отношениях.
Россия зависела от денежных потоков, а Вашингтон получал рычаги влияния, способные диктовать условия Борису Николаевичу и его команде. Поэтому легендарная «первая интернет-конференция президента» стала наглядным примером: казалось бы, уникальное событие для страны — но и оно проходило под американским руководством.