Эту идею предложил муж. Уж не знаю, как пришла ему в голову такая мысль: то ли надоели мои постоянные просьбы посидеть по вечерам с малышом, чтобы я хотя бы в душ могла сходить или поесть нормально – впервые за весь день. То ли услышал где-то и загорелся… хотя вряд ли, он у меня ко всему новому относится скептически. А мужей, сидящих в отпуске по уходу за ребенком, пока жена работает, да еще за таким маленьким, в России пока немного. Да что там, по пальцам пересчитать. Среди наших знакомых, пожалуй, и нет никого. Да и бабушки наши – моя мама и мама Игоря – отнеслись к этой идее скептически.
– Дурью маетесь, – фыркнула свекровь, услышав от сына восторженный рассказ.
Моя мама была более деликатной.
– Сонечка, а ты уверена, что Игорь… ээээ… справится?
– Почему нет? – удивилась я, хотя в глубине души побаивалась того же. – До работы мне близко, в обед могу прибегать Егорку кормить. Да и сцедиться всегда можно. Егорке, в конце концов, пятый месяц.
Пятый-то пятый, но рос наш сынок о-о-ой каким беспокойным. Плакал и днем, и ночью, вернее, не то чтобы плакал, а просто требовал, чтобы его не спускали с рук. Возьмешь на руки – молчит, положишь в кроватку – орет. Надо ли говорить, что сделать что-то по дому или даже просто поесть в таком режиме затруднительно?
Вот и получилось: в квартире творится черт те что, пыль не вытирается неделями, еда… если успею, приготовлю, если нет – пельмени из магазина или яичница мужу на завтрак… это Игорю-то, который привык к разнообразному меню из трех блюд, не меньше. Готовила я всегда хорошо, и порядок в доме был, и рубашки чистые у Игоря в шкафу всегда висели. Но если с едой еще худо-бедно выручали те же сердобольные бабушки, не могущие смотреть, как их дети «голодают», то порядок в доме… м-да.
К тому же, мы оба хронически не высыпались.
Одним словом, Егорке исполнилось только четыре месяца, а мы с Игорем вымотались уже оба. И оба были, признаться, на грани того, чтобы разойтись. Ибо скандалы в нашем доме достигли апогея.
– Чем ты занимаешься? – удивлялся Игорь в ответ на мои жалобы. – Ты же дома сидишь.
– Ага, сидишь! Тебе бы такое сидение! Да я с ног валюсь, поесть за весь день не успеваю. А ты не можешь за продуктами по дороге с работы зайти!
– А ты с коляской, когда гуляешь с Егоркой, разве не можешь? Тебе проще, в дневное время нет очередей.
– С ребенком в душном магазине стоять? Да там полно всякой заразы летает!
– Да тебе просто не хочется или лень!
– Лень? А ты сам-то пробовал с орущим младенцем в них постоять?
– А ты меня не подлавливай…
– А ты…
Ну, и по кругу, по кругу. Что я вам рассказываю…
И тут кто-то на работе предложил мужу такой вот выход: оформить отпуск вместо жены. Сейчас это делается относительно просто и вполне законно.
А он предложил его мне. Я была ошарашена – вначале. А потом… потом, подумав, согласилась. Шеф ждет не дождется, когда я вернусь – к своим двадцати девяти годам я была на очень хорошем счету в фирме и заслужила репутацию крепкого специалиста, «без которого, Сонечка, все разваливается, видишь же – мы без тебя зашиваемся. Давай, откармливай свое чадо быстрее и выходи. Место за тобой держим. Но, сама понимаешь, желающих на него много».
Я понимала. И ухватилась за идею. Мне и самой хотелось сбежать уже хоть куда-нибудь из этого домашнего кошмара.
Вскоре после того разговора с мужем я услышала его беседу по телефону с Никитой – закадычным другом Игоря.
– Представляешь, моя жена согласилась выйти на работу, а я с той неделе буду в декрете отдыхать! – радовался муж, который даже не подозревал, что его ждет совсем скоро.
Я хмыкнула. Ну-ну… посмотрим, надолго ли его хватит.
Отпуск мы оформили, я обрадовала шефа новостью о возвращении. Пришлось купить и новую одежду – после появления малыша я ни во что не влезала. До работы от дома действительно было близко: вот оно, преимущество небольших городов, да и повезло мне, поэтому держалась я за это место всеми конечностями. Игорь остался «сидеть дома» с Егоркой.
Сначала все как-то устроилось. Я действительно сцеживалась, а еду нам с мужем иногда готовила после работы. Вначале. Если не сильно уставала. А на все более частые жалобы Игоря, что он не успевает, и его требования обеспечить нас с ним горячим ужином все чаще отвечала:
– Я работаю. А ты дома сидишь. Вот возьми и приготовь.
В конце концов – ожидаемо – разразился скандал.
В тот вечер я вернулась домой позже обычного, невероятно уставшая, промокшая и замерзшая, позже обычного почти на два часа. Осень стояла промозглая, лили дожди, на работе уже отключили отопление. И день выдался настолько тяжелым и сложным, и маршрутку я ждала почти полчаса под проливным дождем. Все, о чем мечтала, – горячая ванна, еда, хоть какая-нибудь и постель.
Обычно, едва придя домой и вымыв руки, я бросалась к Егорке. Успевала ужасно соскучиться за день по ребенку, забирала его у Игоря сразу, а потом уже ужинала. Но в тот вечер, едва услышав за дверью детский крик, испытала не обычное умиление, а раздражение.
– Игорек, – измученно простонала я, когда муж попытался по обыкновению вручить мелкого мне, – давай не сейчас, а? У нас есть что-нибудь поесть?
– Я не успел ничего приготовить. Свари себе пельменей, – на удивление зло ответил он.
Пельмени, горячие, сытные – это, конечно, вещь. Но их же еще варить нужно. А на Игоря, видимо, рассчитывать не приходилось.
– Сделай, а? – попросила я. – Я так устала….
– На, – он сунул мне малыша. – Пойду сварю.
Так… штаны у гражданина Егория ожидаемо мокрые. Я сунулась в шкаф в поисках чистых. И чистых нет.
– А что, у Егора штанов не осталось?
– Да! – все с тем же непонятным вызовом отозвался мой замученный нянь. – Я не успел постирать!
– Слушай, чем ты занимался весь день? – возмутилась я. – Ладно ужин, но уж штаны-то… в машинку сунуть и кнопку нажать – сложно?
Так, в кухне – бардак, в раковине – гора немытой посуды, крошки на столе и пятна пролитого молока.
– Игорек, – простонала я. – Что у вас тут творится? Ты бы хоть посуду в раковину свалил, ладно помыть, да стол вытер!
– Слушай, мне это надоело! – взорвался Игорь. – Посуда, ужин, чистые штаны… Это женская работа! Почему я-то должен ее делать?
– А кто? – возмутилась я.
– У нас женщиной до сих пор была ты, – ехидно сказал он. – Ладно, мелкий на мне. Но еда, порядок дома и стирка – это всегда было твоей работой.
Я демонстративно плюхнулась на диван.
– А теперь, милый, это твоя обязанность. Потому что дома сидишь, – я выделила это слово, – ты, а не я. И значит, работа по хозяйству – твое дело. Мое – деньги зарабатывать. Они, знаешь ли, непросто даются.
– Да чтоб я, мужик, грязные штаны стирал и у плиты стоял!
– Но ведь я же стираю. Чем ты хуже?
– Это не мое дело!
– Теперь – твое. Мы поменялись ролями, если ты не забыл. По твоей, между прочим, инициативе!
– Я на ребенка подписывался, а не на это все! И зачем мне жена, которая только работает, а по дому ничего сделать не может? Я мужик или кто, в конце концов?
– Мужик, значит? – ехидно прищурилась я. – А ты думал, все так легко и просто? Думал, просто так я уставала так, что хотелось из дома бежать? Думал, ты один выматываешься, не высыпаешься и трудно тебе? Нет, милый мой. Зато поймешь теперь, каково нам «отдыхать дома».
– Ах ты… – взорвался Игорь.
Ну, в общем, слово за слово, поругались мы знатно. Егор тоже подбавил масла в огонь, раскричавшись на руках у отца; еще б не кричать – напугали маленького. В конце концов, Игорь демонстративно хлопнул дверью, а я стала успокаивать мелкого. Да и есть все-таки хотелось…
Вернувшись через два часа блуждания по улицам, муж потребовал: меняем все обратно. Он выходит на работу, а я сажусь в отпуск по уходу за малышом.
– Еще чего, – фыркнула я. Я уже поела, Егор, накричавшись, уснул, и я спокойно выпила чаю, поэтому настроена была более благодушно. Но решительно. – Меня, например, все устраивает. Подписался – теперь работай. – И добавила про себя еле слышно: – Может, поймешь, как дети даются.
…Я, кстати, довольно быстро пошла на повышение. Шеф был доволен моей работой, поговаривал об увеличении зарплаты. Игорю придется, отсидеть до полутора Егоркиных лет. А там посмотрим – или в ясли отдадим, или бабушки придут на подмогу… мать Игоря как-то вскользь обмолвилась, что, наверное, скоро выйдет на пенсию. Словом, поглядим.
Но назад я в любом случае не хочу. Да и есть ведь теперь семьи, где жена работает, а муж занимается детьми и хозяйством. Правда, ужин мы теперь готовили по очереди, но стирка, малыш, уборка дома и в целом домашнее хозяйство были теперь на Игоре. И ничего, научился. Справляется, хотя и ворчит.
Правда, недавно я слышала, как Игорь жаловался по телефону своему Никите. Тяжело, мол, устает, думал, «малышовый» отпуск – это просто дома прохлаждаться и жизнью наслаждаться. Ага, наивный. Ничего, ничего, зато к сыну крепче привяжется; они так здорово стали ладить – любо-дорого посмотреть. Аж душа радуется, когда видишь, как вечерами играют и хохочут вместе.
Правда, недавно Игорь еще раз предлагал поменяться обратно. Я не согласилась.
Меня-то все устраивает.
А вы бы согласились? А?