- Мать-земля, - говорил Ян нараспев, словно застыв в трансе, - Отец-небо, беру вас в свидетели. Я, сын человечий, принимаю исповедь призрачной девы. Утверждаю и заверяю крепким зароком, что не держу на сердце ни зла, ни скверны. История Явлины останется навсегда глубоко внутри меня. Я отпускаю бывший призрак в добрый путь дальше. И пусть сопутствует ему удача, и миром увита будет дорога.
Предфинальная часть Рождественской истории. Предыдущая здесь:
Не успел юноша договорить, как вдалеке громыхнуло: дальняя сопка, что виднелась чётче в рассветных лучах – та самая, под которой много лет и зим лежал погребён да не упокоен «злодей-лиходей» супруг, отомстившей таким образом невинно обиженной женщины – вздрогнула, да и раскололась надвое. Поляну, где находились путешественники, мгновенно заволокло густым млечным туманом. Словно на лесную опушку спустилось огромное кучевое облако… И из того облака донеслось, гулкое:
- Благо-да-рю… И вы ступайте с миром…
* * *
И вот Кощей водит руками над распластанным колдуном и приговаривает, словно и впрямь приговор выносит: «И быть тебе поперёк земли да неба, и быть твоему жилищу стылым, а домовому спать беспечно на печи либо под печью, пока… не помянет кто пропащего колдуна словом благостным. А коли дочь человечья пожалеет…»
Тут поднял взор Лещей на гостью и, прервав свой рассказ, проговорил:
- Я и был словно-в-нигде, и Митяй спал, всё как и уготовано нам было моим папашей, но я верил… да что там? Всегда знал, что настанет тот миг, когда добрая душа возьмёт на себя смелость вспомнить колдуна беспутного словом ласковым да сама пожалует в гости. И теперь проси, что пожелаешь. Ни в чём у меня для тебя отказу не будет.
Слушая речи дорогого хозяина, Митяй одобрительно кивал, поглаживая бородёнку. Смущённая девушка, опустив глаза, теребила в руках край платка, накинутого на плечи… Через сколько-то времени Веся, всё ещё немного робея, наконец взглянула на хозяев ласковых и, чуть запинаясь, тихо вымолвила:
- А м-мм... можно мне не для себя… ну, то есть не совсем себе… точнее не за себя попросить?
И заалела ланитами пунцово. Переглянулись колдун с домовым. Было видно, что оба несколько удивлены подобным поворотом. Совладав с изумлением, Лещей взялся ответ держать:
- Конечно можно. Тебя никто и ничто не должно смущать. Говори смело.
И Весёна в волнении начала…
* * *
- Вот ведь как, - говорил Ян семенящему рядом с понурым видом волкодлаку, - шли за одним, а возвращаемся…
Юноша направлялся в обществе уже ставшего ему добрым товарищем, Длака в родные пенаты, пытаясь осмыслить то невероятное, что произошло после того, как они с приятелем от всей души пожелали призрачной Явлине доброго пути в иные дали. Попутно приятели обсуждали невиданное, увиденное ими. Как бы это ни казалось странным – увидели они каждый разное.
- А что… хозяин… - После заминки впервые назвал так волкодлак человека. – Как ты полагаешь, всё теперь будет так, как она сказала?
- Кто ж его знает? – Вздохнул молодой человек, разводя руки в стороны и выдыхая клубы морозного пара. – Может так, а может ещё как-то.
- Но ведь после её прощальных слов появился он…
- Да. Я и сам был несколько удивлён. Такой молодой и статный.
- Погоди-погоди, хозяин… - Длак даже остановился. - Ты сейчас говоришь о… Кощее? Тот костлявый и сердитый – это ведь был он.
- А-ха. – Ян тоже остановился и, поставив руки на колени чтобы отдышаться от быстрой ходьбы, от души рассмеялся. – Он. Тот самый. Супруг… в прошлой м-м… жизни нашей Явлинушки.
- Получается они действительно любили друг друга. Так… почему же раньше-то не сумели объясниться да поладить? – Похоже волкодлаку были вовсе чужды понятия страстей человеческих.
- Кто бы знал, друг сермяжный, кто бы знал… - Скрывая улыбку, юноша снова тронулся в путь.
Заключительная часть здесь:
#пунинаорлова_проза