7 августа 1938 года Комитет Обороны СССР принял постановление «О системе танкового вооружения», в котором содержалось требование менее чем за год – к июлю 1939 года – разработать новые образцы танков, отвечавших условиям будущей войны по вооружению, бронированию и маневренным качествам. В соответствии с этими требованиями в нескольких конструкторских бюро началась разработка новых танков.
На Ленинградском заводе опытного машиностроения № 185 имени С.Кирова бригадой конструкторов под руководством С.Гинзбурга велось проектирование легкого танка сопровождения пехоты «СП». Летом 1940 года этот танк – объект 126 – был изготовлен в металле. По своей броневой защите он был равноценен среднему танку Т-34 – его корпус сваривался из броневых листов толщиной 45 мм, за исключением 20 мм днища и крыши. Лобовые, верхние бортовые и кормовые листы корпуса имели углы наклона 40-57 град.
В верхнем лобовом листе находился люк механика-водителя. В его крыше был смонтирован прибор наблюдения. Слева от люка в шаровой установке располагался 7,62 мм пулемет ДС-39, огонь из которого вел стрелок-радист. Напротив его рабочего места также имелся прибор наблюдения. Еще два прибора были смонтированы в лобовых скуловых листах.
В сварной граненной башне размещалась 45 мм пушка обр.1934 г. И спаренный с нею 7,62 мм пулемет ДТ. В крыше башни имелся прямоугольный люк для посадки экипажа, а в кормовой стенке – круглый люк для демонтажа пушки. В крышке этого люка и стенках башни были прорезаны отверстия для стрельбы из личного оружия. По периметру крыши башни располагались четыре прибора наблюдения, а в крыше люка была смонтирована командирская панорама. Таким образом, по обзорности объект 126 оставил далеко позади Т-34.
На танке устанавливался двигатель В-3 – шестицилиндровая версия дизеля В-2. При мощности 250 л.с. он позволял 17-тонной машине развивать скорость до 35 км/ч. Емкость топливных баков в 340 л обеспечивала запас хода по шоссе до 270 км.
Ходовая часть танка состояла из шести необрезиненных сдвоенных опорных катков малого диаметра на борт, трех необрезиненных поддерживающих катков, ведущего колеса заднего расположения, направляющего необрезиненного колеса. Опорные катки имели внутреннюю амортизацию. Гусеничная цепь мелкозвенчатая, цевочного зацепления, с открытым шарниром. Особенностью ходовой части машины была торсионная подвеска.
В корпусе танка рядом с местом стрелка-радиста находилась радиостанция 71-ТК-3 со штыревой антенной. Боекомплект пушки и пулемета состоял из 150 выстрелов и 4250 патронов.
В 1940 году танк неплохо показал себя на заводских и войсковых испытаниях. Однако Государственная комиссия предложила снизить массу танка до 13 т за счет уменьшения толщины брони с 45 до 37 мм. Отмечалась и стесненность рабочих мест членов экипажа. Последний недостаток попытались устранить на втором образце танка – пулемет ДС-39 был изъят, а его амбразура закрыта броневой крышкой на болтах. Кроме того, предприняли шаги для снижения износа гусениц, заменив необрезиненные опорные катки обрезиненными.
Осенью 1940 года объект 126 передали на Ленинградский машиностроительный завод № 174 имени К.Ворошилова, где на его основе в короткий срок группой конструкторов под руководством И.Бушнева и Л.Троянова был разработан новый вариант легкого танка – объект 135. Активное участие в проектировании принимали С.Гинзбург и Г.Гудков. По другим данным, эта машина разрабатывалась параллельно с объектом 126, и ей было отдано предпочтение из-за лучших тактико-технических характеристик. В январе 1941 года танк изготовили в металле. После успешно пройденных заводских и государственных испытаний под индексом Т-50 в феврале 1941 года он был принят на вооружение Красной Армии.
По конструкции и внешнему виду танк Т-50 сильно напоминал 126-й, но, вместе с тем, имел и существенные отличия, поскольку создавался с учетом опыта боевого применения танков в финской войне и результатов испытаний в СССР немецкого танка Pz.III, проводившихся летом 1940 года. Листы корпуса Т-50 соединялись сваркой и располагались под большими углами наклона. Максимальная толщина лобовой и бортовой брони корпуса и башни была уменьшена с 45 до 37 мм. Кормовой лист корпуса стал 25 мм, а толщина крыши и днища уменьшилась до 15 мм. В верхнем лобовом листе с незначительным смещением влево от продольной оси танка находился люк механика-водителя со смотровым прибором, курсовой пулемет отсутствовал. Еще два прибора наблюдения, как и у 126-го, устанавливались в лобовых скулах корпуса. Сварная башня обтекаемой формы напоминала башню танка Т-34, но была рассчитана на трех членов экипажа.
В задней части крыши башни была установлена командирская башенка, восемь смотровых щелей которой закрывались броневыми заслонками. В башенке имелся небольшой лючок для сигнализации. Для посадки членов экипажа в башню предназначались два прямоугольных люка в крыше. Дверца в кормовом листе служила для демонтажа пушки. В бортах башни располагались приборы наблюдения наводчика и заряжающего, закрываемые круглыми броневыми крышками.
Не совсем типичным для советских танков был состав вооружения. С 45 мм пушкой (не без влияния Pz.III) были спарены два 7,62 мм пулемета ДТ. Радиостанция 9Р размещалась в башне танка рядом с местом командира.
За счет уменьшения толщины броневых листов, внедрения принципа дифференцированного бронирования, позволивших снизить массу танка до 13,8 т, и установки двигателя В-4 мощностью 300 л.с. удалось добиться существенного прироста скорости – с 35 км/ч у объекта 126 до 52 км/ч у Т-50, два топливных бака общей емкостью 350 л обеспечивали запас хода по шоссе до 344 км.
В ходовой части были применены опорные катки с внутренней амортизацией и индивидуальная торсионная подвеска.
Серийный выпуск Т-50 планировался на заводе № 174, поэтому с 1 января 1941 года производство Т-26 на нем было прекращено. Однако перестройка производства для технологически более сложного Т-50 шла очень медленно, серьезные трудности возникли и с освоением выпуска на Харьковском заводе № 75 дизельного двигателя В-4. А ведь танком Т-50 предполагалось заменить в войсках Т-26, и по первоначальному плану перевооружения автобронетанковых войск Красной Армии он должен быть самым массовым (первый заказ на Т-34 составлял – 600 машин).
О боевой судьбе танков Т-50 информации очень мало. Тем не менее, известно, что в августе 1941 года в 1-й танковой дивизии, дислоцировавшейся в Ленинградском военном округе и принимавшей участие в боях в районе Кингиссепа имелось 10 танков этого типа. Осенью 1941 года несколько Т-50 находились в составе войск 7-й армии, оборонявшейся на Петрозаводском направлении. В ходе этих боев одна машина была захвачена финнами и эксплуатировалась вплоть до конца 1954 года. Что касается Красной Армии, то один танк Т-50, числился в составе 5-й гвардейской танковой бригады еще в 1943 году. Достоверных сведений о том, как показали себя Т-50 в боевых действиях нет. Однако нет никакого сомнения в том, что из трех современных советских танков, принятых на вооружение накануне второй мировой войны, Т-50 оказался наиболее конструктивно отработанным и сбалансированным, оптимальным по совокупности боевых и эксплуатационных качеств. По вооружению, бронированию и подвижности он превосходил или же не уступал германскому среднему танку Pz.III, будучи значительно меньше его по габаритам и боевой массе.
В 1941 году в рамках технических требований к Т-50 Ленинградский Кировский завод в инициативном порядке разработал и изготовил объект 211 (ведущий конструктор А.Ермолаев). Сварной корпус боевой машины имел суженную носовую часть с «фирменным» кировским люком-пробкой механика-водителя, сварная башня обтекаемой удлиненной формы, вооружение и силовая установка – идентичные танку Т-50 завода № 174. С началом войны работу над объектом 211 на Кировском заводе прекратили, а единственный изготовленный образец принял участие в обороне Ленинграда.
Некоторые танки Т-50 воевавшие на Ленинградском фронте, в процессе войскового ремонта были оборудованы дополнительными броневыми экранами.