Саратов сотрясает скандал, от которого кровь в жилах стынет: в Волжском районном суде продолжается процесс над супругами из Азербайджана, Сулейманом и Гюнай Мустафаевыми, что вцепились в 15-летнюю школьницу, как звери в добычу. Покушение на убийство, хулиганство, слёзы ребёнка — и внезапно извинения, что звучат, как театр абсурда. 12 июня 2024 года в парке «Изумрудный» развернулась драма, что до сих пор держит город в напряжении. Девочка выжила чудом, а её обидчики теперь каются — но поздно ли пить боржоми? История, что бьёт по нервам, — перед вами.
Кошмар в парке: как всё началось
Тёплый вечер 12 июня 2024 года в парке «Изумрудный» обернулся кошмаром, что не приснится и в страшном сне. 6-летний сын Мустафаевых катался на самокате и, по словам потерпевшей, наехал ей на ногу. А потом началось: мальчишка принялся плеваться, обзываться и кружить вокруг, как назойливая муха. Полчаса девочка терпела его выходки, но в какой-то момент нервы сдали — она толкнула маленького агрессора. И тут, как гром среди ясного неба, на сцену ворвалась Гюнай Мустафаева.
Мать, словно разъярённая тигрица, схватила школьницу за волосы и обрушила на неё град ударов — не менее полутора десятков, по данным следствия. "Я тебя убью!" — кричала она, держа жертву в стальной хватке, и набрала мужа. Сулейман Мустафаев примчался, как на пожар: догнал убегающую девочку, повалил на асфальт и с воплями "Я тебе горло буду резать" принялся душить. Спасли школьницу очевидцы, что бросились на буяна, как ястребы, а потом его скрутили силовики. Девочка с травмами — синяками, гематомами, ссадинами — загремела в больницу, а её крик до сих пор эхом звучит в ушах свидетелей.
Игра в пострадавших: Мустафаевы вызывают скорую
Супруги, однако, не растерялись и тут же перевернули всё с ног на голову. Пока девочка корчилась от боли, они вызвали врачей себе, разыгрывая спектакль пострадавших. "Мой ребёнок плохо себя чувствует, его тошнит!" — причитала Гюнай, а Сулейман кивал, будто поддакивая в дурной пьесе. Но этот трюк, как вода в решете, не удержался: полиция быстро разобралась, кто тут агрессор.
46-летнего Сулеймана заключили под стражу через несколько дней, а 37-летней Гюнай досталась мера послабже — без изоляции. Следственный комитет возбудил дело по статьям "Покушение на убийство" (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ) и "Хулиганство" (ч. 1 ст. 213 УК РФ). Глава СКР Александр Бастрыкин взял расследование под личный контроль, и это стало для Мустафаевых как дамоклов меч над головой. Их маски слетели, а суд теперь решает их судьбу.
Суд в лицах: девочка против агрессоров
Волжский районный суд Саратова превратился в арену, где правда бьётся с ложью, как волны о скалы. На скамье подсудимых — Сулейман и Гюнай, чьи взгляды то гаснут, то вспыхивают вызовом. Потерпевшая, 15-летняя школьница, держится, как стойкий оловянный солдатик, рассказывая, как всё было. "Он наехал на меня самокатом, плевался, обзывался", — говорит она, и её слова — как нож в сердце тех, кто слушает. Полчаса издевательств от 6-летнего хулигана — и толчок, что стал спусковым крючком для ада.
Защита Мустафаевых, как заправские фокусники, пытается вытащить козырь из рукава. Адвокат Сулеймана выстрелил вопросом: "У тебя маникюр, длинные ногти — как взрослая женщина, а говоришь, косметикой не пользуешься?" Девочка, не моргнув глазом, ответила: "Нет". Судья снял вопрос, как сорняк с грядки, но адвокат пояснил: "Мой подзащитный принял её за взрослую". "Четыре удара — и она потеряла сознание", — добавил он, будто это оправдание, а не приговор. Зал замер, как перед грозой, а девочка, сжав кулаки, смотрит в пустоту.
Театр раскаяния: извинения Мустафаевых
Под конец заседания сцена сменилась, как в дешёвом водевиле. Сулейман Мустафаев, театрально приложив руку к сердцу, выдал речь, от которой брови полезли на лоб: "Я — не преступник, не наркоман, я законопослушный гражданин. Мы все можем ошибаться". "Простите меня, я очень сожалею", — добавил он, глядя то ли на суд, то ли в никуда, будто моля Бога о прощении. Гюнай, как эхо, подхватила: "Я нанесла ей неприятные ощущения, боль, извиняюсь", и её голос дрожал, как лист на ветру.
Но девочка, чьи глаза ещё хранят ужас той ночи, осталась холодна, как лёд. Извинения она не приняла, и её молчание — как громкий крик, что заглушил слова супругов. Судья кивнул, а зал зашумел: кто-то шептался о лицемерии, кто-то о запоздалом раскаянии. Процесс идёт дальше, и каждый ждёт, чем кончится эта драма, где слёзы ребёнка — как зеркало правды.
Эхо конфликта: другая история из Новосибирска
Пока Саратов гудит от дела Мустафаевых, в памяти всплывает другой случай — из Новосибирска. Там пара из Средней Азии набросилась на женщину, что сделала замечание их сыну за сломанные двери в подъезде. Малолетний вандал завопил, и на крик сбежались его родичи, как стая на добычу. "Русские женщины — свиньи и алкашки!" — орал мужчина, подзуживая жену: "Бей её!" Угрозы расправой, оскорбления — и всё на видео, что разлетелось по Сети, как пожар по сухой траве.
"Он сказал, что русские дети и женщины часто пропадают", — вспоминает свидетельница, и её слова — как холодный душ. По этому делу тоже открыли уголовку — "Угроза убийством" (ст. 119 УК РФ), и его взял под контроль глава СК. Два случая, две пары, одна суть: конфликт с детьми перерастает в ярость взрослых, а страдают невиновные. Самара и Новосибирск — как два зеркала, что отражают одну беду.
Что дальше: суд решает судьбу
Волжский суд продолжает разматывать этот клубок: показания свидетелей, экспертизы, споры адвокатов — всё, как в запутанном детективе. Сулейман под стражей, Гюнай на свободе, но под прицелом закона. Девочка с травмами тела и души ждёт справедливости, а её отец, чьё лицо каменеет на каждом заседании, молчит, но его взгляд говорит громче слов. Бастрыкин следит за делом, и это — как дамоклов меч над головами обвиняемых.
Извинения Мустафаевых, что прозвучали, как запоздалая молитва, не растопили лёд в сердце потерпевшей. "Мы все можем ошибаться", — сказали они, но эти слова тонут в памяти о криках "Я тебе горло буду резать". Суд идёт, и каждый его шаг — как шаг по минному полю: что будет с супругами, чья ярость чуть не унесла жизнь ребёнка?