Вчера один читатель обвинил меня в любви к "хрусту французской булки". За что ему поклон и спасибо.
Только это выражение из ностальгической песенки так укрепилось в мозгу, стало надоедливо там жужжать, что избавиться от него трудно. Остаётся одно: написать, что я на этот счёт думаю и забыть.
Тут же вспомнилась одна забавная история, как моя покойная ныне тёща , жена академика, заявилась незвано на мой день рождения. Может она и не знала, но припёрлась. Она такие гадости очень любила, в определённом смысле тем и жила. Мои гости радостно выпивают, стол ломится, я - такой: - проходите мол, садитесь! А она села на маленькую скамеечку возле входной двери, на которой обычно обувалась моя дочка, и говорит таким скромно-жалобным сиротским голосом: - да мне ничего не надо, разве только кусочек чёрного хлеба!
На минуту образовался вакуум тишины, гостям стало неудобно, что когда они тут жрут и пьют, хозяин морит голодом эту несчастную женщину. Впрочем, друзья мои такие фокусы видели насквозь и уже скоро раздался звон бокалов и радостный смех.
Некоторые люди не могут вместить в себя любовь к хорошим вещам. Они им претят. Вместо того, чтобы признаться, что любят выпить и вкусно покушать, рассказывают какие они скромные в быту и умеренные. Ругаются на красивую одежду и дорогие машины, считая их порождением сатаны и прямой дорогой в ад. Рассказывают, что "наши" ценности - особые и неповторимые, а чужие - неправильные и вредные. Они явно не читали труд товарища Энгельса "Происхождение частной собственности, семьи и государства", откуда бы узнали, что у всех всё одинаково.
В моём детстве существовала советская "французская" булка. Она стоила 7 копеек и всякий мог её купить. Куда и почему она исчезла я не знаю, наверное, именно тогда и появился первый человек, обративший внимание, что булка эта оказывает тлетворное влияние на строителей коммунизма. Ныне нет ни французской булки, ни коммунизма, а что есть? Есть злоба! Большая такая всё отрицающая и призывающая довольствоваться "черняшкой".
Чтобы эта злоба не выглядела слишком уж страшной, её назвали "духовностью", присвоили титул "ценности" и сделали суверенным достижением. Позвали философа и он проложил путь в глубины русского сознания, чтобы все поняли: так было всегда! Это народное достояние, деды боролись!
А ещё есть зависть. Немного прикрытая высокими словами, но торчащая из этого рубища во все стороны. Она не кричит: - я завидую, - напротив, она переворачивает с ног на голову - НАМ все завидуют! У нас есть нефть и Путин!
Везде есть своя нефть и свой Путин. Но кроме них там есть ещё кое-что. Французская булка!
В какой-то момент показалось, что булка может появиться и у нас. Тогда, кстати, и появилась эта песенка. Это время было ярким и коротким, было принято решение, что иметь булку для всех - накладно и идеологически неверно. Булку отменили. Как это часто бывает, взамен предложили обещания. Обещаниям не особо верили, но булку было решено ненавидеть, а тех, кто покушался на её хрустящую корочку, объявить врагами и пятой колонной.
Этому празднику уже больше 100 лет. Вначале были "шляпу надел?", потом появились "безродные космополиты", которых сменили "гнилые интеллигенты". Вслед за ними пришли "либерасты и дерьмократы". Вся эта публика намеревалась скормить твёрдому в своих убеждениях русскому народу "французскую булку", но народ на эту приманку не клюнул и остался при вечной "корочке чёрного хлеба".
Я же эту булку люблю и любить буду. Могу и других угостить. Иногда намазываю икрой. Наливаю портвейна и запиваю эту роскошь. Именно так я представляю себе нормальную жизнь. И когда мне предлагают заменить её на "кусочек чёрного хлебушка" посылаю на...
И всегда отзовусь на призыв: - поручик Голицын, налейте вина!