«Ручей, который помнил время»
Лето 2003 года. Семья Воронцовых — Олег, Марина и их 12-летний сын Кирилл — приехали в деревню Горелово, чтобы спастись от городской жары. Дом, доставшийся от прадеда, стоял на окраине, у самого леса. Кирилл, любитель приключений, уже на второй день отправился исследовать окрестности.
Первая встреча с ручьём
За старым кладбищем, заросшим крапивой, он нашёл ручей. Вода в нём была неестественно синей, а камни на дне светились, будто под ними горели фонарики. Кирилл наклонился, чтобы потрогать воду, и услышал смех — звонкий, как колокольчик. Из-за поворота выбежала девочка в платье из прошлого века.
— Пошли играть! — крикнула она, исчезнув в кустах.
Кирилл вернулся домой поздно, мокрый до нитки.
— Где ты был? — всплеснула руками Марина.
— У ручья. Там девочка...
— Какая девочка? В Горелово дети не живут уже лет двадцать, — нахмурился Олег.
Дни, которые длились вечность
Каждое утро Кирилл убегал к ручью. Родители, занятые ремонтом дома, не замечали, как их сын всё чаще молчит за ужином, как его глаза становятся стеклянными. Однажды вечером он не вернулся.
20 лет поисков
Варвары — местные жители — шептались, что ручей «забирает тех, кто слишком долго слушает его песни». Олег и Марина не верили в сказки. Они обошли каждый сантиметр леса, наняли экстрасенсов, расклеивали листовки. Годы превратили их волосы в седину, но не погасили надежду.
Стук в дверь
2023 год. Октябрьский дождь стучал в окна. В дверь постучали три раза — робко, как ребёнок. На пороге стоял Кирилл. В той же красной куртке, с царапиной на щеке, которую он получил, упав с велосипеда за день до исчезновения.
— Мам? Пап? — его голос не изменился.
История Кирилла
Он рассказал, как в тот день пошёл к ручью в последний раз. Девочка — её звали Лидка — позвала его в игру: «Догони — узнаешь секрет!». Они бежали вдоль воды, пока лес не сменился полем с маками. Там стоял дом, точь-в-точь как их гореловский, но новенький, будто только построенный.
— Там не было времени, — Кирилл сглотнул. — Лидка сказала, что это место для тех, кого забыли. Её родители погибли на войне, а она убежала в ручей, чтобы не слышать, как бабушка плачет.
Каждый день он пытался вернуться. Но тропинка к дому зарастала маками, а Лидка становилась прозрачнее. «Нас отпускают, только когда кто-то вспоминает очень сильно», — сказала она в последний раз, толкая его в водоворот из синих струй.
Прощальное письмо
Утром Кирилл исчез. На столе лежал листок:
«Простите. Я не могу здесь. Вы стали другими, а я... я всё ещё там, у ручья. Лидка ждёт. Когда вспомните меня спокойно, не плача, я смогу вырасти. Но пока — я ваш мальчик. Люблю».
На подоконнике родители нашли засохший мак. А в лесу, у синего ручья, теперь иногда слышат два смеха — детский и девичий. Говорят, это «вечные» играют в догонялки, пока чьё-то сердце не позовёт их домой по-настоящему.