В России начал действовать закон о самозапрете выдачи потребительских кредитов. Инициатива направлена на снижение жертв телефонного мошенничества, однако эксперты называют ее «половинчатой».
Запрет подразумевается на нескольких уровнях.
– Первый: запрет по виду кредитора. Можно запретить себе выдачу ссуды в микрофинансовых либо кредитных организациях.
– Второй: запрет по способу обращения. Потребитель может запретить себе выдачу дистанционного кредита «в два клика», оставив за собой возможность лишь личного получения средств через офис банка.
– Третий уровень запрета подразумевает полное вето на получение потребительских кредитов.
Для чего ввели инициативу? Авторы проекта утверждают, что с ее помощью смогут добиться сокращения жертв дистанционного мошенничества, однако опрошенные «Вечерней Казанью» эксперты считают, что закон все же оставляет злоумышленникам «пространство для маневра» и потому его необходимо доработать.
Немного статистики
По данным Минцифры, лишь за первые два дня действия инициативы в Татарстане самозапретом воспользовалось почти 42 тысячи пользователей «Госуслуг». Подобную популярность наложения вето, пожалуй, можно объяснить популярностью и самих кредитов: по данным РИА Новости, республика в 2024 году заняла 74-е место в рейтинге регионов по уровню закредитованности населения, а объем средней задолженности одного татарстанца перед банками составил 538,3 тысячи рублей. При этом в 2023 году этот показатель составлял 495 тысяч рублей.
Отметим, что чем ниже место в этом рейтинге, тем более высоким является уровень закредитованности населения. Всего же в списке оказалось 85 регионов, а это значит, что с конца списка Татарстан занял 12-ю строчку. За последние два года республика поднялась сразу на четыре позиции антирейтинга.
Из примечательного также: в среднем за год у жителей Татарстана на погашение кредитов уходит 70,5% дохода, а это примерно на 20% больше среднероссийского показателя. Неудивительно, что на столь благодатной «кредитной» почве растет и количество киберпреступлений. За год силовики зафиксировали более 32 тысяч преступных эпизодов, что выше прошлогоднего показателя более чем на 20%.
Как раз для таких случаев и была разработана «самозапретная» инициатива.
Но что не так с новым законом?
Казанский адвокат Николай Иванов считает, что основным пробелом самозапрета на выдачу потребительского кредита является период его снятия. Наложение вето можно отменить всего через сутки после его «активации», а это, по мнению юриста, является «недостаточной передышкой».
К тому же, если у мошенников есть доступ к «Госуслугам» жертвы, этот самый запрет они могут снять самостоятельно. Чтобы избежать подобных случаев, Иванов предлагает ужесточить процедуру снятия вето: наложить запрет можно «в два клика», а вот отменить — лишь после личного визита в МФЦ.
– Если мы действительно вступаем в борьбу с мошенниками, то стоит понимать, что основная проблема кроется не в том, что кредит можно либо нельзя получить, а в том, что мошенники оказывают давление на людей. И под их давлением человек может сам снять этот запрет, – рассказал адвокат.
Что же касается по-настоящему ощутимых последствий введения закона, то они коснутся прежде всего самих микрофинансовых организаций, считает юрист. Дело в том, что если МФО каким-либо образом выдала ссуду на имя клиента, который наложил на себя запрет по выдаче кредита, то потребовать средства обратно компания просто не имеет права.
Отметим, что самозапрет применяется лишь к потребительским кредитам — его нельзя применить к ипотеке, автокредиту либо любой другой обеспеченной залогом ссуде, поскольку оформляются подобного рода займы только при сборе определенных документов.
Где еще «сэкономили» авторы?
По словам депутата Казгордумы от КПРФ Алексея Серова, новый закон является лишь «костылем» в борьбе с дистанционным мошенничеством, поскольку не работает с первопричиной этого явления – утечкой данных.
– Поэтому действительно важным моментом было бы ужесточение, серьезное ужесточение, вплоть до пожизненного заключения для тех, кто передает информацию, персональные данные клиентов, являясь сотрудником того или иного финансового учреждения. Будь то частная компания либо государственный сектор, – заявил депутат.
При этом собеседник «Вечерней Казани» отметил, что снятие вето на потребительский кредит через МФЦ серьезно помогло бы в предотвращении мошеннических преступлений.
Автор материала: Андрей Мартыгин