Первый геноцид в ХХ веке учинили турки: они уничтожили более миллиона армян. С 1915 по 1916 год по приказу правительства христианское национальное меньшинство было насильно депортировано из Анатолии на Ближний Восток. На деле это означало жестокое убийство мирных людей. Однако даже сейчас, спустя много лет после страшных событий, Турция не признает своей вины в преступлениях против человечности.
Почему Гарбис Хагопян не любит собак
Гарбис Хагопян не любит собак. С тех пор как на его глазах бродячие псы напали на его отца, умершего от истощения, он терпеть не может этих животных.
«Он всю еду отдавал мне, каждый мало-мальски съедобный кусочек, — говорит Гарбис. — Он пожертвовал собой, чтобы я выжил».
Мальчику было в то время восемь или девять лет, он точно не знает, ведь все документы их семьи пропали. Они потеряны где-то по дороге из их родной армянской деревни Чалгара под Бурсой в Западной Турции в далекий Моссул, который сейчас принадлежит Ираку.
По этой дороге в Османской империи во время Первой мировой войны шел караван смерти, малой частицей которого была семья Гарбиса Хагопяна.
История злоключения этой армянской семьи началась весной 1915 года, когда в их деревне появились турки в военной форме и приказали всем армянам собираться — их будут переселять. Хагопяны тоже принялись укладывать домашние пожитки.
В своей деревне Гарбис уже ходил в школу, он это помнит. И еще мальчик запомнил, что в сборном пункте в Кютайе, куда они долго шли пешком, он первый раз в жизни увидел покойников — двух армян, умерших от голода и жажды.
Никто не заботился о тысячах депортированных, которые пришли туда из разных мест и должны были ждать дальнейших распоряжений турецких властей — под открытым небом, на голой земле.
Потом начальники велели выстроиться в колонну и идти на юго-восток.
Они шли несколько недель, в жару, под палящим солнцем, по пыльной дороге и по горным тропам, через каменистое плоскогорье, где совсем нет лесов. Караван растянулся на несколько сотен метров, но с каждым днем становился все короче и короче. Обессилевшие люди падали на дорогу и оставались умирать.
Мальчик видел ужасающие сцены, врезавшиеся в память на всю жизнь. На караван депортированных армян нападали турки и курды, избивали и грабили несчастных переселенцев, топтали ногами беременных женщин, чтобы убить их не рожденных детей.
На подходе к Алеппо (теперь это город в Сирии) турецкие жандармы разделили караван: дальше мужчины и женщины шли отдельно. Гарбис больше никогда не видел свою мать и сестру.
Гарбис, его отец и вторая сестра дошли до окрестностей Моссула. Там остатки армянских колонн распределили по арабским деревням. Из них троих выжил только мальчик, потому что одна арабская семья взяла его к себе в дом в услужение.
В 1918 году США, Великобритания и Франция победили Османскую империю, бывшую во время Первой мировой войны союзницей Германии. Только тогда страдания армянского мальчика Гарбиса Хагопяна закончились.
Британские войска — индусы-кавалеристы — торжественно вошли в Моссул, щедро разбрасывая конфеты изголодавшимся ребятишкам. Гарбис Хагопян до сих пор вспоминает этот день как один из самых счастливых моментов своей жизни.
Он давно живет в Париже и часто рассказывает об исторических событиях, которые ему довелось пережить. Гарбис Хагопян — один из немногих, кто выжил и может свидетельствовать о первом геноциде ХХ века — об истреблении армян в Османской империи 90 лет назад.
Век массовых убийств
Общественно-политическое движение младотурков состояло из ориентированных на Запад офицеров и чиновников. Они объединились вокруг военного министра Энвер-паши и министра внутренних дел, впоследствии — великого визиря Талаат-паши.
Младотурки мечтали о «великой Турции» без значительных национальных меньшинств и беспощадно претворили в жизнь свой замысел.
Вечером 24 апреля 1915 года в Константинополе (как тогда назывался Стамбул) полиция арестовала 235 армянских политиков, банкиров, журналистов, ученых. Этот день остался в памяти армян как начало геноцида. Мужчин затолкали в красные военные автобусы и на следующий день вывезли из города и почти всех убили. Энвер и Талаат оставили армянское меньшинство без руководителей.
В 1915 году в Османской Турецкой империи насчитывалось два миллиона христиан, принадлежавших к православно-григорианской церкви. Большинство из них составляли крестьяне и ремесленники, жившие в Анатолии, где армяне поселились более 3 000 лет назад. За прошедшие тысячелетия многие армяне переселились в прибрежные районы и занялись торговлей.
К концу Первой мировой войны в районах, где раньше было сосредоточено большинство армянского населения, армян не осталось совсем.
Что с ними произошло, объяснили не только выжившие армяне, но и медицинские сестры, техники, дипломаты и немецкие офицеры, служившие в качестве военных советников в союзной Османской империи.
Монахиня Альма Йохансон из сиротского приюта Немецкого благотворительного общества добрых дел на Востоке осенью 1915 года сделала запись о депортации в Муше (городе на территории Западной Армении): «В наших домах никого не было. Нам дали двух жандармов для защиты, и они нам такое рассказывали, что волосы вставали дыбом. Мужчин, которых не убили сразу, вывели за город и там расстреляли. Сотни женщин с детьми загнали в соседние деревни, затолкали в дома и сожгли заживо».
Немецкий консул Вильгельм Литтен сделал подробные записи о том, что он видел 31 января 1916 года на дороге между Дейр-эр-Зор и Тибни (в сегодняшней Сирии):
«2 часа. Пять свежих могил. Справа: одетый мужчина. Половые органы обнажены.
2.05. Справа: голый по пояс мужчина, половые органы обнажены и окровавлены.
2.07. Справа: сильно разложившийся труп мужчины.
2.08. Справа: мужчина, полностью одетый, на спине, рот широко раскрыт, голова запрокинута назад, искаженное болью лицо.
2.10. Мужчина, нижняя часть тела одета, верхняя отгрызена.
2.25. Слева на дороге: женщина, лежащая на спине, нижняя часть тела отгрызена, только бедренные кости торчат из-под платка».
Действия властей в Константинополе, где главную роль играл умный и неразборчивый в средствах Талаат, современники характеризовали как отказ от цивилизации. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, который в 1915 году был военным министром, писал о «гнусном массовом убийстве»...
ХХ столетие началось с больших надежд. Люди верили в наступление золотой эры прогресса и благосостояния. Геноцид армян подорвал эту веру и стал ключевым событием, запечатлевшим ХХ век как век массовых убийств и преступлений против человечности.
За большинство преступлений, совершенных в отношении армян, никто не понес наказания. Под давлением победивших стран Антанты турецкие суды приговорили к смерти 17 ответственных за преступления лиц из окружения Талаата, но почти все они избежали казни, поскольку им удалось совершить побег из тюрьмы. Некоторые из приговоренных к смерти впоследствии стали министрами.
Турция для турок
В 1926 году главный идеолог нацистов Альфред Розенберг расхваливал младотурок как верных союзников.
В 1939 году Гитлер выступал перед руководством вермахта и решительно отверг возможные возражения против массовых убийств польского мирного населения, сославшись на недавнюю историю: «Кто сейчас вспоминает об уничтожении армян?»
Руководящие младотурки маскировали геноцид под обусловленное военной необходимостью переселение, при котором умерло какое-то незначительное количество людей. Немецкие дипломаты уже в разгар событий называли эти отговорки «грубой ложью».
Армянских мужчин по большей части убивали на месте, а немногих уцелевших вместе с женщинами и детьми депортировали сначала в Алеппо, потом — в сирийские и месопотамские пустыни.
Примерно 200 000 армян стали жертвами резни, еще 400 000 умерли по дороге или в лагерях под открытым небом.
После поражения в войне министр внутренних дел сообщил, что жертв было 800 000.
По подсчетам немецкого посольства в Константинополе, армян погибло в два раза больше.
Современные армянские историки и политики тоже считают, что турки убили почти полтора миллиона армян...
Как ни странно, Османская империя на протяжении столетий относилась к религиозным меньшинствам не хуже, а зачастую и лучше, чем европейские монархии.
Равных с турками прав христиане и иудеи, конечно, не имели. Однако эти религиозно-этнические группы сумели воспользоваться подъемом экономики, а в некоторых отраслях они практически доминировали.
У турецкого населения это вызывало недовольство и зависть. В последних десятилетиях XIX века в Османской империи уже были кровавые армянские погромы, когда было убито по меньшей мере 200 000 армян.
Европейские соперники Блистательной Порты (в особенности Россия, в которой проживал миллион армян) использовали угнетение христиан в качестве предлога для ослабления отсталой Османской империи. Армянское меньшинство стали считать «пятой колонной Москвы».
Решение так называемого армянского вопроса наметилось только тогда, когда в 1908 году пришли к власти младотурки. Многие из будущих убийц жили во времена султаната в эмиграции, в Париже. Движение, получившее свое название от парижской эмигрантской газеты La Jeune Turquie — «Молодая Турция», стремилось спасти от упадка Османскую империю путем модернизации этой отсталой страны по западному образцу.
Младотурки поначалу не высказывали свою позицию по отношению к требованию самоуправления Армении.
Однако к 1913 году самозваные реформаторы упустили из-под своей власти почти все европейские территории империи — Болгарию, Боснию-Герцеговину, Крит. Жившие там мусульмане были изгнаны местным христианским населением.
Опасение, что российский император использует армянский вопрос, чтобы отколоть от Турции Анатолию, подхлестывало панические настроения.
Тут-то и всплыло на поверхность наследие, привезенное младотурками из эмиграции, — мечта об этнически однородном национальном государстве. У них была неотступная мысль, как отмечала позднее турецкая писательница Халид Эдип Адивар, что «турки должны истребить других, чтобы предотвратить истребление собственного народа».
«Опухоль», подлежащая удалению
Идеологи младотурок пропагандировали великое государство всех тюркских народов, от Фракии до Китая. Но армяне мешали, потому что их область проживания, расположенная по обе стороны границы с Россией, рассекала территории, населенные мусульманами.
«Мы покинули Балканы, значит, должны расширить свои владения на Востоке, — объяснял позднее армянам турецкий генерал Мехмед Вехиб. — Наши братья живут в Дагестане, Туркестане и Азербайджане. Вы, армяне, нам мешаете, вы должны потесниться и уступить нам место».
Историки не пришли к единому мнению, было ли решение об уничтожении армян принято до Первой мировой войны. Многие документы исчезли. Но кое-какие указания на это есть. В частности, младотурки в своей среде называли армянский народ «опухолью» и «очагом болезни», который подлежит удалению.
Важнейшие решения принимал центральный комитет партии младотурок, состоявший из 12 человек. Некоторые историки полагают, что вначале планировали не геноцид, а переселение, какое практиковал в своей империи и русский царь во время Первой мировой войны...
Турки на протяжении всей истории Османской империи стремились выселить национальные меньшинства из стратегически важных районов.
Осенью 1914 года начались выселения армян и разоружение армянских солдат, которые пока укладывались в рамки обычной практики военного времени, хотя и проводились бесцеремонно и жестоко.
К весне 1915 года военное положение ухудшилось. На Востоке османские солдаты бежали под натиском русской армии, а 19 февраля 1915 года англичане начали наступление на Дарданеллы. Падение Константинополя казалось неизбежным. В столице стояли железнодорожные составы, подготовленные для бегства Талаата.
Паника была напрасной. Вскоре ситуация на фронте изменилась в пользу турок, но испуганное воображение продолжало искать повсюду измену и заговоры.
Самыми подходящими кандидатами на роль внутренних врагов Турции стали, как обычно, армяне.
Хотя только немногочисленные представители армянского народа восстали против османского господства, организовали военный лагерь и воевали на стороне России, ненависть турецкой элиты к армянам выросла до размеров навязчивой идеи.
«Внутреннего врага нужно бояться так же сильно, как внешнего», — внушал Бахеддин Шакир, один из организаторов геноцида. Он приказал изгнать армян из стратегически не важных районов и убить их.
Осуществление массовых убийств было поручено специальным командам — военизированным отрядам, сформированным из уголовников, курдов и турок, изгнанных с территорий Османской империи в Европе...
Распродажа рабов и имущества
Теперь трудно установить, в какой мере геноцид армян был запланирован правительством, и в какой мере события вышли из-под контроля центральной власти.
Немецкие нацисты убивали еврейских детей и тех евреев, которые перешли в христианскую веру. Турки и курды поступали иначе: армянских детей они нередко заставляли переходить в ислам, и женщинам, принявшим мусульманскую веру, тоже сохраняли жизнь.
Обращенных в мусульманство пленников заставляли работать и держали впроголодь.
Жандармы, сопровождавшие колонны депортированных армян, продавали девочек и молодых женщин курдам или туркам в гаремы.
Сотрудники Красного Креста сообщали из Кемаха, что колонну при входе в город остановили, пришли турки и забрали детей. Они описывали настоящий рынок рабов, с тем только отличием, что там никто не платил.
Как бы то ни было, геноцид армян пережили главным образом уведенные в рабство дети.
В отличие от политики немецких фашистов, действия младотурок по отношению к армянскому меньшинству не были продиктованы расистским радикализмом и не подчинялись рациональному порядку индустриального государства. Для современных турецких историков это очень важное обстоятельство.
Моральная оценка от этого не меняется, ведь многие турки и курды так же обогатились за счет убитых армян, как немцы в результате холокоста.
Распродажа имущества депортированных армян живо напоминает аукционы в Гамбурге, на которых продавались вещи из квартир выселенных евреев.
Младотурки постановили, что армяне могут забрать с собой движимое имущество. Многие христиане пытались продать свои дома и мебель, а их соседи пользовались случаем и скупали все за бесценок. Османское правительство, местная элита и простой народ устроили позорную грызню из-за оставленного выселенными армянами имущества.
На смертном пути в изгнание ограбление продолжалось.
Гарбис Хагопян рассказывает, что жители всех деревень, через которые проходила колонна депортированных, в которой шла их семья, с жадностью набрасывались на армян, раздевали и обыскивали, отбирали все, что хотели. Грабители часто избивали, пытали и резали ножами людей, подозревая, что те проглотили золото и драгоценности.
Можно только приблизительно оценить общую стоимость награбленного у армян имущества. По данным Версальской мирной конференции, эта сумма может доходить в пересчете до пяти миллиардов евро.
Одобрено народом
В Турции до сих пор воздерживаются от открытого обсуждения коллективной ответственности за геноцид армян.
Документы времен Первой мировой войны доказывают, что турецкое население одобряло геноцид. Речь идет о крайне неприятных для Анкары исторических источниках, которые никак нельзя объявить армянской пропагандой.
Например, немецкий вице-консул в Моссуле Вальтер Хольштайн наблюдал, как жандармские патрули в Дийярбакире и в Мардине призывали народ убивать армян. Хольштайн ехал на юг от Нусайбина и на всем пути видел, как «магометане бегали с короткими изогнутыми саблями и искали эрмен — армян».
Служащий Багдадской железной дороги Шпикер описывал, как «ежедневно гражданские лица убивают армян и оставляют их трупы лежать в придорожных канавах».
Массовые изнасилования были повседневной реальностью в колоннах депортированных армян.
Немецкий служащий передавал рассказ знакомого армянина о том, что в Алеппо «каждую четвертую женщину изнасиловал сопровождающий жандарм, курд или турок. Днем и ночью женщин оттаскивали от колонны и насиловали». В каждой деревне, через которую проходила колонна, женщин хватали местные турки и насиловали их...
Несмотря на разгул безнаказанного насилия, некоторые турки, курды и арабы помогали армянам, прятали их в своих домах.
Чтобы противостоять истреблению христиан в Турции, требовалось не меньшее мужество, чем немцам в Третьем рейхе, которые скрывали у себя евреев или пленных, бежавших из лагеря.
Кто помогал армянам, рисковал не только своим имуществом, но и жизнью. Талаат приказал казнить даже губернаторов и государственных советников, которые не выполняли распоряжение о депортации армян.
Дети и внуки немногочисленных выживших армян спрашивали их, почему они не защищались, не протестовали, не бежали из неволи. Ведь колонны депортированных сопровождали горстки жандармов.
Некоторые армянские деревни действительно организовали вооруженное сопротивление, но это были исключительные случаи.
Хагопян вспоминает, что люди в его колонне «шли, как бараны на бойню». Но разве они могли бежать? Женщины с детьми, старики, слабые, больные, безоружные, ослабевшие от голода и мучений, в незнакомых местах, в горах и пустыне?
Месть на улице Берлина
В начале лета 1915 года была только одна сила, способная остановить геноцид армян, — Германская империя.
Германия стала важнейшим союзником Османской империи в 1882 году. Немцы начали сотрудничество с военной помощи и содействия в модернизации армии.
В турецкой армии во время Первой мировой войны служило 800 немецких офицеров и несколько тысяч солдат. «Все, что они (турки) могут, — это наша работа, наши офицеры, наши орудия, наши деньги, — заявил немецкий посол в Константинополе граф Пауль Вольф Меттерних. — Без нашей помощи Турция лопнет, как надувшаяся от важности лягушка».
Дипломат настаивал в Берлине, чтобы немецкое правительство положило конец убийствам армян в Турции. Однако Вильгельм II не хотел осложнять отношения с союзниками.
Рейхсканцлер Теобальд фон Бетманн Хольвег написал на служебной записке Меттерниха: «Наша единственная цель — удержать Турцию до конца войны на нашей стороне, независимо от того, погибнут армяне или нет».
Турецкие преступники во время войны и после ее окончания пытались переложить на немцев главную ответственность за свои преступления. Младотурки, как отмечали немецкие дипломаты и сам посол Меттерних, высказывались в том смысле, что они «убивали в соответствии с пожеланиями немцев».
Отдельные немецкие офицеры действительно согласились с депортацией армян из района военных действий. Некоторые даже приветствовали геноцид. Немецкий военно-морской атташе в Константинополе Ганс Хуман назвал действия турецких властей «жесткими, но целесообразными».
Хуже всего то, что немецкие офицеры, составлявшие часть османских вооруженных сил, принимали непосредственное участие в убийствах.
До сих пор достоверно не доказано, что руководство Германской империи толкало младотурок на истребление христианского меньшинства. В немецких внутренних документах встречаются в одинаковом количестве антиармянские высказывания и выражения сочувствия преследуемым.
Однако после окончания войны берлинские власти помогли многим младотуркам скрыться от победителей.
Министр внутренних дел Талаат прятался в центре немецкой столицы. Он признался писателю Эдипу Адивару: он «готов умереть за то, что сделал», и «он знает, что он за это умрет». В 1921 году Талаата застрелил молодой армянин на улице Хардербергштрасе.
В зале суда сидел тогда студент-юрист еврейского происхождения Роберт Кемпнер. Он отметил: в этом деле впервые был применен закон о том, что «преступление против человечности может быть прекращено иностранным государством». И еще: «в данном случае речь не идет о недопустимом вмешательстве во внутренние дела другого государства».
Когда в Германии пришли к власти нацисты, Кемпнер эмигрировал в США. В 1945 году он вернулся назад — в качестве помощника главного обвинителя со стороны американцев на Нюрнбергском процессе по делам военных преступников.
Фёдор Шорыгин, переводчик
По материалам журнала "Шпигель"