Тайна черного копателя 1 ч.
Странная карта
Максим, заядлый любитель поиска кладов, часто бродил с металлоискателем по заброшенным деревням — точнее, по тем местам, где они когда-то стояли. Он находил старинные предметы обихода, а иногда и монетки. Те, на которых время стерло все опознавательные знаки, он с друзьями в шутку называл «до монголами» и «до масонами»: мол, они такие древние, что даже историки разведут руками.
Однажды вечером, листая старые карты на телефоне в поисках перспективных точек, он заметил странное уведомление. Приложение предлагало бесплатное обновление — новую редакцию карты с отметкой деревни, предположительно времен викингов. Название было написано не то на древнескандинавском, не то на вовсе неизвестном языке. Максим попытался найти информацию в сети, но поиски уперлись в пустоту. Ни истории, ни упоминаний, будто деревня растворилась во времени.
Друзья, с которыми он поделился странным обновлением, лишь пожимали плечами: у них ничего подобного не появлялось. Максим решил молчать и ждать. Ранняя весна еще держала землю в снежном плену, но через месяц, когда проталины прогнали последние сугробы, он собрал рюкзак и отправился к загадочной точке — в глухой лес, в 10 км от железнодорожной станции «Овраг».
Дорога началась с дурного сна.
В электричке, дребезжавшей по ржавым рельсам, Максим уснул под монотонный стук колес. Сон накрыл его как черная пелена: он стоял посреди поляны, где полыхало пламя жертвенного костра. Вокруг, в звериных шкурах и с копьями, кружили викинги — их лица искажала ярость, а в такт их крикам били барабаны, сшитые из человеческой кожи. В центре, у огня, шаман с лицом, покрытым синими рунами, поднял к небу окровавленный нож. Его глаза, белые, как молоко, уставились прямо на Максима…
Он проснулся, когда динамики хрипло объявили: «Станция "Овраг" — следующая». Сердце колотилось, футболка прилипла к спине от пота. За окном маячил хмурый лес, и даже воздух в вагоне казался густым, словно пропитанным дымом того костра.
Лес встретил его молчанием.
Навигатор, вопреки ожиданиям, не понадобился. Ноги сами несли Максима по едва заметной тропе, будто он ходил здесь сто раз. Деревья смыкались над головой, их кроны — сплетенные в плотный купол — почти не пропускали света. Солнце пробивалось редкими лучами, похожими на бледные ножи, разрезающие сырую тьму. Воздух пах прелой листвой и железом, будто где-то рядом текла невидимая ржавая река. Ветви цеплялись за куртку, словно пытались удержать, а под ногами хрустели кости — нет, просто сухие сучья… или нет?
Чем глубже он заходил, тем тише становилось вокруг. Даже ветер стих, словно боялся нарушить древний покой. Лишь изредка вдалеке слышался треск — будто кто-то невидимый шагал параллельно ему, скрываясь за стволами.
Озеро.
Спустя час блужданий (или минуту? Время здесь текло иначе) Максим вышел к воде. Озеро, черное и неподвижное, лежало как зеркало забытого бога. На противоположном берегу возвышался дуб-исполин, его корни впивались в камень, образуя арку, похожую на портал. Металлоискатель взвыл, едва Максим подошел ближе.
Он копал механически, будто руки действовали сами. Лопата стукнула о металл, и из земли показался браслет — черное серебро, руны-змеи, глазчатый камень… В тот же миг ветер взревел, и шепот, который он слышал во сне, заполнил голову.
Теперь бежать было поздно.