В эпоху царствования императрицы Анны Иоанновны, в период башкирского восстания, жил человек, чья жизнь была окутана завесой тайны. До 1735 года о его существовании не было никаких упоминаний, пока он неожиданно не появился в башкирских степях. Истинное имя героя так и осталось неизвестным, и мы можем лишь гадать, как его звали — Каракасал, Шуно или, быть может, как-то иначе?! Исследователи не могут прийти к единому мнению о личности Каракасала. Был ли он действительно попавшим в затруднительное положение джунгарским ханом или же являлся чрезвычайно одарённым, но всё же лжеправителем?
Дорогие друзья, приветствую Вас на моём канале «Тайны прошлого и Таро»! Здесь я рассказываю об увлекательных загадках минувших эпох и приглашаю вас окунуться в мир поиска ответов на эти загадки с помощью удивительного инструмента — карт Таро.
В 1734 году две казахские орды, находившиеся под давлением джунгарского хана, оказались на границах Российской империи. Они обратились к России с просьбой о строительстве города-крепости на реке Ори, чтобы обеспечить безопасность своего народа. Императрица Анна Иоанновна, благосклонно выслушав это предложение, распорядилась разработать проект города-крепости, который впоследствии получил название Орск, и поручила это дело Кирилову, создателю первого в России атласа. Однако башкиры восприняли строительство не столь благосклонно. Стоит отметить, что отношения между русскими и башкирами никогда не были простыми. После завоевания Казани башкирский народ, устав от набегов казахских орд, добровольно-принудительно принял русское подданство. Но на протяжении почти двух веков восстания следовали одно за другим по малейшему поводу. И ничего удивительного, что в 1735 году башкиры восприняли строительство города как очередную попытку империи подчинить их себе, и это привело к очередному восстанию. А из небытия появился отважный воин — Каракасал.
Это был мужчина в возрасте от тридцати до тридцати пяти лет, отличавшийся выдающимся ростом и крепким телосложением. Густая чёрная борода придавала ему особый колорит, именно она послужила причиной его прозвища. (Каракасал в переводе с казахского означает «чернобородый»). Каракасал снискал себе славу национального героя благодаря своим подвигам и выдающейся отваге. Одни считали Каракасала героем, другие — авантюристом, не ценившим свою жизнь. Однако всеобщее изумление достигло своего апогея, когда, подобно грому среди ясного неба, в самый разгар ожесточённого противоборства прозвучало заявление Каракасала, о том, что он является законным наследником ханского престола! Версия, которую выдвигал сам претендент, звучала следующим образом: много лёт назад, спасая свою жизнь, он Шуно, сын джунгарского хана, был вынужден покинуть родные земли. В 1729 году Галдан-Цэрэн, сводный брат Шуно, захватил власть. После этого он совершил жестокую расправу над мачехой и братьями Шуно, что вынудило последнего бежать к родственникам матери и скрываться под чужим именем. Гонимый нуждой, он скитался по разным странам, ведя тяжёлую жизнь, недостойную его высокого положения. Каждый миг он тосковал по родине и при первой же возможности вернулся, чтобы объявить своё настоящее имя и потребовать положенный ему по закону ханский престол. Вопрос о том, было ли это заявление истиной или же Карасасал был самозванцем, выдававшим себя за потомка хана с целью обретения авторитета, в тот период мало кого волновал, поскольку тогда вопрос личной выгоды не стоял на первом месте. Однако стоит отметить, что новоявленный лидер был человеком образованным и владел множеством иностранных языков, что, несомненно, указывало на его благородное происхождение. Он знал Коран наизусть, совершил паломничество в Мекку и Медину, как это положено каждому уважающему себя мусульманину, и много путешествовал по странам Средней Азии. Кроме того, он вел, как говорили, безупречный образ жизни. Но и это еще не все — он также обладал даром целителя! Как бы там ни было, именно под предводительством Каракасала русские карательные отряды неизменно терпели поражения, башкиры, поражённые смелостью Каракасала, окончательно поверили в его историю о ханском происхождении. В 1739 году они провозгласили его ханом Султан-Гиреем.
В начале восстания Каракасал совершал набеги на русские поселения по левому берегу Урала, ближе к киргизским степям. Его действия были успешными до тех пор, пока на пути не возник Орск. Однако Каракасал не растерялся и отрезал город от подвоза припасов, нападая на обозы и устраивая партизанские рейды, что заставило башкир еще больше сплотиться вокруг него. Главнокомандующий города-крепости Урусов призывал русских и иностранцев принять меры против самозванца. Узнав об этом, Каракасал поднял казахов против Урусова, что привело к мятежу на Исети. Однако Урусов разбил его войска и в 1740 году подавил восстание, нанеся поражение башкирам.
Каракасал сбежал, найдя убежище у казахских старейшин. С этого момента отношение казахов к нему существенно меняется. Каракасал сумел впечатлить казахов своей смелостью, бросив вызов Российской империи. Казахская аристократия, поверив в историю о Шуне, приняла его в свои ряды, назначив правителем племени Найманов и даровав ему титул хана. Каракасал пережил свой второй «взлет». Он невероятно разбогател, приобрел огромное количество лошадей и верблюдов. С разрешения ханов всех казахских орд он начал собирать добровольцев для похода на Джунгар, чтобы свергнуть своего коварного «брата» и вернуть себе «законный» трон. В 1742 году по всей Джунгарии распространились слухи о «воскресшем» и к «принцу» прибыли настоящие братья Шуны, также находящиеся в изгнании. Подробности их встречи так и остались загадкой. Остается только гадать, как могла пройти эта встреча двух джунгарских принцев с загадочным человеком, который называл себя их братом? Почему джунгары не убили самозванца на месте, если он не был тем, за кого себя выдавал? Так или иначе, джунгарские принцы признали самозванца и мирно решили с ним вопрос. Причины этого могут быть самыми разными.
Весной 1741 года принц Шуно наконец отправился в Джунгарию, где совершил несколько набегов на ханские земли. Галдан-Цэрэн, правитель Джунгарии, собрал двадцатитысячное войско, чтобы противостоять Каракасалу, и его действия оказались весьма успешными. Разбитый наголову, Каракасал скрылся в неизвестном направлении. После этого информация о нашем герое становится ещё более запутанной. По одной из версий, след настоящего Каракасала окончательно теряется, и вместо него действуют его сообщники. По другой версии, это всё же был настоящий Каракасал, для которого ситуация стала сложнее: и Россия, и Джунгария требовали его выдачи. Но он не сдался и продолжил борьбу. Его соратник Мусса-батыр напал на крепости, расположенные вдоль Иртыша, а другая группа атаковала укрепления по Тоболу. Они вели агитацию среди казахов и башкир, обещая «светлое» будущее без войн. Однако осенью 1742 года султан Барак присягнул на верность России и выразил готовность склонить к этому шагу всех остальных. После объявления амнистии от Каракасала, который в то время кочевал по реке Колутон в верховьях Ишима, начали уходить казахи и башкиры. Дальнейшая судьба Каракасала покрыта мраком неизвестности.
Казахский историк Чокан Валиханов свидетельствует, что дальше в преданиях казахов, киргизов, джунгар и калмыков имя Каракасала больше не встречается, чего не скажешь о Шуно. Однако непонятно, почему так произошло. Не потому ли, что признанный братьями Чернобородый стал зваться своим подлинным именем, данным ему при рождении, которое и осталось в более поздних источниках? Но главный вопрос заключался в том, кем же был Каракас: наследником ханского титула или талантливым простолюдином? К сожалению, о происхождении этого загадочного человека сохранилось не так много информации. По официальной версии, его звали Миндигул Юлаев, башкир по национальности. Некоторые исследователи уверяют, что Каракасал все же был потомком хана Кучума I. Однако другие источники утверждают, что он был самозванцем, который выдавал себя за потомка хана, чтобы завоевать авторитет. Как бы там ни было, его деяния были столь величественны, что он стал олицетворением национального духа, воспетым в народных преданиях и песнях!
Продолжение следует.