Автор Эльмира Ибрагимова
САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ ДРУГ
Мурад был моей первой любовью. Я, тогда еще ученица четвертого класса, не знала, как называется чувство, которое я испытывала к длинному худощавому семикласснику. Не знала, почему выделяю его среди всех, ищу глазами в толпе мальчишек на переменах и в школьном дворе. Мне было только десять лет, да и ему не намного больше - тринадцать Конечно же он меня не замечал, зато я наизусть знала всего его рубашки, туфли, каждую кнопочку на его школьном портфеле.
Так шли школьные годы, а в каникулы время для меня останавливалось в ожидании предстоящей с ним встречи в сентябре.
Я смотрела на него как завороженная и он однажды заметив это, подошел и серьезно спросил: Ты чего, девочка? Я покраснела и убежала, а он, конечно же, так ничего и не понял..
А потом, когда я уже была восьмиклассницей, а он учился в одиннадцатом, случай все-таки свел нас.. Мне уже сказали, что он влюблен в мою соседку по лестничной площадке Фатиму и однажды возле нашего подъезда, он позвал меня:
- Эй, девочка, подойди ко мне. Передай вот этот конверт Фатиме из сороковой квартиры.
Я молча взяла конверт, кивнула и, ничего не говоря, удалилась, боясь разреветься от первого в моей жизни приступа ревности. Сердце билось так сильно, что мне казалось Мурад вполне мог его услышать его удары. После этого я стала его постоянным и личным почтальоном, он передавал через меня записки, а я молча страдая, передавала их сопернице.
-Что она сказала, малышка? - всякий раз допрашивал он меня, не дождавшись письменного ответа.
-Ничего, - отвечала я, испытывая невыносимые муки ревности и даже угрызение совести от того, что она ему не отвечает.
Фатима с Мурадом учились в параллельных выпускных классах нашей школы.
Девочка, о которой только и думал мой кумир, была очень красивая и избалованная и своими родителями, наряжавшими ее как куклу, души в ней не чаявшими, и учителями, которые явно выделяли ее из-за ее богатых и известных родителей, а также мальчишками со школы и двора, бегавшими за ней толпами, предлагая дружбу и свое сердце.
Фатима, как почти и все красавицы, была своенравной и капризной, играла своими поклонниками, как марионетками, стравливала их между собой, заставляла ревновать при том, что никому из ребят явного предпочтения не отдавала.
Я молча и безропотно относила ей записки Мурада, над которыми она смеялась прямо при мне.
-Ты не представляешь, как он мне надоел и как давно за мной бегает, -рассказывала она мне, - этому парню, наверное, пора уже медаль повесить за верность и стаж его любви ко мне. Он в меня с первого класса влюблен. Мы в начале с ним в одном классе учились. Как сейчас помню, он на перемене в первый же день учебы в первом классе подошел к учительнице, показал на меня пальцем и сказал:
- Я с этой девочкой сидеть хочу..
-И что, вас тогда посадили вместе?- спросила я ее
-Не сразу. Учительница распорядилась оставаться всем на своих местах, но он упорно каждый день приходил и садился со мной. Потом учительница, посмеявшись от души, все-таки разрешила ему сидеть со мной. Еще и пошутила: разрешу, если будешь отлично учиться и хорошо себя вести. Ты не поверишь, после этих ее слов более дисциплинированного и отлично успевающего ученика не было в нашем классе. И что мне теперь с этим Ромео верным делать ? - улыбалась она получая от него записки.
А я с завистью думала: " если бы на меня Мурад обратил внимание, я бы на него молилась “.
Но Мурад обращался ко мне, как к ребенку, никогда не называл по имени, только девочкой или малышкой..
Не знаю, как удалось Мураду все же покорить ее сердце, но с некоторого времени почти весь последний учебный год они с Фатимой встречались. В мае они поссорились и Мурада не было даже на последнем звонке. Он переживал их ссору и с трудом из-за этого сдал выпускные экзамены. Учителя, знавшие его многолетнюю любовь к Фатиме, пожалели его, были снисходительны на экзаменах..
-Между ними все кончено, - докладывала мне обстановку Гуля, моя подруга, хорошо знавшая их обоих и их общих друзей. Разругались вдребезги. Он ее приревновал, просил объяснить, что и как. Она заупрямилась, оправдываться не стала, сказала: Я свободный человек и не твоя жена. Как хочу, так и буду себя вести.
Он повернулся и ушел, а она, конечно, этого не ожидала. Говорила девочкам: Он ко мне просто присох, не оторвать..Приползет все равно..
В августе, спустя два месяца, после их ссоры я стала часто замечать Мурада в нашем дворе. В первый раз, увидев его после двухмесячной разлуки, я быстро спустилась во двор, подбежала и готовая как всегда служить ему, спросила :
-Письмо передать надо ?
Он покачал головой:
-Нет, писем больше не будет. Можно тебя попросить - посиди со мной, малышка?
-Я, задохнувшись от волнения и не веря своим ушам, - ответила, -Да, конечно, я буду здесь сидеть столько, сколько ты скажешь.
Мурад внимательно посмотрел на меня:
-Ты настоящий друг, малышка. Я это сразу понял, с тех пор как познакомился с тобой. У меня завтра соревнования, хочешь поболеть за меня. Я, растерявшись, не сразу нашла, что ответить.
-Ну так, что придешь? - спросил он, а я только и смогла молча кивнуть, боясь что он вдруг передумает.
Назавтра в назначенный час я пришла в спорткомплекс и стояла у входа в ожидании Мурада. Он подбежал, взяв меня за руку, провел вовнутрь, посадил на одно из свободных мест:
-Ты тут не скучай, малышка, я тебе сейчас конфет принесу, лимонаду..
В этот вечер мы возвращались с Мурадом вместе. Я долго ждала его у входа в спорткомплекс и Мурад сказал потом:
-Ты зря меня так долго ждала, малышка, забыл предупредить, что задержусь и не скоро выйду..
Он проводил меня до дому и сказал, что придет ко мне и завтра Я от радости не могла уснуть в эту ночь. Еще бы - я ждала его всегда, даже не имея надежды его увидеть: даже во время сна и потому он мне все время снился. А проснувшись, я не знала как заставить время идти чуть быстрее, приближая меня к вечеру.
Мурад приходил часто, почти каждый день, звонил, чтобы порой поболтать о какой-нибудь мелочи, что-то спросить. Говорили ни о чем и обо всем. И каждое его самое простое, ничего не значащее слово было для меня сокровищем, подарком. Мне нравилось в нем все: и огромные, темно-зеленые глаза, и стройная спортивная фигура, и уверенный взгляд.
Девчонки с нашего двора молча завидовали мне: все годы тихоней прикидывалась, а теперь вон какого парня себе отхватила. А я не могла им объяснить, что не тихоней я прикидывалась все эти годы, а безумно и безнадежно любила человека, который и не смотрел в мою сторону. По этой причине для меня и не существовали ни другие мальчишки, ни вечеринки и дискотеки со знакомствами. Мне нужен был только он и никто другой больше.
Моя открытая и фанатичная, а потому даже не вызывавшая недобрых сплетен любовь к Мураду была известна всем, и однажды, когда переехавший к нам во двор мальчишка стал вокруг меня вертеться, ребята сразу же и сказали ему:
- С Тамилой у тебя ничего не выйдет, это дохлый номер. Ее заклинило на одном парне, она больна им безнадежно. Это был правильный диагноз, и я с ними не спорила..
Однажды Фатима, увидев из окна, как мы сидим и общаемся с Мурадом, спросила меня:
-И что он теперь хочет? Что Мурад тебе обо мне говорит, что просит передать ?
-Ничего, - растерялась я, - он о тебе вообще ничего не говорит.
- Может ты думаешь, что он к тебе приходит ? - спрашивала Фатима.- Не обольщайся, это только повод, чтобы подобраться ко мне. Но он мне не нужен, я его не прощу.
Я знала причину их размолвки и то, что Мурад ни в чем не был виноват перед ней и потому меня удивляли слова: не прощу..
Главной причиной их разрыва стали ухаживания одного из соседских ребят, который часто сидел с ней допоздна на лавочке во дворе. Все это видели, а еще знали с ее слов, что он звонит ей по нескольку раз в день, предлагает стать его девчонкой.
-Зачем тебе он, Фатима,- спрашивала ее при мне Гуля, с которой она была в хороших доверительных отношениях. У тебя же Мурад есть..
-Просто спортивный интерес, -коротко и не ясно для нас, некрасавиц отвечала Фатима.
Слухи дошли до Мурада, но Фатима не стала оправдываться и что-то объяснять..
- Тамила, ты знала о встречах Фатимы и Алика ? - спросил меня как-то Мурад
-Знала, -ответила я честно, но ведь она только дразнила тебя, ничего серьезного между ними не было. Видишь они и сейчас не встречаются..
-А почему ты мне тогда ничего не сказала, я ведь тебя ясно спросил: встречаются ли они в вашем дворе, проводят ли время вместе ? -словно не слыша слова защиты в ее адрес, спросил Мурад.
-Ты тогда мог неправильно подумать обо мне - ответила ему я.-
-А что я мог подумать ? - удивился он, конечно ничего не подозревая
-Мог подумать, что хочу ее очернить из- за того, что ты мне и самой нравишься - откровенно аргументировала свой ответ я
-Вот еще, глупости какие..- сморщился Мурад, - что я совсем идиот по-твоему, чтобы так думать. Я знаю, что ты относишься ко мне, как к другу, и я так же, не более.
-Это не глупости, это правда. И ничего ты не знаешь. Ты мне действительно нравишься.. давно, уже пять лет.., -неожиданно для себя призналась ему я, с ужасом осознавая, что он это уже услышал.
Несколько минут он молчал и пристально смотрел на меня. Потом спросил:
-А зачем записки от меня ей передавала в таком случае?
-Потому что ты просил, и я хотела, чтобы тебе было хорошо - почти в слезах объяснила ему я и убежала..
После этого Мурада не было несколько дней. Потом он стал приходить к нам во двор ежедневно. Вел себя так, словно, что-то для себя решил и определился. О том нашем с ним разговоре не вспоминал, просто каждый вечер сидел со мной во дворе или в соседнем парке на скамеечке, общался, приносил мороженое, несколько раз приглашал меня на свои соревнования по борьбе, в кафе, на день рождения к своему другу.
Я замечала, как мы с каждым днем все больше привыкаем друг к другу. Это были странные свидания, Мурад мог вызвать меня из дома, чтобы рассказать о какой- то не особенно важной новости, посоветоваться о переходе к другому тренеру, обсудить со мной очередной матч ( мы оба обожали футбол ).
Как то я сказала Мураду о своем разговоре с Фатимой
-Она сказала, что ты приходишь к нам во двор из-за нее, а я только повод.
Мурад спросил:
-И что ты ей ответила ?
-Ничего, не знаю, может она и права
-Ну тогда знай, малышка, я прихожу к тебе, потому, что ты мне нравишься. Не знаю пока, как мое отношение к тебе называется, дружба ли это такая близкая, любовь или еще что-то. Поживем увидим, но пока знай : ты нужна мне, я к тебе привык.
Я искала в этих обычных теплых словах искорки чувства, радовалась каждой мелочи, а слова “ты нужна мне” стали для меня признанием в любви, осчастливили меня. Я летала на крыльях любви и уже вскоре все стали говорить, что я меняюсь и хорошею на глазах, что я выросла и стала совсем взрослой девушкой.
Мурад работал, так как поступить после школы сразу же ему не удалось. Он покупал мне мягкие игрушки, большие куклы, диски, приносил фрукты и сладости..
-Ты, Мурад, и в самом деле опекаешь меня как малышку, - счастливо говорила ему я.- Не надо тратить столько денег.
-А зачем еще нужны деньги, если их не тратить на самых дорогих тебе людей. Я люблю делать подарки близким, и маме, и сестре, и бабушке каждую зарплату подарки покупаю.
Мы ежедневно встречались, перезванивались и уже все окружающие без сомнения считали нас парой.
-Вы с ним хотя бы целовались ? - спрашивала меня любопытная Гуля.
-Нет, ни разу, - честно отвечала я.- Он меня, думаю обидеть не хочет.
-А ты бы очень обиделась,- лукаво спросила подруга, и мы обе расхохотались.
На Новый год он принес мне огромную сосну и большие яркие игрушки к ней.-
Хочу, чтобы у моей малышки была самая лучшая елка, -сказал он, и я опять была самой счастливой на земле девчонкой.
Весной, когда ему пришла повестка в армию, я оплакивала его отъезд несколько дней, не ходила в школу, каждую минутку старалась быть с ним. Он утешал меня, гладил по голове:
-Ну что ты, малышка, разве можно так плакать, когда человек уезжает. Это недобрая примета, ты ведь не хочешь, чтобы со мной несчастье случилось ?
-Не хочу, я тогда просто умру, - ответила я ему, а он обнял меня и поцеловал в лоб.
Почему он не поцеловал меня по настоящему, в губы ? - раздумывала я, видевшая до этого поцелуи только в кино, - что это значит ? И с чего я взяла, что он меня любит, может он просто дружит со мной? Испугавшись этого вывода я тут же отогнала от себя эти мысли и решила для себя: поцеловал в лоб, чтобы не обидеть меня, сам ведь говорит мне часто: ты еще совсем маленькая, подрастешь потом решим, что же нам с тобой делать..
-Да ты не переживай, - успокаивала меня Гуля, которая была в курсе всех наших с ним разговоров и отношений.- Он к тебе очень серьезно относится, в этом все и дело, иначе не приходил бы к тебе так часто, не звонил бы. За ним столько девчонок бегает и без тебя бы обошелся.
Мурад уехал, а я повесила на стену большой календарь в котором вычеркивала каждый прожитый без него день.
Я писала своему солдату по три письма в день, -писала ему обо всем, что чувствовала, о том, как провела день, какие новости были в городе и республике, о том, какие фильмы смотрела и даже о чем они. Он отвечал мне часто, в неделю я получала от него одно -два письма, он писал, что благодарен мне за письма, что ребята в их отряде открыто завидуют ему, получающему письма пачками, и что я самая хорошая, самая лучшая и самая смешная девчонка на земле.
Я переспросила у него потом в письме: почему смешная? Он ответил:
-Только смешная девчонка может за шесть месяцев написать пятьсот с лишним писем, но я очень рад этим письмам. Жду всегда отчетов о тебе, огороде и республике, о прочитанном и просмотренном по телевизору. Целую, твой Мурад.
Я и сама целовала его письма, бережно хранила их в ящике стола, по нескольку раз перечитывала, знала наизусть..
Два года прошли для меня, как два века: ведь я вела себя, как образцовая невеста, не ходила никуда, кроме школы, а потом после выполнения уроков писала ему свои длинные предлинные письма, отправляла, а перед сном уже планировала, о чем напишу завтра..
Написала ему и о том, что его первая любовь и моя соседка Фатима вышла замуж.
Через год после окончания школы и через месяца два после отъезда Мурад она вышла замуж за мужчину, который был лет на пятнадцать старше ее. Особенно привлекло Фатиму в нем его богатство: все капризные запросы своей своенравной красавицы невесты он мог легко выполнить.
Нас, ее соседей по площадке, также пригласили на свадьбу в роскошный банкетный зал " Марашек". Фатима была ослепительно красивой невестой, а невзрачный и немолодой жених еще больше подчеркивал ее юность и красоту.
-Господи, чего только на свете не бывает. Ну как, такая девушка могла за него выйти ? -сокрушалась одна из соседок, сидящих рядом с нами.
-А почему бы и нет, - возразила другая. - Фатима всегда хотела только одного - жить в достатке и роскоши. Он ей все это даст сполна.
Я подробно рассказала Мурад в письме о свадьбе, а еще в тайне надеясь вызвать его ревность, написала о том, что несколько раз танцевала на этой свадьбе с младшим братом жениха. Так оно и было, парень привязался не на шутку и приглашал на все танцы подряд. Я вначале отказывалась, но соседки из уважения к жениху все выталкивали меня в круг.
-Гуля пригрозила, что тебе об этом сообщит, -написала я Мурад в ожидании его ревности. Но Мурад ничего не ответил на эту новость о свадьбе Фатимы и тем более о моих танцах на ней. Вначале мне даже показалось, что то письмо он не получил. Но потом заметила: на все остальные вопросы письма он прореагировал.
Я тогда даже порадовалась - значит для него свадьба Фатимы уже ничего и не значит, а ведь говорили что он ее безумно любил и вряд ли сможет забыть совсем.
По каким- то причинам Мурад не отпустили в отпуск, которого я так ждала, но он писал, что из-за этого на дембель пойдет раньше положенного. Я очень хотела, чтобы любимый успел приехать к моему выпускному.
Так оно и случилось.. Он приехал в конце мая, а я от радости чуть не завалила выпускные экзамены, разрываясь между подготовкой к ним и встречами с любимым..
-Уж лучше бы я попозже приехал, - шутил Мурад, а я почти всерьез говорила ему:
-Нет, попозже было нельзя, я уже начала умирать от тоски. А экзамены я свои сдам, ты не беспокойся.
-Малышка, милая моя, какой ты стала взрослой, - говорил мне Мурад за день до выпускного вечера, когда я примерила перед ним свое выпускное белое платье.
В тот вечер мы долго гуляли с ним в парке, и я спросила его наконец о том, что мучило меня все эти годы:
-Мурад, ты ни разу не сказал мне всерьез: кто я для тебя ? Я бы может и не спросила, но мама покоя не дает, спрашивает: что у нас с тобой за отношения? А как я отвечу, если и сама не знаю..Может у тебя кто- то есть, а я только друг тебе, ты же всегда мне говоришь: малышка, ты самый настоящий друг
-Никого у меня нет, кроме тебя, моя малышка.. И писал я из армии только по двум адресам: домой, и тебе.. Ну а маме своей скажи, что я никогда ничего плохого по отношению к тебе не позволю, сам убить могу того, кто плохо на тебя посмотрит, -ответил мне Мурад, но мне показалось, что в его ответе было все, кроме признания в любви. И опять меня мучили сомнения и внутренние споры с самой собой. Одна моя половинка сомневалась: но ведь он ни разу не сказал “люблю”, не сказал, что я буду его женой.. Другая не соглашалась: не все ли равно, как и какими словами признаться, сказал ведь: у меня никого нет, кроме тебя..Сказал, что нужна, что привык. Разве этого мало? Да и кто его неволит приходить ко мне так часто, звонить ? Нет, надо успокоиться. И куда мне со свадьбой торопиться, если мне только шестнадцать исполнилось. Вот и он поэтому не спешит. Не буду больше торопить события, а то становлюсь навязчивой.
Я не умела кокетничать и лукавить, хотя знала от других, что полностью душу раскрывать не следует и тем более не стоит так самоотверженно и открыто любить.
-Милая, нельзя никого больше себя любить, ругала меня Гуля, - а ты по моему своего Мурада больше себя и своей жизни любишь. Не оценит, не надейся. Мужчины стерв любят, тех, кто их держит на коротком поводке, в легкой неуверенности. Вот тогда они и боятся потерять, тогда и дорожат. Знаешь, вчера с ее сестрой в одной кампании оказалась. Спросила у нее как бы невзначай:
- Ваш Мурад жениться не собирается.?
Она говорит:
-Куда ему торопиться, ему ведь только двадцать лет исполнилось, на работу надо устроиться, учиться, хотя бы на заочном. А так у него, говорит, девчонка такая хорошенькая есть, только школу закончила, целый вагон писем ему в армию написала. Мы, говорит, с мамой как-то посчитали их тайком : не поверишь, там около двух тысяч. Вот это говорит, любовь. Его сестра мне это рассказывает, а я еле смех сдерживаю, речь ведь, Тамила, о тебе идет. А потом опять осторожно спрашиваю: возьмете вы ее за Мурада ? Она отвечает: а почему бы и нет ? Девочка нашей национальности, симпатичная, из хорошей семьи, самому Мураду нравится, что еще нужно.
Я от радости не смогла сдержаться и крепко обняла свою подругу, принесшую мне столь радостную весть.
На выпускной школьный вечер в ресторан мы пошли вместе с Мурадом. Все говорили, что мы в тот вечер были похожи на новобрачных -я в своем белоснежном переливающемся платье с шифоновой накидкой, он - в белой рубашке и темных брюках..
Я смотрела в большое зеркало в фойе ресторана и почему-то сравнивала себя в белом пышном платье с Фатимой в день ее свадьбы. Она была недосягаемой, к тому же во мне еще много было от мальчишки - подростка.
- Что за глупости в голову лезут, при чем тут она, которая уже и замуж вышла. Он же меня любит, это всем ясно и даже его семья в курсе, -слегка ругала себя я. -Эх, ты, малышка, глупышка, - сказала я себе, скорчив рожицу своему зеркальному отражению.
Мы вместе со всеми пошли к морю встречать рассвет.. Я до боли натерла ноги новыми туфлями на высоком каблуке и когда мы, уже попрощавшись со всеми, возвращались домой, Мурад неожиданно подхватил меня и понес на руках по пустой утренней улице. Я не смогла удержаться и обняла его за шею, поцеловала. Он ответил на мой поцелуй, но теперь уже не как раньше в лоб или в щечку: он в первый раз поцеловал меня по-настоящему. А потом долго не отрываясь целовал мои глаза, волосы, губы.
Я просила его спустить меня на землю, я и так была на седьмом небе от его присутствия, его голоса, близости его глаз и лица, запаха волос, но он все смеялся и говорил, что такую невесомую худышку может нести на руках всю жизнь.
-За два года твоей армии я похудела на четыре кино, а при моей комплекции балерины это очень даже заметно - сказала я ему, - теперь буду поправляться не по дням, а по часам..
Утро было особенным, сияющим, совершенно необыкновенным. Он проводил меня до дому, но не уходил. Мы молчали, но между нашими сердцами уже шел свой безмолвный особенный разговор.
Мурад нагнулся ко мне и опять поцеловал в губы. Я задохнулась от нежности к нему и радости - это утро было особенным - я впервые встречала рассвет с одноклассниками и любимым, впервые целовалась по- настоящему, впервые без сомнений чувствовала себя любимой..
- Все-таки ты особенная, малышка. Тебя ни с кем сравнить нельзя, - сказал он мне уходя, даже не подозревая насколько счастливыми делают меня его слова.
Мы встречались с ним все лето, и теперь уже наши отношения не остались незамеченными для моих родителей. Тем более, что теперь я была уже взрослой девушкой, выпускницей.
Отец попросил маму разобраться: что там у нас и как и, самое главное, кто этот парень - с отцом мы, девочки, почти не разговаривали, и особенно на такие темы. С мамой было проще, хотя она как и все мамы беспокоилась обо мне, а ее воображение тут же рисовало ей страшные картины и недобрые предчувствия.
Я и не знала, что моя мама, выбрав удобный момент, сама подошла к Мураду и прямо спросила о наших с ним отношениях.
-Я тебя ни в чем не виню, сынок, наверное, ты хороший парень. Но ведь сам понимаешь, мы не в Москве живем, не в Питере. О вас уже начинают сплетничать. Папа наш нервничает, говорит: Тамила совсем еще ребенок. Знаю, она в тебя влюблена, в рот тебе смотрит, молится на тебя. Прошу тебя сынок, отойди от нее, если у тебя к ней нет ничего серьезного.
Мурад ответил маме, что может прислать сватов к нам и сейчас, но не думал, что в мои шестнадцать лет они будут говорить на эту тему.
-Да, конечно, -успокаиваясь, сказала мама, у нас еще одна дочь есть. Вначале мы ее жизнь будем устраивать, а ты подумай, сынок, Тамилка наша еще ребенок, мы за нее боимся.
Мурад пообещал ей прийти к нам вместе со своими родителями для того, чтобы предварительно познакомиться с моим отцом, поговорить о наших планах.
Мама успокоилась и, видимо, сумела успокоить отца, потому что больше этой темы в нашем доме не было.
-Да он прав, куда нам с тобой торопиться, нам Лейлашку надо выдавать, ей уже двадцать исполнилось, - подвела итог всем своим сомнениям мама, и рассказала о разговоре с Мурадом мне.
-Мне мама сказала, что говорила с тобой, Мурад, - поверь я ничего не знала, - сказала я ему в тот же вечер.
-Да, ничего, малышка, ее можно понять. Мне видимо, надо окольцевать тебя, чтобы ты никуда от меня не упорхнула. Или пока хотя бы просто познакомить наших родителей, чтобы и те, и другие спокойны были. Но о свадьбе пока говорить рано- тебе только шестнадцать. В сентябре в гости к вам придем.
И опять шли дни, похожие друг на друга.. Я готовилась к поступлению в вуз, занималась у репетитора, Мурад встречал и провожал меня с занятий, потом вечерами, устав от учебников мы подолгу сидели во дворе на скамейке. Мы открыто встречались и ходили вместе, как жених с невестой.
Однажды, когда Мурад проводил меня до лестничной площадки, я случайно заметила его долгий и задумчивый взгляд на соседнюю дверь. Невозможно было не заметить тоску и боль в его таких знакомых мне и родных глазах
Попрощавшись со мной, он поспешно ушел, а я еще долго не могла забыть того взгляда на дверь Фатимы.
-Ты что, Тамилка, уже и ревновать начинаешь, - ругала меня Гуля, с которой я тут же позвонив, поделилась сомнением.- Забудь и выбрось из головы. Во первых, они когда- то встречались и его воспоминание и даже легкую грусть понять можно, Во- вторых чего тебе вообще беспокоиться - она ведь уже замужем, живет припеваючи, ребенка ждет.
Наступил сентябрь, и я все ждала, когда Мурад придет в нам в гости со своими родителями.
Я уже знала, что в его семье меня считали его невестой и согласны были на его брак со мной. И все же спокойной я не была.
Моя мама, уже всецело поверившая Мураду, ругала меня :
-Тебе ведь еще только шестнадцать, только школу закончила, ты то хоть куда торопишься ? Все равно мы вначале Лейлашку будем выдавать. Ей будет неприятно. если раньше ее тебя обручим. А за тебя я спокойна. Мурад честный, порядочный парень, я ему доверяю.
Я немного успокоилась, но в душе была небольшая обида: почему он мне больше ничего не говорит. Приходит, уходит, гуляет со мной в парке, а о планах, о нашей будущей свадьбе, о своей любви ко мне больше не говорит.
Однажды вечером, придя домой, я увидела свою маму в темном платке, глаза ее были опухшими от слез.
-На соболезновании были с соседями, горе такое - у Фатимки муж умер от инфаркта - сказала она мне.- Так жалко ее, беременная, вся с ног до головы в черном, плачет, убивается. Кругом такая роскошь, такое богатство и дом огромный, и в доме все самое- самое, им бы жить и жить, - опять заплакала мама.
На следующий день мы с девчонками со двора пошли к Фатиме. Она безутешно плакала, обнимая нас по очереди:
-Как будто знал, что скоро оставит ее, баловал, на руках носил, - плакала вспоминая зятя, мама Фатима, тетя Зоя, - ой, бедная моя девочка, бедная. Двадцати еще нет, а уже и вдова.
Я почему-то не сказала Мураду о смерти мужа Фатимы. И когда мы, спустя два месяца увидели ее в нашем дворе, в черной траурной одежде, Мурад спросил у меня:
-Что у них случилось ?
-Я забыла тебе сказать, Мурад, у Фатимы муж умер от инфаркта, -ответила, немного растерявшись.
Фатима стояла в нескольких метрах от нас - она казалась еще более красивой в строгом трауре. Черные одежды еще более оттеняли ее ослепительно белую кожу, на бледном лице особо выделялись ее красивые печальные глаза.
Она смотрела на нас, и молча стояла в стороне.
Мурад подошел к ней, я почему то осталась на месте, хотя собиралась последовать за ним.
Он взял ее за руку, она плакала, а он по всему видимому утешал ее, говорил какие-то подходящие к случаю слова.
Я не стала дожидаться его и поднялась к себе. Через некоторое время поднялся и Мурад, на нем не было лица. Было видно: он от души сочувствовал Фатиме:
-Мне очень жаль ее, я все забыл, когда увидел ее всю в черном, -как бы оправдывая свое настроение, сказал он, словно я могла подумать о чем то другом. Она стала совсем взрослой женщиной за эти два года.
-Да, конечно жаль, ее мужу только тридцать пять недавно исполнилось - поддержала разговор я.
Мурад долго курил, а потом, сославшись на дела, ушел.
Мы продолжали встречаться с ним, но я чувствовала: с ним что-то происходит..
Я могла предположить все, что угодно, но об истинной причине нашего отчуждения и близко не догадывалась.
В один из дней, спускаясь по лестнице, я услышала знакомые голоса. Внизу у входа в подъезд разговаривали Фатима и Мурад.
-Мне так тяжело, Мурад, я боюсь сойти с ума- плакала Фатима, а Мурад как видно утешая ее, просил успокоиться, подумать о ребенке, которого она носит, о матери, которая, глядя на нее, переживает вдвойне.
Я спустилась, и они заметили меня. Фатима отвернулась, не желая, наверное, показывать своих слез, Мурад немного виновато глядя на меня, сказал:
-Вот поднимался к тебе, Фатиму встретил.
Я молчала, не зная, как разрядить эту странную обстановку, но Фатима, ничего не говоря, попрощалась и стала подниматься по лестнице.
Мы молча шли рядом. Я не проронила ни слова, а Мурад через некоторое время непонятно почему нервно сказал:
-Что здесь такого, если мы с ней разговаривали ? Чего ты надулась или я уже во всем подотчетен тебе: с кем мне можно говорить, с кем нельзя ? Мы с тобой так не договаривались, Тамила, я свободный человек и таким останусь даже, когда. поженимся.
Я не смогла не заметить, как понизил он голос произнося “поженимся “..
-Мурад родной, успокойся, я ведь ничего не сказала. А молчала потому, что не умею утешать, особенно в таком большом горе Ну что я ей сейчас могу сказать: Фатима, ты не переживай, у тебя всего лишь горе, умер муж. Это пустяки, это пройдет. Так что ли ? Я не умею..
Я сказала все это искренне и без всякой насмешки, но Мурад недобро усмехнулся и сказал:
-А ты не такая уж и безобидная, малышка. И в тебе оказывается гнилинка есть. Нашла над чем иронизировать.
Я не стала больше возражать ему в тот вечер, видела, что это бесполезно. Сделав несколько кругов возле дома и молча посидев на лавочке, мы разошлись. Дома я очень переживала: ну с чего он взял, что я надулась, иронизирую? Я еще не могла понять, что же меня все таки беспокоит, но чувствовала пропасть между мной и любимым с каждым днем становится все ощутимее и больше..
В один из дней случилось почти невероятное Скажи я кому-нибудь об этом, не поверили бы. Набирая номер Мурада, я каким- то образом вклинилась в чужой разговор. Не сразу, но поняла: это не совсем чужой разговор. Мурад разговаривал с Фатимой, я узнала их голоса
-Зачем ты убиваешься так, ведь тебе сейчас все это вредно, -говорил он ей.
- Мне тяжело, одиноко, я с ума схожу, Мурад, не могу с собой справиться,- плача отвечала она ему.
-Прошло еще совсем немного времени. все пройдет, любая боль проходит, Фатима. Ты успокоишься, родится твой ребенок.
-Я не хочу этого ребенка, Мурад, не хочу.. Я сделаю аборт..
- Ты с ума сошла, глупая.. Это твой первый ребенок, его так хотел твой муж, а ведь ты его любила..
-Никого я никогда не любила, Мурад, кроме тебя. Но сейчас об этом не надо. Нехорошо по отношению к покойному сейчас это обсуждать, он меня боготворил, на руках носил. И не подозревал, что я за него выхожу, любя другого и по расчету. Мне стыдно об этом говорить, но это правда. У тебя, Мурад, невеста есть. Она хорошая девчонка эта твоя Тамила. А я просто хочу, чтобы ты знал - ты тогда все неправильно понял, а я из гордости не стала объясняться -ничего у меня с тем Аликом не было. Ты спросил: было, а я сдуру сказала: да, было. Обиделась, что ты плохо обо мне подумал, дурной у меня характер. И вот сломала себе жизнь..
--И мне тоже, -сказал Мурад слова, от которых я просто закачалась. А я ведь тебя любил.. как сумасшедший.
-Но ведь забыл, сумел забыть ? - спросила Фатима
-А что мне оставалась делать? Я ослеп и оглох от ревности, а тут еще ты ничего не отрицаешь, все признаешь, говоришь, что вольна жить как хочешь. Долго не мог тебя забыть, очень старался и мне казалось, что сумел. Потом, когда в армии узнал, что ты замуж вышла, места себе не находил, сердце кровью обливалось
- Мог бы позвонить, сделать шаг навстречу, но все время рядом с тобой был твой малыш..
-Она очень хорошая девушка, чистая, добрая, любит меня, хотя я такой ее любви и не заслуживаю. Мне казалось, что я ее тоже люблю.
-А теперь тебе так не кажется ?- помолчав, тихо спросила Фатима,-
- Теперь я опять ничего не знаю, -растерянно говорил Мурад,- Привык к ней, она мне дорога, но по-моему это совсем другое. Я разберусь.. И вообще не в этом дело. Я только хочу, чтобы ты успокоилась. Жизнь для живых все равно продолжается, а тебе еще и двадцати нет.
В трубке уже давно появились частые гудки - разговор закончился, а я все стояла сжимая в своих руках трубку, и, стараясь понять и осознать все услышанное сейчас
-Он ее любит как и раньше, -думала я, вспоминая их разговор, его интонации, вздохи в голосе, а еще задним числом странные нервные срывы, когда он ни за что упрекал меня в черствости, в недоброй усмешке..
Я не сказала Мураду о том, что случайно подслушала его разговор с Фатимой.
Но отношения наши менялись на глазах, хотя Мурад по прежнему приходил ко мне, старался казаться веселым и беззаботным, но его глаза - грустные и задумчивые говорили о другом. Я не могла этого не замечать.
-Что же делать ? -лихорадочно решала для себя я и спрашивала об этом Гулю.
-Какое тебе дело до его грустных воспоминаний, до его бывшей любви.., - поучала она меня, - В любом случае он на ней теперь не женится. Фатима- вдова, беременная чужим ребенком, а ему всего двадцать лет, ему и родители не разрешат ни за что. А ты наберись терпения, старайся не напрягать обстановку, будь легкой, беззаботной, лишних вопросов не задавай. Все пройдет, ему просто жаль Фатиму.
-Нет, все гораздо серьезнее, я знаю Мурада, - сказала ей я.
-Ну, конечно, эта кукла решила на его чувствительности сыграть, на жалость давит, а ведь он ее когда -то любил, вот теперь и расчувствовался, -рассуждала Гуля
В один из вечеров я не выдержала и спросила Мурада о причине перемены в его настроении:
-Ты в последнее время совсем другой, не радостный какой- то, потерянный.
-Не обращай на меня внимания, малышка, - сказал он и привлек меня к себе,- я и сам не знаю, что со мной происходит.
Я немного успокоилась и через некоторое время уехала на три дня в Буйнакск к бабушке. Надо было присмотреть за ней на время командировки моей младшей тети, с которой бабушка жила постоянно. Я не могла дождаться своего возвращения в Махачкалу- так хотелось видеть любимого, быть с ним рядом.
Я звонила ему несколько раз, но мне никак не удавалось застать его. Зато порадовал разговор с его мамой:
-Это ты Тамилочка ? - спросила она меня. И когда же, доченька, мы с тобой познакомимся.? Мурад обещал привезти тебя к нам на чай, ну а потом мы сами к вам заглянем. Пора уже.
Приехав домой, первым делом бросилась к телефону. Но в это время подошла мама и нажала на рычаг.
-Ты ему звонить хочешь?- спросила она, - не спеши, выслушай меня. -Тут за эти три дня твоего отсутствия многое произошло. Фатима легла в больницу, чтобы вызвать искусственные роды, хотела от ребенка избавиться. Зоя зашла ко мне поделиться, расплакалась.
Мама в деталях подробно рассказала мне обо всем.
- Я ее умоляла оставить ребенка, -говорила ей мама Фатимы,-, первый все- таки и срок большой, около пяти месяцев, опасная это операция. Думаю оставит ребенка, а потом в заботах о нем и сама успокоится, да и отец этого ребенка, пусть земля ему будет пухом, на всю жизнь его обеспечил, много чего оставил. А кому нужна будешь, говорю, и с ребенком возьмут. Не уговорила. Достала она разрешение в Минздраве у знакомых врачей, легла в больницу, мне только сейчас оттуда позвонила, чтобы я не волновалась. А как тут не волноваться. Я места себе не нахожу..
Моя мама попыталась успокоить соседку, а та неожиданно попросила ее пойти в больницу с ней:
- Может пойдешь со мной в больницу, Асенька, вдруг вместе сумеем ее отговорить, а то мне одной очень тяжко идти туда.
Женщины разговаривали на нашей кухне и не заметили, как вошел Мурад. Он был бледным и взволнованным. Оказывается, слышал весь их разговор. Он и спросил тетю Зою:
-В какой Фатима больнице ? Но даже и ответа не дождался, выскочил из комнаты, как пуля. А удивленная тетя Зоя, спросила у моей мамы: -А откуда твой будущий зять мою Фатимку знает? Они друзья, что ли ? Чего он так разволновался и с чего это вдруг в женскую больницу пойдет ?
Мама с тетей Зоей отправились в больницу, а там медсестры ошеломили их еще одной новостью: какой-то сумасшедший ворвался прямо в операционную, на руках Фатиму оттуда вынес, одеялом прикрыл и в машине увез.
Тетя Зоя не сразу поняла о чем вообще речь, а мама, знавшая о бывших отношениях Фатимы и Мурада, все уже поняла.
Медсестра рассказала им, что Фатима сопротивлялась, кричала: не хочу я этого ребенка, кому он теперь нужен?
А тот парень ей ответил:
-Он мне нужен, Фатима, и ты мне нужна..
Потом, уж вечером был скандал, пришла его мама бедной ни в чем не повинной Зое такую истерику закатила, - рассказывала мама, - не нужна, говорит, моему сыну женщина с чужим ребенком, ему двадцать лет, он и сам еще ребенок. К тому же у него невеста есть..
Мама что - то говорила еще, но я уже не слышала ее голоса. Вот так, все кончено. Врет тот, кто говорит, что любовь рождает любовь. Если бы так, то Мурад любил бы меня. Ведь я любила его безумно, бесповоротно. А может правы, кто говорит, что так нельзя так любить. Например, моя умная Гулька.
-Это было противоестественно, а потому и нежизнеспособно, -объясняла мне она потом, недаром ведь говорят: не сотвори себе кумира. А ты его сотворила.
- Ну что ж, - пыталась поддержать саму себя я,- теперь держись, малышка, не нужна ты ему, не нужны твои две тысячи писем, твоя любовь, нежность, обожание.. Держись, малышка..Ты больше не невеста. И с ним у тебя не будет ничего: ни белого платья с фатой и диадемой, ни обручальных колец, ни цветов, ни шампанского. Ничего не будет..Но ведь та же умная Гулька в свое время говорила:
-На такую любовь грех не ответить, да и кто откажется от роли Бога в чьей-то жизни, откажется быть для кого- то иконой. Глупости все это, не права моя умная Гулька. Заслужить, завоевать любовь нельзя, потому что она не уважение, не благодарность, не авторитет. И никакая самоотверженность, никакое обожание не заменят простого взгляда, слезинки человека, которого любишь.. Почему я это так поздно поняла?
Ему всегда была нужна она, нужна даже сейчас с чужим, еще неродившимся ребенком..
И забирая ее из больницы, унося в никуда, он не думает, о том, как отнесутся к такому шагу его родные, не думает о том, как это будет непросто. Для него главное - чтобы она была рядом. Она нужна ему, нужен и ее ребенок.
Я смаковала эти болезненные для меня мысли и старалась заплакать. Казалось, невыносимая боль во мне от того, что нет ни слезинки, вот заплачу и мне станет полегче.
Я легла на диван и закрыла глаза. В голове ни одной мысли, а на душе только тупая ноющая боль. Почему-то пришла в голову смешная мысль: зубы и уши не так сильно болят, хотя все говорят, что это самая невыносимая боль. Так, наверное, думают те, у кого душа никогда не болела. Да, смешная мысль и я смешная девчонка, как он тогда сказал..
-Тамила, мне надо с тобой поговорить., - услышала я вдруг голос Мурада, еще не увидев его. Я поднялась, села на диване. Он сидел напротив, опустив голову..
-Не знаю, как тебе объяснить Тамила, с чего начать, не знаю.. Ты не поймешь, наверное. И будешь во всем права.
-Нет, Мурад, мне легко тебя понять. Я ведь тоже люблю и знаю, что это такое. Любовь не зависит ни от нашей воли, ни от обстоятельств, ни от чьих- то запретов. Да ты и не виноват.. только теперь понимаю
Это я виновата, не знала, что ты ее еще не забыл.
-Нет, и ты здесь ни при чем. Мне самому показалось, да нет так и было..или я привык к тебе..
- Ты ведь не торопился ни в любви мне признаваться, ни предложение делать. Ты дружил со мной, а я глупая все это за любовь принимала и постепенно и тебя заставила на наши отношения так смотреть. Так что это ты меня прости..
-Мне, Тамила, так неудобно перед тобой. Я не знал, что все так получится, думал, что уже давно справился с собой. Хотел все начать с начала, - от волнения сбивчиво объяснял мне Мурад- Я тебя не обманывал, малышка, поверь. Ты мне очень дорога, родной близкий мне человек.. Как же тогда называется то, что я испытываю к тебе? Ведь и ты мне нужна по- своему..Ты меня не поймешь..
-Вот видишь, сколько предположений, сколько доводов у тебя, Мурад, чтобы понять, распознать, что же это было у тебя ко мне.. А когда любишь, то все ясно и ни с чем это не спутаешь. Нет, Мурад, твоя малышка уже выросла и все понимает, а ты этого даже не заметил. Правда я все немного поздно поняла - привыкла к тебе, душой приросла. Но ты не бойся, я справлюсь, и все у нас будет хорошо. И у тебя с Фатимой, и у меня может быть..когда- нибудь..
-Тамила, я тебе так обязан за все, я тебя никогда не забуду..
-И я тебя никогда не забуду, Мурад. Я не жалею о том, что было Я была такой счастливой все эти годы, что сейчас сполна могу за это заплатить, как мне и приходится..
Я помню как ты тогда в самом начале сказал: “Ты, малышка, мой самый настоящий друг.. “.
Не беспокойся, ни о чем, Мурад. Ничего не изменилось с тех пор. Я и сейчас твой самый настоящий друг, хотя и мечтала о большем.. Так было и так будет всегда.
КОНЕЦ