Как у всякой реки есть исток, так каждая профессия с чего-то начинается. Ландшафтный дизайнер ребенком пропалывал траву вокруг картошки на маленьком садовом участке под руководством строгой бабушки и, любуясь делом рук своих, мечтал когда-нибудь, в далеком взрослом будущем, разбить прекрасный парк, где будет цвести неисчислимое количество цветов. Музыкант рождался из вальсов Шопена и сонат Бетховена, вдохновенно летящих из-под умелых пальцев матери, порхающих над расстроенным пианино. Будущий художник любовался яркостью окружающего мира, сидя на плечах отца.
Я точно знаю, что любое призвание выросло из зернышка, брошенного в благодатную почву в раннем детстве.
Каждый из нас предназначен для чего-то определенного, не божественным соизволением, а воспитанием и средой из которой вышел. Хотя участие высших сил в выборе нашего пути тоже нельзя полностью исключать. Кто-то же опускает нас в объятия любящих родителей из хаоса небытия… Или наоборот, лишает родительской любви… Так тоже бывает, но это отдельная тема.
Вчера, глядя на фотографию отца, я вдруг подумала, что именно он сделал меня писателем. Странно понять это спустя много лет после его смерти.
Мама читала нам с сестрами книги по вечерам. Всегда. Наверное с самого моего рождения. Нежный, хорошо поставленный голос рисовал в воображении, сначала простые, а потом все более сложные истории, где вымысел сплетаясь с реальностью, удивлял, сюжетные перипетии вдохновляли, но часто не соответствовали волнению моего сердца, а конец порой был печален.
Потом я научилась читать сама. Книги стали моими спутниками повсюду. Я не мыслила себя без художественного сопровождения бумажных друзей. И снова понимала, что ожидания от нового погружения в вымышленный мир не всегда полностью удовлетворяют мою жажду.
Я искала продолжения понравившихся историй, удивлялась их отсутствию, разочаровывалась…
Папа редко читал вслух. Не любил, и получалось у него не очень передавать чужие измышления. Зато какие придумывал сказки. Про космолеты, про путешествия через Вселенную к чужим мирам. И попроще, про котов, таскающих у бабушки сметану.
Героями сказок были он сам, мама и сестры. Даже в котах угадывались знакомые черты. Фантазии эти он никогда не записывал. С ходу выдавал, а мы с сестрами ему подсказывали как, что и где поменять, чтобы интереснее получалось. Космолеты возникали на пути домой от бабушки. Дорога была длинной, ноги шли по сияющим огнями зимним бульварам, а перед восторженными взорами проплывали яркие звезды, планеты вращались по заданным орбитам, преследовали метеоритные дожди…
Коты начинались дома, перед сном, чаще летом. Коты всегда были смешными, непоседливыми, шкодливыми, и такими милыми.
Как же мне жалко теперь, что я ничего этого не записала. Не умела я писать, когда все это создавалось в искрящемся счастьем воздухе.
Много позднее я стала сочинять свои истории, сперва неумелые, зато такие, от которых мне самой делалось радостнее, как когда-то, в далеком детстве рядом с папой. Читала друзьям, родне. Потом придумался роман, за ним ряд повестей, другой роман.
Любая профессия с чего-то начинается. Моя началась с папиных сказок, с моментов творения чудесных историй. Именно там, на длинной дороге домой, под звездным зимним небом, или в кровати перед сном, я научилась быть не просто слушателем, а создателем невероятностей!